Нерушимое доверие (СИ)

А еще этот лес. Под утро действительно выпал снег, чуйка меня не подвела. И сосны на этом фоне выглядят насыщенно-зелеными. Хочется налить кофе в термокружку и выйти подышать хвойным воздухом.
— Нравится? — спрашивает Глеб, когда я в очередной раз зависаю у окна, но уже теперь кухни.
— Здесь, правда, невероятно. Тот, кто спроектировал этот участок, постарался на славу, — говорю без какой-либо иронии.
  
— Спасибо, — и с Глеба спала маска шутника, — Приятно слышать комплименты в свою сторону.
— Как это? — удивленно спрашиваю.
— У меня свое архитектурное бюро и большая команда, но некоторые проекты я люблю реализовывать сам. Как этот поселок.
— Подожди… Ты спроектировал наш поселок?
— Угу.
Глеб отворачивается, что-то настраивает на кофемашине, поэтому не видит выражение моего лица. А я поражена. Поселок действительно продуман профессионально. Идеальное место для семейных пар. И если бы не вчерашний взлом, я бы сказала, что еще и самое безопасное место.
Теперь понятно, почему у Глеба здесь дом и как он оказался так быстро у меня ночью.
— Это впечатляет.
— Клинику Игоря спроектировал тоже я с коллегами, — между делом хвастается мужчина, — И ваш дом, но хочу похвалить. С дизайном внутри ты справилась неплохо.
— Кстати об Игоре, — вовремя вспоминаю о муже, — О чем вы говорили с Региной?
Информация — это сейчас мой единственный инструмент, чтобы хоть немного владеть ситуацией. Адвокат сообщает новости урывками, с Региной мы просто не общаемся. Надеюсь, что хотя бы Глеб не будет играть в молчанку.
— Игоря действительно могут отпустить или под залог, или перевести под домашний арест. Следователь упирается, но адвокат дожмет его. Улики против брата все еще косвенные, — Глеб смотрит мне прямо в глаза, следит за реакцией.
Мне бы радоваться этой новости, только в глубине души я боюсь возвращения мужа. Как будто из СИЗО может выйти уже не мой Игорь, а чужой человек.
— И когда это случится?
— Через неделю или две. Все не так просто, Нина.
— Спасибо тебе, — благодарю искренне, потому что понимаю, кто оплачивает адвоката мужу. И нельзя забывать, кто спас меня этой ночью.
— Будь осторожна, Нина, — вдруг говорит Глеб, — Я не про взлом в твой дом. Это впредь не повторится. Я про людей вокруг. У тебя врагов намного больше сейчас, чем у Игоря.
ГЛЕБ
Смотрю на Нину и понимаю, что вся та пелена презрения и злости на нее спала этой ночью. Когда услышал дикий страх в ее голосе по телефону, когда мчал к ней домой и не побоялся войти внутрь.
Но взломщик, видимо, услышал звук двигателя моей машины и тут же сбежал, поэтому мы не столкнулись.
Чертов Игорь не заслуживает такую жену, которая до сих пор пытается верить ему и любит. Если бы Нина только знала, какой на самом деле мой братец и как хорошо он умеет играть на публику.
Но она скоро это поймет. Вижу по ее глазам — в них все меньше слепоты и больше решимости разобраться.
Не знаю, в какой момент во мне проснулось благородство, но я хочу помочь ей.
  
Глава 13
 
Пора просыпаться
 
От Глеба я вернулась ближе к обеду — когда в доме уже поставили окна и вовсю намывали полы. Оказалось, наши стеклопакеты стандартные и были в наличии у местного завода. Поэтому первый этаж восстановили так быстро.
А вот с мебелью повезло меньше. Взломщик постарался, и вместо уютной гостиной меня встретило безжизненное пространство, где только уцелевшие фотографии на стене и большой цветок в углу намекали, что когда-то здесь наша семья любила проводить вечера.
Конечно, можно было купить что-то временное, чтобы заполнить пустоту. К тому же, Глеб предлагал свою помощь. Естественно, за его счет. Но я от всего отказалась.
Во-первых, я еще не решила, как относиться к брату Игоря. Глупо, даже после такого благородного поступка, забывать, что он говорил мне всего пару дней назад. Глеб хитрый и расчетливый, и всегда будет действовать, исходя из собственной выгоды. Но с другой стороны — мне стало чуть легче дышать рядом с ним после всего пережитого.
Во-вторых, валяться на диване в гостиной и предаваться ностальгии — непозволительная роскошь для меня. Не уверена, что после освобождения Игоря я вообще захочу тут жить. И самое разумное для нас — продать дом с участком и вернуть все деньги Глебу.
— Нина Леонидовна, принимайте работу, — вдруг отвлекает меня от тяжелых мыслей сотрудник клининговой службы. Ребятам пришлось убирать два этажа, потому что абсолютно везде были или грязные следы от ботинок, или осколки, которые охрана умудрилась разнести по всему дому. Осколки нашлись даже в тех комнатах, где вроде бы осматривать было нечего.
— Спасибо вам, Тамара, — благодарю самую главную женщину, предварительно прочитав ее имя с бейджика.
— Я там вам на кухне оставила наш буклет. Если вдруг еще нужна будет помощь, мы с удовольствием приедет, — рекламирует себя Тамара.
— Вы так идеально прибрались, что в следующий раз только к вам, — вежливо отвечаю работникам, окинув всех взглядом, прощаюсь и наглухо закрываю входную дверь.
Бояться мне вроде больше нечего. Глеб всполошил весь поселок, и теперь у моего дома еще несколько суток будет дежурить машина ЧОПа. Камеры у Куприяновых резко заработали, сигнализацию на нашем участке проверили, и управляющий, сама любезность, уже три раза написал, интересуясь моим самочувствием.
В какой-то момент я даже думала съязвить ему, но есть дела поважнее.
Пора просыпаться, Нина, и начать следует с самого главного.
— Нина, что вы мне трезвоните, — забыв про мое отчество и элементарные правила приличия, отвечает запыхавшийся адвокат. Это уже третья моя попытка дозвониться ему и, наконец, успешная.
— Нина Леонидовна, Семен Павлович, — стараюсь придать своему голосу строгости, — Вы забыли мое отчество?
С адвокатом я пытаюсь общаться каждый день: или достаю звонками, или написываю ему в мессенджере. В большинстве случаев он игнорирует мои вопросы, иногда отвечает кратко и не по делу.
Сегодня же передо мной стояли две глобальные задачи, и я была полна решимости добиться от этого человека хоть каких-то действий.
— Нина Леонидовна, вы позвонили мне, чтобы поспорить? — попытался уколоть меня мужчина.
— Нет, я позвонила вам, чтобы получить все документы по делу моего мужа, в том числе меня интересуют отчеты криминалистов и заключение о вскрытии Юлии Рудиной, — перехожу к делу.
— Ооо, это вы сильно замахнулись, — даже с некоторым весельем реагирует Семен Павлович, — Дорогая, вы вероятно не знаете, но адвокаты не располагают такими данными.
— Вы точно располагаете. За такие деньги, которые вам платит наша семья, вы располагаете всем, что я попрошу.
Не знаю, откуда берется такая смелость, но на этой волне дожимаю адвоката.
— Вы не поняли меня…
— Нет, Семен Павлович, это вы меня не поняли. Документы жду в течение часа, можете прислать на почту.
— Ну я вам ничего не пришлю просто. Можете не ждать, — не успокаивается адвокат, но я чувствую, что тон его голоса сбавляет борзость.
— Тогда мне обратиться к Глебу Владимировичу с этой просьбой? — достаю «из рукава» заранее подготовленный козырь, — Думаю, он найдет аргументы, чтобы вас убедить.
— К Глебу Владимировичу? Вы с ним общаетесь? — вот тут мужчина полностью теряет сноровку. Значит, я попала в цель.
Конечно, ни о чем я не договаривалась с Глебом и не делилась с ним своими планами. Но Семен Павлович точно не станет звонить мужчине, чтобы это проверить. По его голосу понятно, что достаточно имени Глеба, и я получу желаемое.
  
— Да, мы с ним общаемся. Это ведь брат Игоря, — включаю тот самый тон, который ранее любил использовать сам Семен Павлович, разговаривая со мной, будто я была глупым ребенком.
— Но у Глеба Владимировича есть все документы по делу. Почему вы не попросите у него? — не сдается мужчина.
— Глеб направил меня к вам, иначе я бы не позвонила.