Шок и трепет 1978 (СИ)
Но сейчас в руках у меня ничего подобного не было, поэтому решил остановить незаслуженные претензии чисто риторикой.
— Товарищ майор, командир нашей части сказал, что музыка хорошая. И она ему очень понравилась. Так в чём претензия?
— Во всём! Эта она ему потом понравилась. Когда ты ему зубы заговорил. А вначале совсем не понравилась! — не согласился со мной замполит.
— Товарищ командир, о чём Вы говорите? — поймал его я на слове. — Вам ли, как эстету, не знать, что музыка субстанция волшебная и далеко не все люди сразу способны принять её душой. Иногда требуется время для понимания столь высокой материи. И довольно часто, времени этого необходимо очень много. Нам с вами повезло — полковник проникся викингами почти сразу. Так что стоит ли об этом вспоминать?
— Стоит! Ещё как стоит! — не хотел успокаиваться визави. — А ещё стоит вспомнить, как ты меня обманул!
— Я? Да Вы что⁈ Я никогда никого не обманываю! — честно соврал я, забыв добавить, что не обманываю я исключительно при необходимости.
Я не мог вспомнить какое именно обещание я давал замполиту и не выполнил, а потому не собирался терпеть напрасных обвинений.
— А я говорю: ты мне соврал! — продолжил обвинять меня майор.
— Нет! — продолжил настаивать я на своём.
— А я говорю: да!
— А я говорю: нет!
— А я говорю, — зарычал замполит, — что наврал! Обманул!
— Хорошо. Скажите тогда: в чём именно?
— В том, что не выполнил ты своё обещание, Кравцов. Дал слово и не выполнил!
— Какое?
— А такое! Ты, Кравцов, заверял меня, что ты не маньяк-психопат. А сам обманул! Зачем⁈
— Э-э, — опешил я от такого поворота событий и не сразу нашелся, что и сказать.
Замполит же, нахмуренно сверля меня взглядом, продолжал настаивать на ответе:
— Зачем обманул? Почему не сказал правду?
— Э-э, о том, что я маньяк-психопат? — понимая всю нелепость ситуации, негромко уточнил я.
— Да! Именно! Почему не открылся?
Не зная, как можно правильно ответить на столь неадекватный вопрос, покосился на ошеломлёно стоящих с открытыми ртами членов оркестра и негромко прошептал:
— Понимаете ли, товарищ майор, я стеснялся. Наверное, Вы и сами понимаете, что информацию такого рода, как правило, огласке не придают. Это, вроде бы, как бы, секрет…
— А, это да, — согласился со мной замполит, и тоже перейдя на шёпот доверительным тоном, заявил: — Но всё же, мне стоило бы сразу сказать. Я всё-таки должен знать о таких вещах…
— Простите! Не учёл! В следующий раз, Вы узнаете от меня подобные вещи первым! — заверил его я.
— Отлично! — облегчённо вздохнул тот, посмотрел на членов музыкального коллектива и напомнил: — Не забудьте, через полчаса вернусь, покажите программу, — затем повернулся ко мне и спросил: — Слушай, Кравцов, а кроме этих монгольских напевов у тебя ещё что-нибудь написано для будущего новогоднего спектакля? Такое, чтобы было со словами и подошло бы для сюжета?
— Естественно — да! — ответил Кравцов.
Запрыгнул на сцену, одолжил у гитариста электрогитару и, подойдя к микрофону без лишних сентенций запел…
https://www.youtube.com/watch?v=59XPGPtZO2Y Мастер — Кресты
Глава 22
Окно возможностей
По окончанию шокирующей композиции и до того хмурый замполит нахмурился ещё больше.
— Кравцов, ты чего это опять тут затеял? Совсем мышей не ловишь? Какие ещё кресты? Что это за религиозная пропаганда из тебя попёрла⁈ — раздражённым тоном заговорил он, как только прозвучал финальный аккорд.
Я сделал вид, что не понял его недовольства и, состроив удивлённое лицо, произнёс:
— А что Вам, собственно, не понравилось? Всё в канве повествования. Вы, я надеюсь, не забыли, какую именно оперу-балет мы по приказу командира собираемся ставить? Речь ведь там будет идти не абы о чём, а о самом настоящем нашествии «чингисханов» и иже с ними! А в те годы, как всем известно, был народ крайне религиозен и в церкви ходил.
Замполит, вероятно, был человек начитанный, поэтому в общем-то принял к сведению мои доводы. Однако полностью согласиться с позицией нефальсификации истории в отдельно взятом спектакле он всё же так просто не мог.
— Да, ты, конечно, кое в чём прав, — хмыкнул он, сделав задумчивый вид. — Но всё же сейчас нам, людям будущего, достоверно известно, как сильно ошибались наши предки. Мы уже точно знаем, что мир построен не по чьей-то воле, а исключительно по теории материализма.
Поняв, что сейчас наша дискуссия может вновь вернуться к теме, в которой произошла мутация обезьяны в человека, я решил закруглить столь философский диспут.
— Это нам такие продвинутые теории известны. А им, — я рукой показал в сторону выхода, — этого известно не было. Им другое было известно — Солнце — свет, Луна — тьма. Ночью страшно, и если хорошо прятаться, да ещё при этом молиться, то шансы встретить рассвет существенно увеличиваются. Так что не нам их судить. К тому же, — увидев, что замполит решил с головой кинуться в теологический спор, прервал его я, — нам важна достоверность, ибо история не терпит вымыслов.
Последнее моё утверждение было, естественно, крайне спорно. Ведь нередко, и даже очень часто бывает, что некие историки такого, с позволения сказать, «найдут» в только им ведомых секретных архивах, что хоть стой, хоть падай.
Однако в теологический спор углубляться я совершенно не хотел, а поэтому решил, что называется, бить чётко фактами.
— И вообще, — продолжил я, не дав собеседнику вымолвить и слова, — чем вам Древняя Русь не нравится? Это всё-таки наши предтечи! И мы их должны чтить!
— Чтить должны! — согласился замполит. — Но не бездумно! Ведь сейчас ясно, что их видение мира не совпадает с линией партии! — отрезал он, а затем привёл серьёзный аргумент: — Так что если мы хотим, чтобы наш спектакль удался, всю религиозность нужно убрать. Иначе нам не разрешат это играть!
— Вы не правы! Разрешат! Ведь уже разрешали!
— Ты о чём?
— О том, что, например, фильмы с небольшим религиозным подтекстом в нашей стране снимались и снимаются даже сейчас. Причём не раз. И в них есть место не только драме и истории, но и религии.
— Что это за новость? Где ты такие фильмы видел?
— По телевизору! — на этот раз отрезал я. — Хотите приведу примеры? — и увидев кивок. — Пожалуйста! И далеко ходить не надо. Помните прекрасно снятый фильм в 1944 году, который называется «Иван Грозный»? Так вот, если потрудитесь вспомнить картинку на экране, то там постоянно показывается обращение к религии. И ничего в этом страшного и крамольного даже товарищ Сталин не увидел.
— Так это когда было, — махнул рукой замполит.
Но я знал, и другой пример и сразу же его привёл.
— Хорошо, пусть «Иван Грозный» был снят давно. Давайте посмотрим на то, что ближе. Знаете такого режиссёра — Андрей Тарковский? Смотрели его фильм «Андрей Рублёв»? Там вообще про иконописца речь идёт. И тем не менее фильм отличный и всем нравится. А снят он всего девять лет назад — то есть, совсем недавно — в 1969 году.
— Гм, а ты прав, — задумался замполит.
— Конечно, прав! — полностью согласился с ним я и решил чуть порадовать собеседника обещанием. — Товарищ майор, мы же не будем концентрироваться именно на религии. Просто немного упомянем её и всё. Её просто нельзя не упомянуть. В те тёмные времена именно к ней был обращён взор народа. Но не волнуйтесь, повторяю: концентрироваться на ней мы не будем. Ведь суть повествования у нас будет не о религии, а о земной борьбе добра со злом. Что же касается темы церквей и крестов, то думаю, две песни будет вполне достаточно для погружения в атмосферу того времени.
— Две⁈ — зацепился за мои слова замполит. — Так у тебя ещё одна есть⁈ Что за вторая?
— А я её вам разве ещё не играл? Извиняюсь. Моё упущение, — сказал я, включил тумблер звука на гитаре и запел.
https://youtu.be/Y36BqK5xcd0?si=EfezqyZShPpbyU2H&t=34 Чёрный кофе — Владимирская Русь. (Деревянные церкви Руси)