Лисий орден (СИ)

Перекинувшись в лису, девушка заползла в самый дальний угол, за коробки и тканые мешки, навострив ушки.
— Сестрица, ты где?
Бархатный, чуть хрипловатый голос заполнил пространство, закрадываясь даже в самые потаенные места покоев. И от него у Ливелии почему — то заалели щеки и мурашки побежали по телу. Это был очень мужской, богатый, яркий голос. Лисе он представлялся в синих и фиолетовых оттенках — в самых любимых цветах девушки. Он вызывал необычные ощущения: трепет со смесью опасности, словно лезвие ножа, что проходит у самой кожи, но не касается ее.
Лив вдруг безумно захотелось увидеть этого незнакомца. Хотя бы одним глазком. Она надеялась, что увидев обладателя гипнотического голоса, она разочаруется, и все волшебство развеется. Медленно ступая пушистыми лапками по полу, она подошла к просвету между дверными створками и взглянула на того, кто стоял прямо напротив гардероба.
Высокий поджарый шатен запустил руку в свои волосы и с болезненной обреченностью смотрел из стороны в сторону, будто надеясь найти сестру там, где раньше ее не заметил. Отчетливо выделялись заостренные уши, чуть стремящиеся вверх: отличительная черта, подтверждающая его родство с Адой. Впрочем, у брата с сестрой и глаза были одинаковые — черные омуты. Попадешь в их ловушку и никогда не выберешься. Эльфийская кровь давала о себе знать.
— Ада? Вот когда надо, тебя никогда нет рядом!
Расстроенный мужчина вышел из комнаты, а Лив только после щелчка дверного замка поняла, что не дышала все это время. Таких мужчин ей никогда не приходилось видеть. Да что кривить душой, опыт общения с мужчинами у нее был невелик. Только то были простые мужики, работящие. Брат Ады же, словно мазки цветной краски на черно — белой картине — таких не забываешь.
Ливелия загрустила еще сильнее.
Ада
Я смотрела на девушку, которая к еде так и не притронулась. Сейчас она казалась еще более потерянной, чем до того момента, как я ушла. Возможно, на нее снизошло осознание, и я решила не бередить душевные раны, сидела рядом тихо, почти не двигаясь.
— Приходил твой брат, — прервала молчание лиса.
— Джарек? Он тебя видел? — взволновалась я. Я была уверена, что брат отцу меня не выдаст, но для его блага было лучше оставаться в неведении.
— Нет, — покачала Ливелия головой. — Я спряталась.
— Хорошо.
— Ты не доверяешь брату?
— Как раз он единственный человек во дворце, который никогда меня не предаст. Но если о нас с тобой прознает глава фракции Ищеек, то я предпочту принять всю вину за свои решения и поступки на себя и не подставлять Джарека.
Лисица чуть склонила голову в бок, и ее русые волосы, заструившись по плечу, образовали небольшую горку на кушетке, где и размещалась моя гостья.
— Ты хороший человек, Ада?
Немного опешив, я рассмеялась:
— Думаю, я просто человек. Не больше. Не меньше. Со своими положительными и отрицательными сторонами. Я, как и все, совершаю ошибки и так же за них расплачиваюсь. Я бы назвала себя другим словом.
— Каким?
— Справедливая. Честная.
— Это уже два слова, — усмехнулась Ливелия. Это была первая эмоция, которую я могла назвать позитивной. В наших отношениях намечался явный прогресс.
— Пусть так, — кивнула я. — Одного слова для меня будет маловато.
Девушка задумалась.
— Ты решила помочь предателю, разве это не очередная ошибка?
— Ливелия, сколько тебе лет? — вопросом на вопрос ответила я.
— Восемнадцать.
Я была старше девушки всего на три года, а казалось, между нами целая пропасть лет. Она была так невинна, так напугана. Но Ищеек такое не могло остановить. Значит, я буду той, кто все изменит.
— Ты задаешь слишком сложные вопросы, подруга, — сказала я, потерев кончик носа. — Принятые сейчас решения — это неотъемлемая часть моей личности. Я поступаю по совести. Если ты не делала мне зла, то я не отвечу подлостью, понимаешь?
— Но как же остальные?
— Посмотри на меня, и ты поймешь, что я думаю о чужом мнении.
Девушка окинула меня взглядом и улыбнулась.
 
— Тебя можно принять за мальчишку.
— Мы живем в мире мужчин. Если выглядеть как они, то скоро эти толстолобы начинают относиться к тебе как к равной. По крайней мере, я стараюсь так думать, — подмигнув Ливелии, я подошла к своей кровати и достала оттуда небольшой мешок. Внутри него лежали связанные в длинный рулон простыни.
— Что это?
— Ты же не думала, что мы пойдем через коридор, где постоянно кто — то ходит. Поверь, даже без света, замок никогда не спит полностью.
— И ты хочешь…? — глаза лисы округлились. — Нет! Нет! Нет! Я боюсь высоты!
— Надеюсь смерти ты боишься больше, — закатила я глаза. — Иначе у нас возникнут проблемы. Давай не будем усугублять.
Ливелия закусила губу. Было видно, как много чувств в ней борются в данный момент. Но я была уверена, что лисица не струсит. Ведь слезть со второго этажа, это только первый этап. Дальше будет только сложнее.
— А «это» нас выдержит?
— Если выдерживало Тэйтана и Джарека, то нас с тобой в два счета. Ты же не думала, что я делаю это в первый раз?
Девушка как — то неоднозначно дернула плечами. Времени на это баловство у нас не было. Запихнув лису в шкаф, попросила выбрать себе удобные штаны и рубаху — в платье лазать по стенам, то еще удовольствие.
Неохотно Ливелия переоделась, и я, подобрав валявшееся в ногах платье, запихнула его в мешок, вместе с остатками принесенной ранее еды и воды. Все это еще лисице понадобится. Потом, выбрав в гардеробе самый теплый плащ с капюшоном и перчатки из мягкой кожи, всучила все ей, не принимая возражений.
— Неизвестно, сколько тебе придется добираться до Каасада. Ночи бывают холодные. А скоро и вовсе выпадет первый снег.
— Спасибо, — прижимая к себе вещи, прошептала Ливелия.
— Поблагодаришь, когда мы отсюда выберемся.
И больше не теряя времени, я отворила створки окна, привязала простыни к ножке кровати и выкинула импровизированную веревку наружу.
— Ну что, побег начинается? — попыталась пошутить я, перекидывая ногу через подоконник.
Лисичка, несмотря на свое бледное лицо и трясущиеся руки, последовала за мной.
Глава 7
Для каждого мага было определено специальное место. Джареку, как главному звену, предназначалась верхняя точка. Все остальные одаренные распределились по часовой стрелке по кругу от него. Пространство они затрагивали огромное: от Оленьей пашни до реки Моры — с юга на север и от Пустынных гор до Лафирского леса — с запада на восток.
Если бы Дайтос Реакруа не спешил, то для возведения купола не понадобилась бы сила одиннадцати магов Истрели. Сейчас же, дабы не иссушить друг друга и не лишиться жизни, пришлось на каждую точку ставить двух одаренных, кроме, конечно, главного звена — тут Джареку пришлось все брать в свои руки. Видимо, так Иамада мстила отцу за столь необдуманный поступок, либо, что менее вероятно, верила в силы сына главы фракции. Джарека не зря назвали лучшим учеником — в чем — то он даже превосходил своих наставников. Только вот леди Акби не догадывалась, что Дайтоса мало заботило, как будет чувствовать себя его сын после ритуала. Главное — достигнутая цель. Возможно, будь на его месте Сейдж, приоритеты поменялись бы, но поспешник, к своему счастью, не обладал магией.
«Плевать!» — подумал Джарек, наклоняясь и дотрагиваясь рукой до земли. Тепло заструилось по его пальцам. Цепь замкнулась. Все маги были на своих местах. Пора было приступать к самому действу.
Сперва разжигался костер. Для этого мужчина достал из объемной сумки пять поленьев и белые, гладко обтесанные камни. Деревяшки сложил домиком, а из крупной гальки выложил ровный круг — символ бесконечности магической силы. Потом вокруг руками разрыл землю и влил в образовавшийся ров воды из бурдюка, которую сразу впитала почва.
Поднеся ладонь над этой конструкцией, с помощью маленькой искры, слетевшей из центра ладони, зажег огонь.