Лисий орден (СИ)
— И это все из — за какой — то маленькой лисички? — не смог удержаться от язвительного вопроса. — Это смешно. Замок под завязку набит Ищейками. О какой опасности может идти речь?
— Правда, Дайтос, ты поднял шум на ровном месте, — поддержал сына король.
— Ради этого ты вырвал всех нас сюда? — возмутилась Иамада Акби — единственная женщина в Совете. Но так как именно она представляла Истрель, Дайтос больше всего не хотел иметь с ней никаких недопониманий. Его сын после обучения в Заброшенных предгорьях считался одним из сильнейших магов Объединенного Королевства. Поддержка острова была очень важна при голосовании, поэтому глава фракции собирался достучаться до этой женщины любыми силами. И был готов на все, даже упасть на колени. Но не при всех.
Я уже давно знал об их отношениях, да что уж я, думаю, каждый во дворе хоть раз об этом обмолвился. Никто, конечно, ни разу не видел их вместе, но и у стен есть глаза и уши.
— Маги потратили силы впустую, — тем временем продолжила она с ноткой раздражения в голосе. — И сейчас держат порталы, тратя резервы на наш пустой разговор.
Если Иамада чего — то и не любила, так это когда силы ее подопечных магов не ценили и использовали необдуманно. И сейчас женщина хоть и держала себя в руках, но была близка к срыву. А этого опасались все члены Совета.
Собравшимся были нужны факты, а Дайтос с ними почему — то тянул.
— Господа, все не так просто, как кажется, — глава фракции попытался их успокоить. — Лиса ушла через активную нору и может сейчас находиться где угодно.
Нибб Кредави сощурил глаза и пристально посмотрел на говорившего:
— Есть что — то еще, ведь так? Лисы и раньше уходили от нас, но ты никогда не был так взволнован.
И тут по бегающим глазам Дайтоса я понял, что тиухириец прав.
— Они защищали ее.
— Кто? — спросил Аурин Ройс, представитель Краумонта.
— Другие лисы, — раздраженно ответил Дайтос, будто бы его собеседник сказал нечто глупое. — Мы же о них сейчас говорим.
Повисла тишина. Даже я немного опешил.
— Они не убегали, как бывает обычно?
— Нет.
И это действительно было подозрительно. В последнее время лисы не оказывали явного сопротивления, предпочитая сбегать задолго до того, как их обнаружат. Они не селились на одном месте на длительное время и жили маленькими чертогами: так Ищейкам было сложнее их найти. Дайтос списывал это на окончательную победу над лисами — предателями, но сейчас я начинал в этом сомневаться. Возможно, за этим постоянным бегством, которое мы считали хаотичным и необдуманным, скрывалось что — то более глобальное? Я решил, что обдумаю это позже. Назревал еще один вопрос:
— Думаете, она имеет отношение к Барие? — обратился я к Совету.
— Я бы не стал отбрасывать эту мысль, — кивнул на мой вопрос Дайтос.
— Но и доказательств никаких нет? — резонно заметил Олай Маро. — На Плуоле тишина. Лис совсем не видно. И тут у вас всего одна сбежавшая и сразу «та самая»?
Харад Езэ задумчиво добавил:
— А ведь и у нас на Сиврисе тишина.
— Я об этом и говорю, — не удержавшись, воскликнул Дайтос. — Я уверен, что эти хитрые твари что — то задумали. И эта лиса — наш шанс узнать что именно.
— Значит, Купол? — наконец заговорил король. — И когда ты хочешь его активировать?
— Сегодня.
— Но это невозможно! — гневно воскликнув, Иамада подскочила со стула. — Нужна подготовка, закладка резерва и подпитка. Минимум три дня, Дайтос. Я не дам вам угробить своих магов.
Начались крики и споры. В эту канитель я лезть не собирался. Пусть сначала придут хоть к какому — то решению, а у меня будет ложка специй, чтобы подбавить этой беседе остроты. Пока Совет и глава фракции выясняли отношения, я посмотрел в дальний угол, в котором стоял Джарек. По прямой спине мне стало понятно, о чем ночью с ним говорил отец. Чертов фанатик был готов пожертвовать сыном ради достижения собственных целей. И как я не пытался поймать взгляд друга, тот упорно прятал глаза.
— Ладно, — вырвала меня из раздумий Иамада. — Этой ночью. Если Джарек согласится быть звеном, то я выделю десять сильнейших учеников для этого дела.
— Он согласен! — обрадовался Дайтос, даже не посмотрев на сына. Тот, услышав слова отца, вышел из угла, обошел стол и покинул переговорный зал, громко хлопнув дверью. Разговор продолжился, как ни в чем не бывало.
— Вы бы хоть для приличия у него спросили, — не выдержал я. Мне стало обидно за друга.
— Тэйт, — Арег покачал головой, прося не лезть в чужие отношения.
Я сжал кулаки, но промолчал. Перечить королю при Совете не собирался. Для себя же решил, что в следующий раз молчать не стану. Кто — то же должен поставить главу фракции на место. Отец дал ему слишком много свободы, и он сходил с ума от вседозволенности. Было удивительно, что все остальные этого не замечали.
— Тогда решено.
Совет начал вставать со своих мест, считая разговор законченным, но я их остановил.
— Думаю, вы кое — что забыли.
Восемь пар глаз вопросительно уставились на меня.
— Через месяц в замке состоится Лунный бал. Если функция Купола — не выпускать оборотней, то у нас есть загвоздка: в списках гостей достаточное количество двуипостастных. Как вы планируете решить этот вопрос?
— Отменить…
— Мы не станем отменять праздник! — в этом вопросе король был категоричен. — И без того город наполнен слухами. Если не состоится ежегодный бал — общество взбунтуется.
— И что же вы предлагаете, ваше Величество? — елейно спросил Дайтос и я закатил глаза от столь явной лести.
— Я даю тебе ровно месяц на поимку лисы и решения всех остальных вопросов. Ночью, во время праздничного салюта, маги Истрели снимут Купол. Горожанам объявим по факту и по возникнувшим вопросам будем направлять в фракцию. И если это все, то я объявляю наше заседание законченным.
Король покинул зал.
— Тогда я тоже пойду, — усмехнувшись, посмотрел на Дайтоса и чуть не рассмеялся от его убийственного взгляда. Лисы лисами, а у меня на бал были свои планы. Отцу Джарека повезло, что я не стал противиться Куполу в целом, ведь с завтрашнего дня меня можно было назвать узником Оскаина. Я не мог пройти через Купол, потому что являлся оборотнем. Но учитывая все мои планы, я и не собирался никуда уезжать.
Глава 6
Ливелия пряталась в шкафу, пока Ада ходила за едой на кухню. Девушка с неприличными короткими темными волосами пообещала, что слуги не войдут, но перестраховаться было не лишним. В той ситуации, в которой оказалась Лив, любая оплошность могла стоить жизни.
Здесь, в забитой мужеподобной одеждой гардеробной, Ливелия вновь дала волю слезам. Она решила для себя, что это последний раз, заключительный, когда она оплакивает сестер и наставниц. Девушкой она была молодой, но не глупой — прекрасно понимала, какая участь их постигла. А ведь они все могли бежать, но по каким — то неведомым причинам не стали этого делать. Наставницы спасли ее. Спасли ценой своих собственных жизней. Лив пыталась найти объяснение жертвенности лисиц, но не находила хоть одного мало — мальски приемлемого.
Поэтому, если она хочет когда — нибудь отомстить, то ей придется быть сильной. Впереди же девушку ждала неизвестность, хотя для этого Лив сначала должна сбежать из замка и не попасться в руки вездесущим Ищейкам. Она чувствовала их за закрытыми дверями. Даже Ада пахла благовониями, хоть и не столь явно, но достаточно, чтобы лисица не доверяла ей всецело. С самого детства Ливелию учили не верить незнакомцам, и она собиралась придерживаться этой тактике до самого конца.
Но сейчас, в тишине, одиночество накатило на нее неотвратимой волной, сомкнулось вокруг, и лисице пришлось признаться самой себе, что она осталась совсем одна. Потеряла чертог. Не прошла посвящение Верховной. И теперь она никому ненужная потерянная лиса.
За своими размышлениями Ливелия чуть не пропустила момент, когда кто — то вошел в покои. Лишь по тяжелым шагам и низкому голосу поняла, что это точно не Ада.