Песец всегда прав (СИ)

«Кровь же нужна», — напомнил я.
Шелагин молчал и о чем-то думал. Возможно, о том, как обойти защиту императорской реликвии. Ведь, как выяснилось, реликвия — палка о двух концах: с одной стороны усиливает и дает большие возможности по управлению княжеством, с другой — делает тебя очень зависимым от императорской реликвии, которая не просто обходит усиления всех подчиненных реликвий, но и перенаправляет их на себя.
  
«Зырянов тебе здорово задолжал, у него и сцедишь. Мелкое стазисное хранилище тебе как раз Шелагины подарили призом. Его можно будет в пространственном кармане хранить».
«А если предположение не подтвердится?»
«Если не подтвердится, тогда придумаем что-то другое. Там должно быть резервное отключение. Проблема в том, что это-то я помню, а вот как его активировать — уже нет».
Песец грустно вздохнул и развел лапами.
— Император очень уж подвержен влиянию Живетьевой, — внезапно ожил Шелагин. — С его наследником мы бы договорились, а вот с Константином Николаевичем — навряд ли. Мне кажется, у него не все в порядке с головой. — Он спохватился и добавил: — Чтобы не вздумал нигде повторять, Илья.
— Разумеется, Павел Тимофеевич. Я понимаю всю опасность таких разговоров. Могу я пока съездить на свой участок?
В планах у меня было сгонять в Верейск и забрать артефакт для Таисии. Если на нее перестанут влиять, останутся только личные взбрыки, и тогда будет куда проще.
— Разумеется, нет, Илья, — отрезал Шелагин. — Вероятность того, что ты сейчас столкнешься с Фадеевым, ненулевая.
— Я незаметно схожу, как я это сделал чуть раньше.
— Давай сначала закроем вопрос с Фадеевыми, — предложил Шелагин. — Потом съездим вместе.
— Поздно будет.
— Калерия Кирилловна не станет затягивать с результатами.
Объяснять, что в темноте по Изнанке перемещаться куда сложнее, чем при свете, я, разумеется, не стал. И что свидетели мне не нужны — тоже. Ладно, посмотрю, как повернется вопрос с Фадеевыми, а потом буду решать. Торопиться тоже не стоит.
Шелагин предложил поужинать в номере, чтобы никуда не выходить, я возражать не стал, и вскоре нам доставили из ресторана еду. Так что пока Беспаловы бегали по менталистам, мы спокойно поели. Поскольку защита от прослушивания была снята, Шелагин-старший деликатных вопросов не поднимал, говорили практически только про соревнования. Он моими боями был очень доволен, сообщил, что в жюри были приятно удивлены уровнем моей подготовки.
— Признаться я тоже удивлен, — добавил Шелагин в конце. — Я узнавал про твоего тренера. Он хорош, конечно, но и для него этот уровень — запределен.
— Мне очень много дали тренировки с вашим сыном.
— Да, Александр прекрасно обращается с любым оружием, — с гордостью подтвердил Шелагин. — У него талант. В этом вопросе ты явно в него пошел. Жаль, что все так получилось и ты не рос в нормальной полной семье…
— Вы доверяли Живетьевым.
— Увы. В том числе этому поганцу Эрнесту. Еще и головная боль с Николаем, — поморщился Шелагин. — Его точно объявят невиновным, раз уж император спустил такое требование. И что с ним делать?
— Выставить? — предложил я. — Вы же сами слышали, что он о вас думает.
— Думаешь, размяк старик из сентиментальных побуждений? Скандала хочу избежать. Не та ситуация, чтобы вываливать на широкую публику. Князья знают — и достаточно. А вот отвечать за него не хочу. Родители Маргариты согласны его забрать, но требуют отступные.
— Именно требуют? — поразился я. — Им же самим скандал не нужен. Их дочь замешана.
— Они и аргументируют тем, что если я не буду выдавать деньги на содержание Николая, то все поймут, в чем причина.
— Они могут всем говорить, что деньги вы переводите, — возразил я. — Кроме того, информация о том, что Коля — сын Живетьева, рано или поздно все равно просочится. И тогда ваша плата родителям покойной супруги сыграет не в вашу пользу.
— Как и то, что я выставил без всякой поддержки парня, которого семнадцать лет считал сыном, — сказал Шелагин, задумчиво меня разглядывая.
— Для того, чтобы все заткнулись, достаточно слить видео с его признанием.
— Это опять же скандал. Ты же понимаешь, как я буду выглядеть в чужих глазах? Князю такое невместно.
А держать при себе «хорошего мальчика Колю» — вместно? Я прям поразился логике собеседника. Впрочем, очень может быть, что это — результат многолетней обработки как Живетьевым, так и самим Колей, когда последний понял, какую власть ему дает над людьми не только фамилия, но и магия.
Разговор закончился сам собой, потому что вернулась Беспалова, и не одна, а с дочерью.
— Я же говорила, что не могла Таисия устроить это просто так! — радостно воскликнула Беспалова-старшая. Я тут же поставил защиту от прослушивания, что княгиня отметила благодарным кивком, прежде чем продолжить: — Нашли ментальное влияние. Причем неоднократное.
— Чье, вычислили? — сразу задал ключевой вопрос Шелагин.
— Увы, слишком мягкое было влияние и короткими сеансами. От человека, которому доверяла Таисия.
— С этим уже можно работать, — обрадовался Шелагин. — Дамы, вы ужинали?
— Нет, сейчас не до этого, — отмахнулась Беспалова. — Нужно решать проблему с Фадеевым. Вас она, конечно, больше затрагивает, но и нас касается.
Шелагин все же настоял на заказе блюд из ресторана для гостий, и, прежде чем перешел к вопросу Фадеевых, созвонился с рестораном. Пока он это делал, Беспалова-старшая расхаживала по гостиной, сетуя на ненужную задержку, младшая же осторожно пристроилась на диване рядом со мной. Чувствовала она себя ужасно неловко.
— Мне нужно извиниться за нашу первую встречу, — прошептала она. — Все получилось наперекосяк. Я почему-то решила, что речь идет о Николае, которого я терпеть не могу, а когда выяснилось, что это не так, злость пропасть не успела. Мне кажется, это была не моя злость. Мне вообще сегодня у менталиста так мозги взболтали, что я сама пока не разобралась, что мое, а что — нет.
Она беспомощно улыбнулась, я же не торопился улыбаться в ответ. Удобная позиция — списывать все косяки на ментальное влияние.
— Давай просто попробуем прожить эти три года, не создавая друг другу проблем, — предложил я. — А потом тихо разбежимся.
— Не создавая проблем — я только за. А тихо не получится. Потому что мама считает, что теперь мы должны о помолвке объявить.
— Это уж как она с Шелагиным решит.
— Почему Шелагин? Он же твой дед?
— А то ты не понимаешь? — усмехнулся я.
Она смущенно отвернулась.
Тем временем Шелагин наконец согласовал заказ и перевел свое внимание на бегающую Беспалову-старшую.
— Калерия Кирилловна, успокойтесь и покажите мне результаты проверки.
Та остановилась и извлекла из сумочки сложенную вчетверо бумагу, которая, стоило ее раскрыть, сразу распрямилась, загладив сгибы до полного исчезновения. Бланк был не простой, как и печать, подделать, помять или уничтожить такие свидетельства было невозможно.
— «Неоднократное ментальное влияние неустановленным магом, последний случай — сегодняшним утром. Влияние по типу „приворот“ производилось в пользу неустановленного лица», — прочитал Шелагин вслух. — Для нас это прямо-таки идеальный вариант. Всё можно будет повесить на Фадеева-младшего. Вы говорите с Фадеевым-старшим или я?
— Давайте вы, Павел Тимофеевич. Я слишком волнуюсь. А когда я волнуюсь, могу наделать глупостей. И наговорить лишнего, — честно призналась Беспалова. — Кроме того, у вас уже есть четкий план, в который вы меня посвятили только частично. Я вам полностью доверяю переговоры.
Как мне показалось, она всего лишь хотела снять с себя ответственность на случай, если что-то пойдет не так. Шелагин же ответственности не боялся.
  
Отец Фадеева действительно был крупной шишкой, потому что его контакт не пришлось разыскивать — он оказался у Шелагина в телефоне.
— Павел Леонидович? Ну здравствуй. Хочу узнать, когда между нами случился конфликт и почему я об этом не знаю.… И ты не знаешь?.. А он есть. Твой сын, уже не знаю, сам ли или с помощью кого, оказывал ментальное влияние на невесту моего внука.… Да, есть внук и у него есть невеста, Таисия Беспалова.… Да, договор официальный, не объявляли, но видно, придется, потому что это ни в какие рамки не лезет. Твой сын проиграл моему внуку с позорным результатом…… Не перебивай. Да, Илья Песцов — мой внук.… Это наше внутреннее дело, когда его объявлять, понятно? Ты с разговора-то не съезжай. Калерия Кирилловна весьма зла, и я еле уговорил её не писать жалобу в Магический надзор. Пока уговорил. Справка на руках. И Илья тоже зол. Он как завтра твоего сына увидит — вызовет сразу, и я не буду его осуждать, если убьет. Потому что такое не прощается.