Человек читающий. Значение книги для нашего существования
Более того, экраны предлагают непредвиденную, но широко приветствуемую возможность читать незаметно в общественных местах. Мы уже обсудили, какую роль подобная форма анонимности сыграла в успехе романа «Пятьдесят оттенков серого». Есть мнение, что пригождается она и увлекающимся чтением школьникам, которые не хотят слыть «ботаниками» среди сверстников, сидящих исключительно в социальных сетях. Тем самым они, правда, перестают служить образцами для подражания своим нечитающим одноклассникам, точно так же как и нечитающие родители (которых становится все больше) — своим детям. Как показывают исследования, использование цифровых устройств для чтения, особенно среди нечитающих мальчиков, позволяет продемонстрировать принадлежность к цифровому поколению и может оказаться решающим фактором в пробуждении интереса к чтению книг[173].
Зачем же отказываться от этих и прочих бесчисленных благ, предлагаемых экранами, даже если бы это было возможно? Нужно ли вообще искать корни проблемы в экранах? Причины снижения мотивации к чтению книг касаются и чтения с экранов. Их использование в значительной степени определяется различными присущими технологии свойствами, которые, в свою очередь, обуславливают превосходство одних видов применения над другими. В конечном счете, однако, люди сами решают, как обращаться с той или иной технологией. Отрицательное воздействие цифровых технологий на мотивацию к чтению, каковы бы ни были печальные последствия, — не более чем непреднамеренный побочный эффект. Как известно, любое преимущество может обернуться недостатком. Так, например, функция поиска — незаменимое достижение электронных книг — открывает возможность читать исключительно фрагменты безотносительно контекста. С одинаковой легкостью Веб 2.0 предоставляет голос как обездоленным, угнетенным и бесправным, так и хейтерам и провокаторам. И подобных темных сторон в волшебном экранном мире немало. Поскольку мы на них не зацикливаемся, они не так сильно бросаются в глаза, как преимущества. Тем не менее очевидно, что цифровой мир изрядно воздействует на нашу мотивацию к чтению, и прежде всего к чтению более длинных текстов. Какую же роль играет экран, если говорить о качестве чтения?
Когда речь заходит о различиях между бумажными книгами и цифровым текстом, первое, что, вероятно, приходит на ум, — это материал, физический носитель. С одной стороны, шуршащие матово-белые страницы бумажной книги — без бумаги нет текста. С другой — блестящий, пахнущий электроникой экран устройства, на котором текст, словно Мефистофель из «Фауста», появляется как бы из ниоткуда. В обоих случаях текст образуют буквы — темные на светлом фоне либо наоборот. Когда-то между экраном и бумагой была существенная разница в разрешении. Электронно-лучевые трубки (ЭЛТ), поставляемые с первыми ПК, имели весьма ограниченную частоту обновления. Более дешевые версии страдали мерцанием изображения, что отражалось на скорости чтения и даже на понимании текста. За последние десятилетия технологии настолько усовершенствовались, что чтение с экранов больше не является технической проблемой или, по крайней мере, не должно ею быть, поскольку пользователи все равно по-прежнему жалуются на усталость[174].
Несмотря на то что за прошедшие десятилетия исследования сосредотачивались в первую очередь на проблеме носителя, фактическое влияние экранов на опыт чтения объясняется не столько качеством носителя, сколько все более частым и глубоким погружением пользователя в беспрестанно расширяющийся мир за экраном. Вплоть до начала 1990-х персональные компьютеры служили преимущественно для обработки текстов и электронных таблиц. Компьютеры обычно работали офлайн, а возможность подключения к провайдеру стала революционным нововведением. Повсеместное распространение Wi-Fi в наши дни свидетельствует о том, что использование экрана определяется инфраструктурой, простирающейся за экраном: интернетом, Всемирной паутиной и особенно Веб 2.0.
Свобода пользователя выбирать собственный путь среди несметных богатств документальной вселенной — одно из эпохальных достижений мира цифровой информации. Однако свобода возлагает на него дополнительную ответственность — не поддаваться встречающимся на этом пути соблазнам. В онлайн-среде нет фиксированного порядка чтения (как при пошаговом чтении каждой строки в классической зигзагообразной форме). Короткие и фрагментарные тексты с гиперссылками предоставляют больше вариантов, но меньше линейности. Читателя приглашают перемещаться по гиперссылкам, целенаправленно и методично искать и изучать информацию, прокручивать экран, погружаясь в бесконечное исследование. Оторвавшись от физического носителя, читатель следует тому, что в мире дизайна называется desire path вместо design path. Разумеется, различие между цифровой и аналоговой средой не является абсолютным. Электронные книги, к примеру, призваны имитировать бумажные книги и поощрять пошаговое чтение. А в мире печатного текста, используя оглавление и указатель, вполне можно протоптать собственную тропинку. Однако чем больше гиперссылок, тем настойчивее приглашение читателю взять бразды правления в свои руки и тем самым, по сути, превратиться в соавтора текста. В конечном счете отбором и объединением информации в цельную и связную историю занимается не поставщик, а получатель. Читатель несет ответственность за текст, созданный им самим во время чтения[175].
Дополнительная ответственность (по сравнению с чтением на бумажных носителях) распространяется и на отслеживание всех изменений в области аппаратно-программного обеспечения. На каком устройстве вы предпочитаете читать: электронном ридере, ноутбуке, смартфоне или планшете? Каждое устройство оснащено уникальным интерфейсом для управления операционной системой. Чтение с экрана требует знаний, отличающихся друг от друга и меняющихся с каждой новой версией интерфейсов[176].
Возрастающая ответственность читателя, неустанно вынужденного делать тот или иной выбор, приводит к тому, что в психологии называют когнитивной нагрузкой, или — в более серьезной форме — когнитивной перегрузкой. Исследования показали, что наличие гиперссылок в тексте является одной из основных причин когнитивной нагрузки[177]. Скроллинг же обуславливает когнитивную нагрузку как результат «пространственной нестабильности». Нашему мозгу трудно справиться с тем, что текст не имеет постоянного местоположения и размещается на экране в зависимости от действий читателя[178].
Если до 2006 года собственный веб-сайт могла позволить себе лишь технически подкованная элита, то с появлением Веб 2.0 двустороннее взаимодействие в интернете стало доступным для широкой публики. Свобода читать соседствует со свободой писать и доносить написанное до аудитории. Сегодня любой простой смертный волен вести блог, участвовать в общественных дискуссиях, а также (вершина демократизации!) высказывать мнения в социальных сетях. Интернет стал новой страной неограниченных возможностей, где инфлюенсеры собирают последователей, а мелкие начинания вырастают в грандиозные проекты.
Однако у преимуществ вновь обнаруживаются недостатки. Если в интернете каждый публикует все что заблагорассудится, то цифровая информация с большой долей вероятности воспринимается как ненадежная. Веками книги были конечным продуктом трудоемкого и энергозатратного процесса. Процесса, начинающегося, как правило, с замысла автора и приобретающего форму благодаря стараниям редактора, дизайнера, издательства, типографии, книжного магазина, чтобы завоевать место в постели читателя и завершить свой путь у него на книжной полке. В первую очередь благодаря такому дорогостоящему и кропотливому процессу книга в течение длительного времени обладала естественным авторитетом. Если в основе создания бумажных книг лежит тщательный отбор, то в цифровом мире для каждого потенциального автора все двери нараспашку. Цифровой текст достигает аудитории без решающего посредничества и инвестиций в материальное производство. Доступность текстов в Сети возлагает на читателя очередную ответственность за определение степени их достоверности. Если в бумажном мире читатель мог опереться на критическое мышление и репутацию издателя, то теперь он практически лишен возможности следить, по каким извилистым тропинкам двигался текст в цифровой вселенной.