Скверная жизнь дракона. Книга шестая (СИ)

— Больше я ничего не могу сказать.
— Я с вами никуда не пойду. Кто вы вообще такие?
Клерк представился и пояснил, что действует согласно юрисдикции администрации от её имени.
— И что администрации города понадобилось от меня? Эти вооружённые разумные не для вашей охраны.
— Я ничего вам сказать не могу.
— Ну тогда и я никуда не пойду.
— Вы должны пройти с нами.
— Нет, или администрация города в нарушение правил готова уволочь любого разумного куда ей вздумается? Особенно, если этот разумный — Кта’сат, священным договором признаваемый благородным. Или администрация города Магнар отказывается от соблюдения договора?
Собравшиеся зеваки возмущённо загалдели от моей неслыханной наглости. Мускулы на лице клерка дрогнули, изо всех сил старавшегося сохранить натянутую маску безразличия.
— Нет, господин Кта’сат, администрация города безукоризненно чтит договор. Именно поэтому мы просим вас пройти с нами.
— Я отказываюсь идти куда-либо. Я буду считать все ваши попытки меня к чему-то принудь покушением на мою жизнь, пока вы не расскажите о причине.
— Если вы сами настаиваете, то не имею права умалчивать. Недавно произошло преступление, администрация города подозревает вас в его совершении.
— Для уточнения. Меня подозревают в совершении преступления?
— Верно.
— В соответствии с седьмым пунктом священного договора я, Лик’Тулкис, имею полное право требовать себе в защиту благородного разумного. Я прошу вызвать сюда главу гильдии авантюристов и вольных наёмников города Магнар.
Лицо клерка исказилось. Он задрожал, едва удерживая в закрытом рту приказ страже искромсать меня мечами. Кто-то в толпе крикнул, что прикончить надо этого ксата, и дело с концом. Его поддержали другие зеваки.
Всё же, клерк погасил чувства и заставил себя признать моё право на защиту. Приказав стражникам контролировать, чтобы я никуда не ушёл, клерк резко развернулся и быстрым шагом направился в сторону гильдии, явно «наслаждаясь» недоумённым взглядом толпы. Пока работник администрации искал главу — я воспользовался моментом и приблизился к двери гостиницы. Стражники хотели мне помешать, но я не собирался убегать. Лишь открыл дверь, помахал Еларону за стойкой и показал опустевшую флягу. Хозяин гостиницы всё понял и послал ко мне одного из помощников, а сам оттопырил шесть пальцев. Я, вздохнув, показал в ответ пять.
Спустя какое-то время, которое я успешно потратил на игру в гляделки со стражниками — на улице показалось четверо разумных. Клерк, два незнакомых авантюриста из гильдии и сам глава. Его накрахмаленный воротник всё так же стоял торчком, пуговицы на камзоле блестели серебром, а на поясе рядом с кинжалом весели короткие чётки из двенадцати деревянных пластинок. Одна из них, как и прежде, неестественно отблескивала металлом.
Не сказать, что глава был доволен произошедшим, но он поздоровался со мной, приложив руку к груди и легонько кивнул. Я ответил тем же.
— Я, Яроф Гшаркас Урастович, в соответствии с седьмым пунктом договора между Всеобщей Церковью, расой Кта’сат и империей Талкая, принимаю на себя обязанности по защите Кта’сат Лик’Тулкиса, — глава посмотрел на клерка администрации города. — В чём заключаются обвинения?
— Убийство.
Толпа возмущённо зароптала, клерк поднял руку, призывая зевак к порядку.
— Он подозревается в убийстве Фануры Ларнас, владелицы магазина экзотических товаров, и её раба Аталия Шгариара.
— Это серьёзные обвинения. Имеются ли хоть какие-то доказательства?
— У нас достаточно косвенных улик, но…
— Прошу прощения, что прерываю, — я посмотрел на главу. Вроде как, я его вызвал и должен молчать, но сейчас надо было сказать кое-что важное. — Я не только ксат, но ещё и ученик Настрайской магической академии. Завтра я обязан уехать из города, чтобы успеть на занятия. Вряд ли администрация на подобное согласится и она, скорее всего, будет всячески противиться моему отъезду, поэтому я предпочёл бы решить всё сегодня, стразу и быстро. Но, дополню, что на определённую процедуру я соглашаюсь не добровольно. Повторяю, это не добровольное действие. И, конечно, администрация города должна будет покрыть издержки, вызванные сегодняшним инцидентом.
 
— Вы уверены? — в голосе главы натянутой струной звенело неверие.
— Не знаю, что там за убийство, но я невиновен.
— Так и быть, — глава кивнул и повернулся к клерку. — Как было сказано, во избежание проблем в месте обучения, Лик’Тулкис согласен на принудительное прохождение процедуры дознания. Это из второго приложения к договору. Вы согласны на проведение процедуры дознание с вопросами, относящимися строго только к данному обвинению?
— Это будет неоценимая услуга и экономия времени, — клерк что-то шепнул двум стражам, они тут же убежали. Глава зачем-то спросил у меня, если кто-то ещё, кого я хочу вызвать себе в защиту. Я в ответ покачал головой. Тогда Яроф сам что-то шепнул авантюристам, и они тоже убежали.
Я вначале думал о ратуше или тюрьме, но вскоре мы действительно подошли к причудливому зданию с амбарной крышей и четырьмя башенками на её углах. Перед церковью уже собралась толпа зевак, разумные улюлюкали и во все глотки гадали, каким же способом меня убьют. Внутри церкви было пусто, не считая убежавших стражников и авантюристов, двух разумных в украшенных серебром и мехом одеждах, и невзрачного разумного с грудой листов в руках, чуть не выпавших при нашем появлении. В конце зала на подиуме стоял облачённый в белые одежды церковник, с красной накидкой и золотой лентой на подоле мантии.
Церковник спросил, зачем администрация города насильно привела ксата в церковь. Клерк всё объяснил. Затем церковник подтвердил серьёзность обвинений и спросил, кто из собравшихся мой защитник. Правую руку поднял глава и два новых разумных, местные барон и маркиз. Все трое повернули ладони в мою сторону и выразили готовность принести клятву своими благородными именами, что до конца будут отстаивать мои интересы как свои, как того и требует договор между ксатами и церковью. Я поблагодарил всех троих, их благородного слова более чем достаточно, хотя я вообще не понимал происходящего.
Дальше клерк из администрации, глава гильдии как мой главный защитник и отвечавший за работу с массивным кристаллом трихтих — все они втроём собрались перед кристаллом и обговорили, что, как и зачем они проводят в стенах церкви. В это время сидящий недалеко писчий усиленно скрипел пером о пергамент.
— Ликгху… — церковник чуть не прикусил себе язык.
— Прошу, используйте привычное для всех вас слово ксат, — сказал я, медленно поднимаясь на подиум.
— Путь будет так, — церковник кивнул. — Во избежание неправильных трактовок, будет проведено две процедуры дознания. Понятно ли вам это?
— Более чем.
— Вы слышали вопросы, обсуждаемые нами? — я кивнул. — Вы имеете возражения против них? — я покачал головой. — Вы готовы?
— Более чем, — я перехватил посох в правую руку, левая ладонь легла на гладкую поверхность кристалла. Церковник сам приложился к кристаллу. Вскоре кожу облизнул холодок, ладонь будто прилипла к поверхности, а на постаменте кристалла моргнули руны.
Сначала меня спросили, откуда я приехал, когда и зачем. Понятное дело, что я приехал вчера из Фраскиска, и лишь проездом до Настрайска. С этим проблем не возникло, наши ладони отлипли от кристалла, чтобы вскоре вновь коснуться его поверхности.
— Заходили ли вы сегодня в магазинчик Фануры Ларнас, торгующей экзотическими товарами?
— Нет.
— Давали ли вы сегодня милостыню большой золотой монетой?
— Нет.
— Передавали ли вы сегодня другим разумным свой посох?
— Нет.
Холодок пропал, я убрал ладонь от неизменно бесцветного кристалла. Церковник стоял с каменным лицом разумного, сделавшего свою работу и собиравшегося пойти спать. Глава гильдии, авантюристы и два других благородных задумчиво поглядывали в сторону клерка администрации, как и стражники. Сам же клерк своей резко побелевшей кожей, скорее всего, парадировал снеговика с мельтешащим взглядом и отклянченной губой. Спустя несколько мгновений он взял в себя руки и, пристально смотря мне в глаза, пообещал прилюдно принести извинения от имени всего города. Сейчас же он предлагал не задерживаться в церкви и разойтись. Все были с этим согласны.