Сладкий (СИ)

– Я тоже об этом думаю, – эхом откликнулась Варвара.
– Бизнес, деньги... Ничто не стоит так дорого, как доверие.
– Да.
– Как вы думаете, – Дима сделал паузу, – а любовь правда существует?
Варвара посмотрела в окно и сквозь припустивший снегопад разглядела большие красные буквы посреди площади. Вздохнув, она улыбнулась и ответила:
– Любовь есть. Ее просто надо увидеть. Сердцем.
  
Клиника – трехэтажное здание с большими панорамными стеклами по фасаду, за которыми зеленели фикусы и монстеры, находилась в хорошем месте, в стороне от дорог, но недалеко от исторического центра. Отсюда можно было даже разглядеть верхушку колокольни Вологодского Кремля. И если бы не вывеска «Юлия-Эстетик», резанувшая Варвару по глазам, то все остальное выглядело по-настоящему здорово.
Вероятно, Дима заметил что-то в ее лице, потому что тут же сказал:
– Название будет другое. Не сразу, конечно. Это займет время.
– Понятно, – кивнула Варвара.
– И я уже придумал, как мы назовем нашу яхту.
– Вот как? И как же?
– «Столетник», – торжественно произнес Дима. – Круто? Только Егору не говорите пока. Сюрприз ему будет.
– Мне кажется, Егор не очень любит сюрпризы.
– Да? – приподнял бровь Дима. – А я вот без них жить не могу!
Варвара усмехнулась: было что-то в залихватских манерах Димы от наглого взъерошенного воробья. Нет, не похож он был на того, кто может предать. Вывести из себя, да, а вот предать...
Дима провел ее светлыми коридорами, затем по широкой лестнице на второй этаж. Здесь было тихо и очень чисто. В самом дальнем крыле, после административных кабинетов с золотистыми вывесками на дверях, оказалась еще одна дверь.
Внутри Варвара сразу же увидела не только лежавшего у окна на специальной кровати Егора, но и черного пса, который поднялся, как только они вошли. Столетов что-то набивал в планшете, а вокруг него лежали бумаги и бланки.
– Привет! – Варвара склонила голову и потрепала пса между ушами. – Как ты парень?
– Нет, ты видел? – обратился Егор к Диме. – Она, оказывается, к Джеку приехала!
– Слушай, я и не знала, что он здесь! – Варвара сняла пуховик и присела перед псом на корточки. – Думала, остался на Сладком...
– Его Слава привез. Понимаешь, какое дело, – Столетов нажал на рычажок и приподнял изголовье, – на Сладком и на материке никто собаку не признал. Откуда он там взялся? Ермоленко хотел его при тюрьме оставить, но Джек там такой вой поднял, похлеще сирен. И Люба велела, чтобы его ко мне везли.
– Но ты же не против?
– А ты? – Егор выжидающе посмотрел на Варю.
– Ты что, конечно, нет! Я его никому не отдам! Он мой пес, – прошептала она, едва не касаясь своим носом носа собаки. – И вообще, запомни, Егорушка, все мое – это мое, а твое...
– Тоже твое? – встрял Дима.
– Наше! – Варвара поднялась и покрутила головой. – Так, как мы тут будем устраиваться? И где руки можно помыть?
– Варь, у меня... у нас так-то дом есть, – рассмеялся Егор.
– Нет, я никуда без тебя не поеду, – упрямо заявила Варвара. – Только вместе.
В дверь постучались. Придерживая ногой дверь, вошла женщина в светло-зеленом костюме. В руках она держала поднос с приготовленными шприцами и ампулами которые мелодично позвякивали в такт ее шагам.
– Егор Матвеевич, пора укольчик ставить! Здравствуйте, Дмитрий Юрьевич! Здра... – заметив Варвару, она замерла на полуслове.
– Вы? – в следующее мгновение произнесли они хором.
– Мелисса? Здравствуйте!
– Варвара, правильно? Вот не ожидала вас здесь увидеть!
– Вы знакомы? – спросил Егор, с интересом разглядывая женщин.
– Мы в одном купе ехали, когда я из Москвы с учебы возвращалась, – первой ответила медсестра. – И как вам Сладкий? Написали статью? А к нам тоже по работе?
– Нет, ушки решила подрезать, – отшутилась Варвара.
– Не вздумайте! – воскликнула женщина. – Егор Матвеевич, скажите девушке, чтобы...
– Не беспокойтесь, Мелисса Андреевна, в ногах валяться будет, ничего не отрежу не пришью!
– Вот и правильно! Такая красавица! – Медсестра деловито нахмурила брови. – Ну что, коллега, приступим?
Егор демонстративно закатил глаза, отложил планшет и откинул одеяло.
– Пойдемте, Варвара, – Дима коснулся ее локтя, – пусть этому хохмачу уколы ставят. А я вам здесь все покажу.
– Эй, – крикнул Егор. – Вы куда? Варь, ты только его не слушай! Он сейчас тебя заболтает!
– Или я его, – подмигнула Варвара. – Болтать это моя профессия! 
  
Варварино счастье. Жена!
 
– Соблюдая торжественный обряд перед государственной регистрацией брака, в присутствии ваших родных и друзей, прошу вас ответить, является ли ваше желание стать супругами свободным, взаимным и искренним, готовы ли вы разделить это счастье и эту ответственность, поддерживать и любить друг друга и в горе, и в радости? Ответьте, невеста! – улыбчивая регистраторша сделала пригласительный жест.
Варвара вздрогнула и посмотрела на Егора:
– Да!
– Жених?
– Да!
– Поставьте ваши подписи!
Римма взяла букет из рук Варвары и, утирая слезы, отошла к остальным гостям. Их было немного – не занятые в клинике коллеги Егора, Дмитрий, и Валентина – подруга матери, которой Варвара позвонила на следующий день после возвращения в родной город. Именно она помогла выбрать платье и договорилась о выездной регистрации брака в Доме актера на берегу реки Вологды в самое короткое время.
Им не хотелось помпы и излишнего внимания, и это место как нельзя лучше подходило для того, чтобы чувствовать себя уютно среди тех, кто был искренне рад происходящему.
Следствие еще шло, но Егор, как только встал на ноги, встретился с Юлей, чтобы поставить ее в известность о разводе. Рассказывая Варваре об этой встрече, Столетов был спокоен и выдержан, но она понимала, что он при этом чувствовал. Озлобленная, нервная, Юля потребовала половину стоимости их квартиры, зная, что закон был на ее стороне. Учитывая, что на встрече она была с адвокатом, который смотрел на нее с вполне понятным интересом, Столетов в очередной раз поразился ее продуманности и наглости. Да, ей нужны были средства, но уже не для красивой жизни. И билась она за них до последнего даже в момент шаткости ее свободы.
– Сколько веревочке не виться, а конец будет, – сказал он Варваре. – Преступная наследственность... Мне не жаль этих денег. Я бы отдал все, лишь бы ты всегда была рядом.
– Я рядом, Егорушка. И все у нас будет хорошо.
– Да, – Егор несколько раз сжал и разжал кулаки. – Нужно провести еще несколько исследований, чтобы быть уверенным в своей профессиональной пригодности в качестве хирурга. Но если что-то пойдет не так, то... – Егор коротко выдохнул, – займусь консультациями или наукой.
Они въехали в квартиру родителей Егора, полную воспоминаний и вещей его детства. Здесь, в этом светлом и по-настоящему теплом пространстве, их любовь наполнилась живой и трепетной нежностью, будто кто-то свыше благословил и осенил их уверенностью в завтрашнем дне.
Неподалеку от дома находился старый парк с высокими толстыми липами и резными скамейками. Теперь каждое утро Варвара выгуливала Джека и заходила в булочную за свежим хлебом. Черный пес неизменно садился у двери и ждал ее, а потом нес пакет в зубах, чинно вышагивая рядом и не обращая внимания удивленных прохожих. А ближе к вечеру они встречали Егора. Поставив машину, он шел им навстречу, и тогда Джек превращался в визгливого слюнявого щенка, который вился вокруг Столетова, радостно высунув язык.
  
–... и сегодня, в этот замечательный день, 9 марта 2023 года, я объявляю вас мужем и женой! Егор Матвеевич, можете поцеловать новобрачную!
Егор был чрезвычайно взволнован. Варвара и сама едва держалась на ногах, сглатывала подступающие слезы и кусала дрожавшие губы. Казалось бы – все и так уже свершилось, но... Подумать только! Теперь она – жена! – женщина, которой доверены жизнь и счастье любимого мужчины.