Биг босс — полосатый хвост (СИ)

— А ну, стой! Не тронь его, это же Валерий Дмитрич. Я просто забыла рассказать, что с рассветом он превращается в енота.
— Это розыгрыш такой? — не сдавалась Марфа. — Валер, ты где спрятался? Я ведь слышу твой голос.
— Да здесь я, прямо перед тобой, — демонстративно развел лапами енот, и до Марфы наконец дошло.
— Что, в самом деле? — выпучила она глаза, удивленно хлопая ресницами. — Ну вот, а я думала, что хотя бы вы здесь нормальные. Ты-то ни в кого не превращаешься? — с подозрением кивнула она в мою сторону.
  
— Нет, не превращаюсь. Валера тоже такого не планировал, но оказавшись в этом мире, почему-то стал оборачиваться енотом.
— Странно.
— Не то слово, — согласился Валерий, все еще с опаской поглядывая на зажатую в ее руке скалку.
А потом Марфа взяла и просто ни с того ни с сего рассмеялась в голос, да так задорно и заразительно, что мы сами того не ожидая, раздумали на нее обижаться за этот неприятный инцидент.
— Ночью крутой перец, а утром енот, — вытирала она проступившие на глазах от смеха слезы. — Вы уж простите, но такого я точно не ожидала. Думала, мне с Драгомиром не повезло с этими его птичьими обращениями, но тут…
— Ничего, можешь не стесняться в выражениях, я уже привык, — будто бы и не обращал внимания на ее выходку Валера. — Лучше давайте обсудим, какие у нас планы на сегодня.
А планов оказалось целое громадье. И пусть Марфа рвалась поскорее вернуться в эльфийский замок, у нас с Валерой здесь еще оставались дела. Все они так или иначе касались Драгомира.
Долго ждать его появления не пришлось. В вазу на двери уже со знакомым грохотом свалились свежие гостинцы, а на пороге появился и сам воевода в начищенных до блеска сапогах и развевающемся плаще. Увидев его, наша сожительница-хохотушка резко изменилась в лице, став в разы серьезнее. А еще отчего-то засмущалась.
— Марфушенька, краса моя, ты ли это? Неужто насовсем в наши края вернулась? — просияли радостью голубые и чистые, будто небо в самый ясный день, мужские глаза.
— Я, а кто же еще. А ты будто скучал?
— Как же не скучать, милая.
Марфа разрумянилась от его комплиментов, манерно накручивая прядь темных волос на указательный палец. Драгомир не сводил с нее восторженных глаз.
— Так скучал, что на мое место уже новую ведьму принял и в дом заселил? — прозвучало с упреком, и я вдруг поняла, что с такими ее жалобами рискую в скором времени остаться без жилья и работы.
— Не серчай, родимая. Куда ж мы в этих краях без хорошей ведьмы? Нет, без ведьмы здесь никуда. А Машенька еще и в обязанности толком не вступила. Так что, вы, голубушки, сами решайте, кто на этой должности останется, я любой из вас буду рад.
— Так прям и любой? — ревновала Марфа, хоть и не желала этого признавать. Между этими двумя до нашего появления из дупла определенно что-то происходило.
— А нам с Валерой где жить прикажешь? Или уже забыл про вчерашний уговор?
Встретившись со мной взглядами, воевода виновато понурил голову. Еще бы! Не так давно этот Финист — Ясный сокол и за мной пытался приударить, а тут, стоило увидеть Марфу, и женишок слился. Стало даже как-то обидно, что я была для него только вариантом замены.
— Можете и вместе работать, с жильем что-нибудь решим, — быстро осознал он свою ошибку, не желая вставать между двумя ведьмами, какими все еще нас считал. — Вы с Валерой оставайтесь в доме, раз обжились, а Марфе в крепости я личные покои выделю, так сказать, поближе к руководству. Обеспечу всем необходимым, чем пожелаешь. Только, пожалуйста, не сбегай снова.
Нас с Валерой такой расклад более чем устраивал. И пусть мы не собирались задерживаться в этом мире надолго, но и как скоро сумеем отсюда выбраться, тоже пока не знали.
— Хорошо, я подумаю, — отозвалась девушка, и мужчины переключились на обсуждение других вопросов.
Подхватив Марфу за руку, я вывела ее на улицу, подальше от любопытных ушей.
— А что тут думать-то? Соглашайся. Ты бы видела со стороны, какими голодными глазами он на тебя смотрит.
— В этом все и дело, — замялась она. — Почему думаешь, я в прошлый раз сбежала?
— И почему же? Он что, домогался тебя, или того хуже? — оглянулась я на дверь, уже готовая устроить взбучку этому мужлану, чтобы не распускал свои руки и другие непристроенные части тела, пользуясь положением.
— Нет-нет, что ты, Драгомир не такой, — к моему удивлению, сразу встала она на его защиту. — Он обходительный, добрый и такой заботливый. Я просто испугалась, что влюблюсь в него по уши, и навсегда застряну с оборотнем в этом магическом средневековье. А я домой хочу к своей нормальной жизни. И довольно близко подобралась к ответам, чтобы сейчас, в последний момент, давать задний ход.
— Все с вами ясно, тяжелый случай.
Глубоко вздохнув, я и присела на один из пеньков возле дома, на которых Валера в сумерках обычно рубил дрова. С этого места открывался прекрасный вид на реку, и на меня тут же нахлынули воспоминания о вчерашней ночи и нашем купании с жаркими поцелуями.
— Кто бы говорил, — присела рядом Марфа, расправив свои пышные юбки, украшенные кружевом. — Ты вон, вообще влюбилась в енота.
От ее слов, пусть они и были правдивыми, у меня отчего-то заныло в груди, будто она нащупала мое слабое место. Я невольно насупилась, желая защитить свое хрупкое счастье.
— Енот он только днем, и это не навсегда. К тому же, Драгомир обещал научить Валерия контролировать эти обращения.
— Если их вообще можно контролировать, — усмехнулась Марфа. — А представь, если домой у нас вернуться не выйдет, что будешь делать тогда: кормить его с рук и носить всюду с собой, как какую-то собачонку? Замуж выйдешь под покровом ночи, нарожаешь ему кучу детей, чтобы и их тащить на своих плечах в одиночку? А если они родятся такими же мохнатыми, как их папочка?
— Хватит, перестань! — сорвалась я. — Ну зачем ты так?
Сердце участило ход, к глазам подступили непрошенные слезы.
— Маш, я не со зла, правда, — словно старая подруга придвинулась ко мне Марфа и аккуратно коснулась моего плеча. — Просто лучше подумать обо всем сейчас, на берегу, пока не зашла слишком далеко и не натворила глупостей. Я здесь дольше твоего и, поверь, такого насмотрелась… что даже влюбленные глаза Драгомира ничего для меня не изменят.
Я и сама иногда думала об этом, но всякий раз гнала прочь сомнения и тревожные мысли. А что, если она права? Какое будущее тогда меня ждет? Есть ли у нас с Валерием Дмитричем хоть крошечный шанс на совместное счастье, учитывая обстоятельства?
  
ГЛАВА 18 Помощь
 
ВАЛЕРИЙ
Все утро я не сводил с Маши глаз. Со стороны это, наверное, нелепо, когда енот так пялится на человеческую девушку, только теперь я точно знал, что это моя девушка и не отказывал себе в этом маленьком удовольствии. На фоне Марфы, с ее мрачной шевелюрой, боевым макияжем и манерами сапожника, моя девочка выглядела чистым непорочным ангелом, но никак не ведьмой.
Всю ночь до рассвета я прижимал ее к себе и не мог поверить собственному счастью. Выходит, все это время, она тоже ко мне что-то чувствовала, хоть и не показывала вида. А все эти ее заигрывания с Драгомиром и наши бесконечные перепалки… Когда прошлой ночью Маша с такой нежностью и страстью ответила на мои поцелуи, все разом встало на свои места.
Кого я обманываю? Я ведь еще с того самого первого дня, как только вошел в их богом забытый кабинет, не мог отвести от Савушкиной глаз. И сейчас не могу. Вот она взяла за руку Марфу, выводя за дверь, а я уже взволнован ее отсутствием. Странное чувство, слишком сильное и всепоглощающее для крошечного енота, но теперь мне хочется, чтобы она всегда была рядом, в пределах досягаемости для моих рук, губ и поцелуев.
— Так что у нас с Орденом? — не жилось спокойно воеводе, и я переключился на решение его проблем.
— А в чем конкретно требуется наша помощь?
Драгомир деловито прищурился, глядя на меня сверху вниз. Мы сидели за одним столом, и разница в размерах между нами сейчас была не так ощутима. Но его самого, видимо, все еще смущало, что столь важные дела приходится обсуждать с енотом.