Все связано (ЛП)

Мои брови ползут вверх.
— Вот это план. Если твоей музыкальной карьере придет конец, ты всегда можешь стать наркокурьером.
У торговцев наркотиков высокий уровень ранней, насильственной смертности. Великолепно.
Уоррен дает Ди-Ди сигаретку, и она светится от счастья. Мэтью тоже подходит к ним.
— Я бы тоже курнул травки.
Эрин в замешательстве.
— Я раньше никогда не курила марихуану.
Уоррен пытается ее приободрить:
— Тогда ты оказалась в правильном месте. Мы все друзья в шоу допинга.
Она все равно нервничает, поэтому я говорю ей:
— Просто скажи «нет», Эрин. Это необходимо только лузерам, — показываю я пальцем в сторону Уоррена. — Ты на самом деле хочешь оказаться там наглядным пособием?
Долорес поднимает руки вверх, как лапы с когтями.
— Это давление на коллектив. Давай, Эрин — это надо попробовать, хотя бы раз. Расслабься немного, подружка.
Эрин делает большой вдох и смотрит на меня большими глазами, ища одобрения.
— Думаю, я попробую. То есть… иногда просто надо сказать «Какого черта?»… правильно, Дрю?
Не могу спорить с цитатой из Большого Бизнеса. Я пожимаю плечами в знак повиновения, и Эрин присоединяется к остальным курильщикам.
Джеку это неинтересно.
— Нет, спасибо, приятель. Эти дни я планирую держаться подальше от токсинов в моем организме.
Александра также отказывается, махнув рукой. Стивен, однако, говорит:
— Конечно, почему нет? Вспомню свою расточительную молодость.
Александра ворчит:
— Что значит вспомню? Ты — мужчина, ты до сих пор ведешь расточительную жизнь.
Мой зять протягивает руку Уоррену.
— Сделай мне двойную.
Уоррен дает ему сигарету и зажигалку, а Мэтью предлагает Кейт присоединиться. Она качает головой.
— Может быть позже.
Я прохожу через комнату, открываю окно и включаю вентилятор на потолке.
Уоррен спрашивает:
— А что ты, Эванс? Не будешь?
Я фыркаю.
— Можно подумать, я когда-нибудь запихаю себе в рот то, что висело рядом с твоими потными яйцами. Я скорее поцелую задницу слона.
Уоррен делает глубокую затяжку и дым слетает с его губ, когда он насмехается надо мной:
— Нарк.
У меня морда кирпичом.
— Ага, это я. По выходным я зависал с Джонни Деппом на 21 Джамп Стрит.
Мэтью, уже навеселе от курения, захихикал. И сообщает всем, кто в комнате:
— Ааа, Эндрю прикольный. Но он и Мэри Джейн [5] не ладят. Один раз в колледже он пробовал. Но ничего хорошего не вышло.
Кейт наклоняется вперед.
— Я не слышала эту историю.
— Не самый лучший момент в моей жизни.
Мэтью смеется еще громче.
— Он сделал четыре затяжки, а потом начал бегать по дому, закрывая все двери и окна. Он думал, что сейчас появится его старик, или с неба упадет группа захвата. Потом у него началась паническая атака.
— Не было у меня никакой панической атаки.
Взгляд Мэтью встречается с моим.
— Чувак, я думал, что мне придется тащить твою задницу в больницу. Ты выглядел так, будто с тобой случится хренов сердечный приступ.
Все усмехнулись в мою сторону — даже Кейт.
Уоррен довольно кивает своей головой.
— Эванс не может справиться с косячком. Приятно слышать. Теперь, если мне когда-нибудь захочется тебе насолить, я знаю, как это сделать.
Предполагается, что друзья могут доставать друг друга. Это одно из преимуществ того, что вы все знаете о человеке — все их достижения, все компрометирующие, грязные секретики.
Но это палка о двух концах.
— Давай дальше углубляйся в воспоминания, Мэтью. Я тоже знаю несколько моментов про тебя, в которых можно покопаться.
Он широко распахивает руки.
— Я — открытая книга.
Я улыбаюсь по-дьявольски.
— Ты уверен?
— Выкладывай, болван.
Я поворачиваюсь к его жене.
— Эй, Ди, Мэтью тебе когда-нибудь рассказывал про тот раз, когда он был так пьян, что помочился в рот Келли Маккалистер, пока она делала ему минет?
Мэтью тут же протрезвел.
Стивен умирает со смеху.
— Вииии, — пищит Эрин. — Как противно.
— Вот как он заработал свою кличку в нашем братстве — Фишер-Золотой Дождь.
 
Александра выглядит так, словно ей одновременно забавно и противно.
Джек фыркает.
— Фу.
Кейт кривит лицо и закрывает уши.
Долорес сначала смеется, потом поворачивается к своему мужу и признается:
— Я подавлена. Я больше никогда не смогу брать у тебя в рот, не вспомнив эту историю.
Мэтью смотрит на меня добродушно:
— Вот ты мудак, дружище.
Я просто улыбаюсь:
— Вот для чего нужны друзья, приятель.
* * *
Через десять минут Эрин лежит с задранными вверх ногами в своем кресле, глаза у нее с тяжелыми веками. Она медленно поднимает одну руку, потом другую.
— Как здорово. Я такая расслабленная.
Лицо Стивена выглядит вялым, когда он показывает жестом в сторону большого пианино в углу комнаты.
— Эй, Билли, почему бы тебе что-нибудь ни сыграть?
Да, эта задницетерка может еще и на пианино играть. Только подумайте — он может быть многоликим мудаком, но при этом оставаться лохом.
Ди поддерживает:
— Хорошая идея. Нет ничего лучше хорошего косячка с ритмичной мелодией. Подсласти нам, братец.
Этот тупица встает и усаживается за пианино, разминает пальцы и начинает играть. Через несколько аккордов он начинает петь «Someone like you» Адель. Это означает, что он выбрал девчачью песню.
Когда он напевает последнюю строчку перед куплетом — ту самую, где отношения между ним и его бывшей еще не закончены, мое хорошее настроение становится кислым, как молоко, хранящееся слишком долго в холодильнике. Вот почему я всегда ненавидел, ненавижу и буду ненавидеть этого Уоррена. Потому что, несмотря на историю о моем опыте с марихуаной, которую рассказал Мэтью, я не параноик. Я наблюдательный. Смышленый. Чертовски умный, чтобы знать, почему — из всех чертовых песен, которые он мог сыграть — он выбрал именно эту.
И что еще важнее — я знаю, для кого он ее играет.
Случайностей не бывает. Язык тела и оговорки по Фрейду имеют свое значение. Мы подсознательно показываем, что на самом деле чувствуем. Чего на самом деле хотим. И где-то, глубоко в хиленьком мозгу Уоррена и в его сердце, думаю, он до сих пор хочет Кейт.
Посмотрите на ее лицо сейчас. Тот же самый взгляд, какой у нее всегда бывает, когда она смотрит на то, как он поет. Ее голова слегка наклонена, на губах легкая улыбка, а в глазах смешение гордости и изумления. Обожание. И, возможно, воспоминания о былой любви. Хоть я и знаю, что больше она не испытывает к нему этих чувств, даже если я знаю, что выбрала она меня — что меня она любит больше — меня это раздражает. Очень.
Потому что единственный человек, на которого я когда-нибудь так смотрел — был ей.
Когда он играет последние ноты, я стараюсь проглотить это чувство неприязни. Мэтью, Стивен, Эрин, Ди-Ди и Кейт хлопают. Александра вытирает слезы на глазах.
Джек говорит:
— Черт, а ты хорош. Эта музыкальная хрень заставляет благочестивых кисок бегать за тобой. Сегодня вечером, Билли, ты мой напарник на свиданиях.
Уоррен скромно кивает головой.
— Конечно, приятель.
Потом я поднимаюсь.
— Теперь, когда я получил свою дозу эстрогенов на день, как насчет того, чтобы отправиться к бассейну и посмотреть, что там за барбекю? Не знаю как вы, парни, но я более чем готов к первой из многих наших вылазок.
Все соглашаются.
Я держу Кейт ближе к себе, когда мы все направляемся в наши комнаты, чтобы по-быстрому переодеться. И приготовиться, чтобы разойтись по своим делам.
  
Глава 7
 
Барбекю, которое проходит у бассейна, предназначенного только для взрослых, идет полным ходом. Здесь повсюду музыка, солнечный свет и бикини — и кое-что, чего я не хотел бы видеть. Помните, дамы, раздельный купальник — это привилегия, а не обязанность.