Все связано (ЛП)

На деньги нельзя купить счастье — но с ними намного проще оставаться счастливым.
Так как мы почетные гости, Кейт и я селимся в главной спальне. В нашей смежной ванной комнате имеется душевая кабина и огромное джакузи, которые я позже обязательно использую по назначению. Стивен и Александра, Долорес и Мэтью, каждая пара получает тоже по комнате — в которой есть камин и королевская кровать. Эрин забирает комнату немного меньшую, а Джек и Уоррен устраиваются в последней.
Хорошо, что в их комнате есть две двуспальные кровати, потому что если и есть одна вещь, которую не сделает ни один парень, так это то, что он никогда не будет делить кровать с другим мужиком. Спать голым на острых камнях? Лучше так, чем рискнуть проснуться с парнем, чье оружие в полной готовности у тебя за спиной.
После того, как дворецкий — мы будет называть его мистер Бельведер — проводит нас по вилле, а служанка берет наш багаж, чтобы его распаковать, все мы рассаживаемся в гостиной, чтобы передохнуть и поболтать о наших планах на день.
Сидя в темно-коричневом двухместном диванчике с Долорес на коленях, Мэтью начинает первым:
— Через двадцать минут здесь у бассейна начнутся соревнования по волейболу. Я решил, мы начнем с них — в качестве разогрева. И еще там зажаривают свинину на вертеле — вы же знаете, как я люблю поесть хорошего поросенка.
Все парни кивают в знак согласия.
Теперь Ди-Ди:
— Наша вечеринка богинь начинается в пять…
Вечеринка богинь… для мужчин это мечта — мифическая. Как сказочный горшочек с золотом в месте, где кончается радуга, или драка подушками у девочек — топлесс, когда они ночуют друг у дружки. Зачастую, это сексуальная вечеринка только для девочек, правда, без самого секса. Легенда гласит, что там широкий выбор игрушек на продажу — фаллоимитаторы, вибраторы, всякая извращенная одежда и белье. И еще там дают уроки — женщинам рассказывают про такие приобретенные навыки, как глубокое запихивание в горло, мастурбация, стриптиз танец.
— …но перед этим, у нас, дамы, спа. Чтобы вечером быть неотразимыми.
Я провожу рукой по волосам Кейт, так как она сидит рядом со мной на диване.
— Это лишняя трата времени, — говорю я ей. — Нельзя улучшить совершенство.
Она слегка краснеет. Я ее просто обожаю.
Ди-Ди парирует:
— Это ты сейчас так говоришь, но подожди, вот увидишь ее потом. Нам сделают обертывание, депиляцию, выщипывание бровей и массаж. Клянусь, Кейт, после того, как над тобой поработает Рикардо? Ты никогда не будешь прежней. Это как после оргазма.
Мое любопытство берет надо мной верх.
— Кто такой Рикардо?
— Массажист Кейт.
Хм. 
— Рикардо — странное имя для женщины.
Долорес закатывает глаза.
— Ну, да. Было бы странное, но Рикардо — что ни на есть — мужик. У него тело греческого бога, как у Арнольда Шварценеггера в его лучшие годы. И он знает, как им пользоваться — особенно руками.
Некоторые парни отнесутся нормально к подобной ситуации. Парни, сговорчивые на секс, типа Мэтью или такие понимающие, как Стивен. Они поцелуют свою девушку и скажут: «Хорошо тебе провести время, милая». Но, не смотря на мой эмоциональный рост за последние годы, это не по мне.
Поэтому я говорю:
— Да уж, нахрен, этому не бывать.
Кейт кладет свою руку мне на колено.
— Дрю, это всего лишь массаж.
— Я понимаю. Два слова — счастливый конец. И еще — ни за что.
Александра пытается помочь.
— Расслабься, братишка. Нет причин для ревности.
Я широко расставляю руки:
— А кто здесь ревнует? Я не ревную — потому что этому не бывать.
Я поворачиваюсь к Кейт и спокойно объясняю:
— Ты, правда, думаешь, что я буду тут спокойно сидеть, зная, что ты там — когда твои прелести прикрыты лишь тоненьким полотенцем — пока Рикардо-хренов-Монталбан тебя лапает? Заставляя тебя стонать? Хрен. Все твои стоны принадлежат мне — они полностью оплачены камнем на твоем пальчике.
Ди-Ди протягивает руку Мэтью.
— Я знала, что он не сможет с этим совладать. Гони деньги.
Он вытаскивает свой кошелек и кладет ей в руку двадцатку. Я разочарованно качаю головой в его сторону.
 
— Ты думал, мне это понравится?
Он пожимает плечами.
Я прищуриваю глаза.
— Я тебя не знаю.
— Рикардо — отличный парень. У него волшебные руки. Если бы я был геем, то вступил бы с ним в гражданский союз.
Из глубокого кресла с откидывающейся спинкой к разговору присоединяется Стивен:
— Ты позволяешь массажировать себя мужику? А ты не рассматриваешь такую вероятность, что ты уже гей?
— Иди в жопу!
Стивен смеется.
— Видишь, я об этом и говорю. Вот на эти скрытые послания и реагирует мой гей-радар.
Он выставляет свой палец и указывает им на каждого парня в комнате:
— Бип. Бип. Бип… — потом показывает на Мэтью. — Биииииииииииииииииииииииип.
Билли и Джек падают со смеху, а Стивен «дает им пять». Мэтью рукой показывает им знак, которым посылает их куда подальше. Что ему не особо помогает.
Кейт возвращает нас к теме разговора.
— Для тебя это, правда, такая проблема?
Я киваю.
— Абсолютно. Это испортит мне воспоминания обо всей неделе.
Она вздыхает и поворачивается к Долорес.
— Отмени мою запись.
Ди приходит в ужас.
— Ты же это несерьезно? — Она всплескивает руками. — Началось. Ты еще даже не замужем, а он уже тебя контролирует — диктуя тебе, что можно делать, а что нельзя.
Я подскакиваю в защиту Кейт.
— Она уважает мои чертовы чувства. Вот как бывает в нормальных, здоровых отношениях. Попробуй как-нибудь.
— Я невероятно сознательно отношусь к чувствам Мэтью!
Кейт вскакивает тоже.
— Ди, мы здесь, чтобы повеселиться, а не пытать моего жениха.
Ди-Ди надувает губы.
— Но пытать его и есть моя задумка о веселье. Кайфолом.
Тем не менее, она берет свой телефон и звонит в спа-салон.
Кейт устраивается рядом со мной, кладя голову мне на плечо. Я прижимаю ее ближе и целую в макушку.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Я улыбаюсь.
— Когда ты вернешься со своего прихорашивания, я хочу заполучить свое время с Кейт, которое ты мне задолжала.
Она поднимает голову и шепчет:
— А это включает в себя завершение того, что мы начали в самолете?
Я медленно киваю.
— Включает, и я тебе гарантирую, что это будет зрелищное завершение.
— Оно всегда зрелищное, — она наклоняется и дарит мне игривый поцелуй, дразня языком.
Когда она отклоняется назад, я облизываю свою нижнюю губу, наслаждаясь ее вкусом.
— Даже не сомневайся.
Наш игривый момент прерывает Уоррен:
— Так, прежде чем мы разделимся, никто не хочет… курнуть?
Я не большой фанат наркотиков, даже легких. С алкоголем вы можете себя еще контролировать — выпить рюмку или две, потом притормозить и наслаждаться легким опьянением. Или вы можете разогнаться и пригубить пять рюмок за раз. В любом случае, вы можете контролировать то, в кого вы хотите превратиться.
Но наркотики, это как поезд без кондуктора. Стоит только принять, и вас понесло — уже не притормозишь, если вдруг передумал. Ди-Ди не разделяет моих чувств. Что неудивительно.
Она садится рядом со своим кузеном на подлокотник дивана.
— Слава Богу, я думала, ты уже никогда не спросишь.
Уоррен достает из своего кармана мешочек, в котором немного самокрутки, немного марихуаны и маленькая светло-коричневая трубка.
Эрин спрашивает:
— Где ты это взял?
— Привез из Нью-Йорка, — он хмурится, а потом объясняет, — ну, технически, я привез это из Калифорнии в Нью-Йорк, а потом сюда. Это хорошая хрень — высокого качества, используется в медицине. У уборщика в моей музыкальной студии глаукома.
— Но как ты пронес это в аэропорту? — спрашивает моя сестра.
Уоррен гордо объясняет.
— Я держу это в своих трусах. Поэтому если на каком-то сканере это увидят, то это просто выглядит, как будто мне там нужно хорошо побрить.