Тринадцатый VII (СИ)

— Звучит приятно, — улыбнулась Маша. — Хотела бы я увидеть лицо отца, когда он узнает, что в Третьяковке мой портрет висел!
— Думаю, он ещё от имперского бала не отошёл, — усмехнулся я.
— Зато он больше не надоедает. Даже пытался раз помириться.
— А ты что?
— Дождусь третьей попытки и соглашусь. Пока не хочу возвращаться в родительский дом.
— Ну смотри, этих попыток может и не быть.
Выставка прошла спокойно. Маша то и дело подходила к столу с угощениями за мини-тортиками. За вечер она попробовала их все и осталась довольна.
Булочка лениво лежала в углу главного зала. К гепарду подходили не меньше, чем к картинам, но питомица никому не позволяла себя гладить, поэтому по залу периодически разносился тихий рык.
А я наблюдал, как дворяне договариваются о покупке картин. К концу вечера они все были распроданы. Но я про себя отметил, что покупали в основном те, кто явно или в тайне осуждал политику императора. Были среди них представители всех фамилий, что ранее присылал мне Дмитрий Павлович — наш учёный.
Ох, и хорошо сегодня заработали те художники, что не побоялись подойти к Зубастику. А про хитрого распорядителя выставки вообще молчу…
Однако когда мы шли к выходу, меня задел плечом парень примерно моего возраста. Но взгляд у него был холодный… и глаза до боли знакомые.
Вместо извинений парень обернулся и тихо сказал:
— Я знаю твою тайну, Воронцов. Увидимся на Байкале, — усмехнулся он и спешно вышел.
— Ты вообще кто? — бросил я ему вслед.
Парень мне не ответил. Ну, не догонять же его при всех, бросая спутницу!
— Это кто такой? — спросил я у Маши.
— Это сын императора. Мерзкий тип, как и его отец. А о какой тайне он говорил? — шёпотом спросила Маша.
 Глава 12 
Зубастик уминал третью пачку магического корма. А я стоял рядом, смотря образы из путешествия, что передавал питомец.
Он был в полном восторге! Как ребёнок, который впервые выехал на природу из большого города.
Ещё бы, он преодолел огромное расстояние. Увидел, как зима сменяется вечным летом. Даже в Чёрном море умудрился поплавать.
Кстати, рыба там ему совсем не понравилась. Ещё бы, магии-то в ней не было, а для сытости Зубастику пришлось съесть огромный косяк.
Сейчас он делился эмоциями, чтобы я пережил путешествие вместе с ним! Это было захватывающе!
Только вот периодические крики Краснова на заднем фоне омрачали эту картину. Он так и не преодолел свою боязнь высоты, и долетел лишь благодаря ментальному влиянию Ольги.
Чуть больше суток назад Зубастик перемахнул через пограничную стену, что располагалась прямо в недрах пустыни, на севере Африканского континента. Там он и оставил супругов, чтобы они через пару часов сами добрались до ближайшего города.
Мне оставалось лишь ждать от них ответа.
Путь к резиденции правителя Африканской республики оттуда предстоит не близкий, и за это время всякое может случиться в чужой стране. Особенно когда твоё лицо синего цвета и покрыто чешуёй…
— Алексей Дмитриевич, а я вас ищу! — в пристройку залетел Иван Фёдорович.
Сегодня у него закончился отпуск.
— Ждёте новый список срочных дел? — с иронией спросил я.
— Нет, жду список покупок для поездки.
— Уже всё заказано. В том числе тонна магического корма для Зубастика.
— Я, конечно, всё понимаю, и на слабость никогда не жаловался… Но столько я в поезд не протащу! Даже если вагон выкупать, по прибытии придётся искать грузчиков и арендовать грузовик для перевозки.
— Корм заказан в конечный пункт, не переживайте, — улыбнулся я.
У Ивана Фёдоровича было такое лицо, словно он уже представил, как фургоны разгружает.
— Фух! Это упрощает мне задачу.
— Как там дела у бездомных?
— Это хорошо, что их слишком много? Неделя прошла, а мой человек говорит, что уже сотню нанял. Ещё немного, и он от них отбиваться начнёт, — усмехнулся куратор.
— Это прекрасно, — ухмыльнулся я. — Хотел бы я увидеть лицо императора, когда ему доложат о странном вандализме.
— Думаю, он будет в ярости. Начнётся расследование.
 
— Которое приведёт к Шолоховым, — напомнил я.
— Кстати, о ваших шпионских играх, — вспомнил куратор и стал шарить по карманам зимней куртки. — Вот, держите. Магоконтроль в курсе, что вы уезжаете на две недели. Но они не знают, что я буду сопровождать вас. Поэтому решили вернуть вам призрачных разведчиков на это время.
— Или вернее, чтобы они могли следить за мной всё это время.
— Да.
Иван Фёдорович возвращал мне ручку и два карандаша, к которым были привязаны мои первые мёртвые шпионы, один или два раза в неделю. По договорённости я каждый раз сообщал призракам, что передавать магоконтролю.
— А у нас, между прочим, много интересных сведений, — прямо возле меня проявилась Лариса Дмитриевна.
— Так выкладывайте! — велел я. — И чего остальные спрятались?
Мужчина в спортивном костюме и девушка с узкими глазами тоже показались. Но Лариса Дмитриевна не давала им сказать ни слова.
— Так вот, мы должны за вами всё это время следить, — начала мёртвая старушка.
— Это я уже понял. А что-нибудь интересное удалось узнать? Доплыли до архива?
— Доплыть-то доплыли, столкнулись там с вашим Мишкой и уплыли, — хмыкнула Лариса Дмитриевна.
— А чего не присоединились?
— Так, я прямо у него спросила, где искать. Он сказал — нигде!
— Вот хитро конкурентов сплавил! — из пустоты донеслась усмешка Макара.
— Да нет, — махнула рукой бабка. — Он сказал, что рад был бы помощи, но уже сам всё перерыл. Говорит, что интересное надо искать в имперском архиве. А в Смоленске только старые дела и вещдоки хранятся.
— А имперский архив находится в резиденции императора, — напомнил я.
— Ага, поэтому туда никто не суётся. Хотя вы только представьте, насколько там большая не оцифрованная библиотека.
— Но пока она остаётся недосягаемой. Во дворец императора призрачный отряд не отправить. Слишком сильная защита стоит.
— Угу. А ещё магоконтроль озадачен поведением Мишки вашего. Он отказался от работы на праздники и укатил Питер к бывшей девушке. Начальство в кабинетах говорило, что он становится непредсказуемым. Поэтому для слежки за вами во время каникул отправят другого человека.
— Кого?
— Без понятия. Настоящая фамилия Штрауберс, но приедет по липовым документам.
— Ясно, значит уже иностранных агентов подключили. Но сомневаюсь, что внешне это будет заметно. Это всё, что вы узнали?
— А вот нет!
Дальше Лариса Дмитриевна рассказывала всё подряд. Всё, вплоть до офисных сплетен. Но из этой информации я не смог вычленить ничего важного.
Остаток дня прошёл в рутинной подготовке к поездке.
Я наконец избавился от конверта из налоговой и перепривязал призрак брата к наручным электронным часам, которые мне Света на новый год подарила.
А остальной призрачный отряд, кроме Макара и Насти, перепривязал к декоративным нитям. Младшая сестра предложила сплести из них браслет, и я охотно воспользовался её предложением.
— Макар, думаю самое время избавиться от кирпича. Выбирай цвет нитки, — сказал я призраку, а младшая сестра охотно выложила на столе ассортимент.
— А почему они все чёрные, серые и синие? Так не пойдёт! — возмутился призрак и демонстративно надулся.
— Могу жёлтенькую достать, — предложила девочка.
— Можно я останусь в кирпиче? Ну, пожа-алуйста! Мы с ним уже сроднились!
— Ты с ним сроднился, а таскать мне. Ну ладно, пару месяцев, но не до конца жизни же мне с ним шляться! — ответ получился резче, чем мне хотелось.
— Можно и до конца…
— Макар, выбирай нитку, кому говорю! Какого фига ты тут детский сад разводишь? Даже Люси себя в десять лет адекватнее ведёт.
У нас с десятилетней Люси были разные матери. Она была скромной девочкой, в отличие от задорной Насти, с которой у нас была общая мать. Люси была младше Насти меньше чем на год. Но при одинаковом воспитании выросли сёстры совершенно разные.