Еретик (СИ)
- В твоих словах отсутствует логика, - сказал я Кайсу. - Как на свободной от магии территории, остались "остатки" заклинания богов? Это же взаимоисключающие вещи.
- Не знаю, что у тебя, и чего исключает, но тут происходит то, что происходит, - получил я ответ. - Хочешь разобраться в этом, и узнать точный ответ на свой вопрос - стань одним из богов этого Мира, заодно и нас отсюда вытащишь. А вообще, как думает Магистр, и я согласен с его рассуждениями, то, что было до Божественной Свободы, то и осталось, а всё что создано позже - блокируется.
- Поэтому Вершок не смог убить тебя заклинанием? - поинтересовался я о недавнем происшествии, что раскололо нашу "дружную" компанию.
- Если бы он хотел, то убил бы. Зиган использовал ту магию, что творит Магистр. Ей он благословит своих служителей, и поэтому она не может причинить нам серьёзного вреда.
- А ты? Ты бы убил его? - задал я вопрос, который оказался слишком сложным для Кайса.
- Тогда - да, я убил бы его. Сейчас уже не знаю. Наверно, нет.
- Помнишь, тогда, в "Гнилой рыбе", ты говорил мне, что с алкашом Вершком, и моим скверным языком, мы обязательно влипнем в приключения? - неожиданно всплыл в голове разговор с Кайсом. - А ведь ты был прав. Скверный язык привлёк внимания инквизиторов, а алкаш затянул нас сюда - в Дом Цедрика.
Кайс рассмеялся, и срубил очередную ветку, что мешала ему пройти вперёд. Так, в приподнятом настроении, совершенно позабыв о том страхе, что овладел мной ранее, мы прошли пару миль, тьфу ты, конечно же километров! Начинало темнеть, но мой, теперь уже единственный проводник не желал останавливаться. Он продолжал рубить вездесущие ветки и идти вперёд.
- Почти пришли, - ответил он мне, когда я спросил: "далеко ли до злощастного дворца?".
Ну, раз "почти", то можно ещё немного поболтать.
- Представь, что тебе пришлось выбирать, на чью сторону встать: императора Цедрика или Трех богов - кого бы ты выбрал? - задал я вопрос, который почему-то не понравился Кайсу.
- Не задавай мне такие вопросы, - недовольно буркнул он. - Я уже выбрал того, кому буду служить до конца своих дней, и подобные разговоры бросают тень на мою репутацию.
Ух ты ж, блять! Да я по-ходу с ума сошёл! Или это правда, и разбойник, грабитель, убийца невинных девушек, человек у которого в друзьях больной на голову колдун-алкоголик, одержимый местью всему живому, заговорил о репутации!!!
Вопреки обещаниям Крысолова, к тому моменту, как окончательно стемнело, мы так и не добрались до дворца. Он вырубил деревца в радиусе пяти метров вокруг нас, после чего мы стащили их в одну кучу, рядом с которой разожгли костёр. Долго сидели молча, наблюдая за язычками пламени, желающими взметнуться над костром и взлететь как можно выше и покинуть проклятое место. Но всё, что у них получалось - короткий полёт и мгновенное угасание - Дом Цедрика не выпускает никого...
- Что не спишь? - нарушил молчание Кайс.
- Не охото.
- Может, поговорим о чём-нибудь? А то мне как-то не по себе в тишине сидеть. - Пояснил он причину своего неожиданного обращения ко мне.
- Давай, - я сразу же согласился на его предложение, и поинтересовался о тех богах, что одолели императора Трагарда. - Церковь Триединства служит тем троим, что победили Лакса Цедрика?
- Именно им, - подтвердил Кайс. - Слушай, а ведь ты и племянницу императора знаешь. Не лично, но ты много слышал о ней.
- Откуда, - усмехнулся я. - Тех женщин, что я встречал в этом Мире, даже с натяжкой нельзя назвать родственницей Смиренного Бога. А двоим вы с Вершком, вообще, шеи свернули.
- Имя выжившей племянницы последнего императора - Жанна. Именно та Жанна, которая после смерти дяди стала первой и единственной, по сей день, королевой Трагарда!
14. Дворец последнего императора.
Как бы мы не старались держаться, но сон всё-таки одолел нас. Посреди ночи, совершенно неожиданно у нас, у обоих начали закрываться глаза. Кайс пытался бодриться, но его хватило ненадолго, словно выносливый организм был подвержен воздействию усыпляющего газа. А что уж говорить про меня. Я вяло прилёг на бок, медленно моргнул, и провалился в объятия Морфея. Хотя, какой к бесам Морфей в этом Мире!
Проснулся я первый. Мерзкий, белёсый туман напитал сыростью одежду, которая стала казаться вдвое тяжелее. Панически оглянулся по сторонам. Максимум, что удалось рассмотреть - очертания стволов деревьев на обочине дороги, между которыми...
- А-А-А!!! - взвизгнул я, словно перепуганная девка.
Я бросился к Кайсу, которого разбудил своим криком. Он вскочил на ноги, обнажил меч, и заспанными глазами начал выискивать в тумане ту угрозу, что напугала меня.
- Где? Кто? - настороженно спросил он, медленно оборачиваясь вокруг своей оси.
- Там, - я указал в нужную сторону и, подобно ему, обнажил оружие, которое было бесполезно в моих руках. - Между деревьев.
- И что там? Между деревьев? - продолжил Кайс.
- Ты что, не видишь? - удивился я.
Высокие, трёхметровые воины, отчасти укрытые туманной пеленой, стояли по обеим сторонам от дороги. Их лица скрывали ржавые, измятые забрала. Серые одежды изорваны в клочья, что медленно колышутся от лёгкого ветра. Оружие и огромные, прямоугольные щиты в их руках немного подрагивают, что добавляло живости картине.
- Там нет ничего, кроме деревьев, - заявил Кайс, и взял меня за руку. - Пошли, прогоним твои видения.
Я сопротивлялся, но он тащил меня к ближним от дороги деревьям. Сначала воины-великаны безмятежно смотрели на нас, а затем начали медленно отступать назад в туман.
- Не бойся того, что видишь ты или вижу я, - произнёс Кайс странные слова. - Бойся того, что видим мы оба.
Он отпустил мою руку, и я рванул к месту нашей ночёвки. Крысолов же заглянул за деревья, а потом медленно вернулся назад.
- Я не понимаю, что ты мне сказал, - заявил ему я, и принялся раздувать угасающие угли костра.
- Надеюсь, ты не забыл историю Олаза Многорукого, и то, что его банда разжилась королевским золотом, - очень издалека начал он свои пояснения. - Знаешь, где теперь это золото?
- Где?
- Где-то здесь, в Доме Цедрика. А ещё здесь нашли свою смерть, оставшиеся в живых после бегства от инквизиторов люди Многорукого. Дело в том, что в сотне миль южнее находятся золотые прииски Короны, и Скрытый город, в котором живут старатели, стража и все, кто обслуживает рудники... Именно этот город и ограбил Многорукий со своими людьми. Возмездие настигло банду Олаза на Зелёной тропе, что тянется от приисков на север, к Долгому тракту. И случилось это в том месте, где территория дворца располагается в нескольких ярдах от Зеленой тропы. Смерть от инквизиторов или попытка испытать удачу в Доме Цедрика? Две дюжины разбойников выбрали второй вариант, и в пылу сражения, когда исход его был ясен, они направили телеги с золотом на Земли императорского дворца... Так же, как и было с нами, в первый день с ними ничего не происходило. К вечеру они добрались до дворца. Переночевали, а утром спрятали основную часть золота, в надежде на то, что когда-нибудь они смогут им воспользоваться. Утром-то всё и началось. Всё золото, что осталось при них, то, которое они распихали по своим сумкам, исчезло. Начали выяснять, что произошло, но так ничего и не поняли. Проверили схрон с остальным золотом - пусто... В общем, всё это переросло в драку, в которой погибло пять человек. Погибло бы больше, но с улицы до них донёсся собачий лай, а затем в тот зал, где они были, начали врываться окровавленные псы с изуродованными телами. Они, конечно отбились от собак. Появление общего враг сплотила разбойников, и вселило в них уверенность, что сказки о Доме Цедрика далеко не сказки. Ими было решено, что если до ночи они не смогут отыскать золото, то покинут дворец, и попытаются выбраться с проклятой Земли. Ничего они не нашли, кроме подходящего места для ночлега. Хорошее помещение, толстые решётки на окнах, один вход с надёжной дверью... Утром их стало на пять человек больше, чем было вечером. Те, кто был убит сутки назад, снова были с ними. Снова драка. Снова трупы. Только в этот раз мёртвых было вдвое больше. "Возрождённые", сражались столь неистово, что повергли в бегство оставшихся разбойников. Те, кто выбрался из помещения, в ужасе разбегались поодиночке, кто куда, тем самым обрекая себя на верную смерть. Лишь трое из выживших догадались объединиться, и попытаться спастись вместе. Двое из них всё равно погибли но, пока они были живы, заметили одну странную вещь: что видит один - нереально, а то, что видят все - желает твоей смерти.