Московский Кремль

Конец XVIII – начало XIX столетия отмечены влиянием стиля классицизма и, как следствие, увлечением античностью. В прошлое отошли роскошные одеяния из шелка и парчи, с фижмами и кружевными оборками, с золотой и серебряной вышивкой. Их сменили платья, напоминающие греческие туники. Этот фасон был прост и рационален, а прямые формы мягко намекали на очертания тела. От талии вниз мягкими складками опускался длинный шлейф, который модницы надевали как жилетик. Именно таково коронационное платье 1801 г., предназначенное для супруги императора Александра I. Коронационные платья было не принято изготавливать из тонкой прозрачной ткани. Это одеяние мастерицы выполнили из серебряного глазета, который украсили серебряной вышивкой, блестками и тончайшими нитяными кружевами.
В первой трети XIX столетия мода снова претерпела изменения. Форма платьев стала почти идеально прямой, с высокой талией и короткими пышными рукавами. Длинный шлейф по-прежнему спускался от самого лифа. Образцом этого стиля служит коронационное платье, изготовленное для супруги императора Николая I.
С середины XIX столетия при русском дворе стал использоваться официальный женский костюм, стиль которого можно определить как ложнорусский. Одеяния, представленные в Оружейной палате, созданы из серебряной ткани с украшениями из нитяных кружев, блесток и жемчуга.
Что же касается русских государей, то с XVIII столетия в качестве коронационной одежды они использовали военный мундир лейб-гвардии Преображенского полка, причем чин соответствовал чину обладателя костюма. Неотъемлемой частью коронационного одеяния являлась мантия, или порфира, из золотой парчи, или глазета, ворот, полы и подол которой обрамлял горностай. Мантия заменила собой древние бармы. Ее ввел Петр I в связи с коронацией своей супруги Екатерины I. Эти мантии были настолько длинны, что во время торжественных церемоний их несли сразу несколько высших сановников.
Во второй половине XIX столетия одеяния вновь приобретают вычурность и причудливость форм, которые создавались с помощью бесчисленных оборок и драпировок. В это время мастера предпочитают использовать гладкие ткани, лишенные узоров.
В музее существует поистине уникальная мантия, выполненная из серебряного плетеного кружева французскими мастерами. Это великолепное одеяние принадлежало императрице Елизавете Петровне.
Очень любопытен маскарадный костюм Екатерины I. Он состоит из кафтана, юбки и камзола. Поражают роскошью кафтаны и камзолы, принадлежавшие императору Петру II. Они созданы из бархата, парчи и сукна, а в качестве украшений используются золотые и серебряные кружева.
В качестве фона для царских одеяний используются русские шпалеры, созданные из разноцветной шерсти и шелка. Техника обработки шпалерных изделий отличалась чрезвычайной трудоемкостью и сложностью. Порой мастер в течение целого года мог выткать не более одного квадратного метра ковра. Кроме того, мастер непременно должен был обладать художественным чутьем и вкусом, чтобы подбирать идеально подходящие друг к другу оттенки шерсти и шелка. Существуют такие искусные шпалеры, в которых можно насчитать до 14 тысяч цветовых оттенков. Исходя из этого, русские шпалеры являлись очень дорогостоящими изделиями, и приобрести их могли только чрезвычайно состоятельные люди.
Шпалерная мануфактура была основана в Петербурге в 1715 г. Чтобы подготовить квалифицированных ткачей-мастеров, опытные мастера брали в ученики детей из Малороссии или сирот.
Особое место в собрании Оружейной палаты занимают одеяния церковных иерархов. При их изготовлении использовались в основном византийские, иранские и турецкие ткани.
Например, из византийской ткани сшит саккос – длинная одежда с короткими широкими рукавами и круглым воротом – первого московского митрополита Петра. Это наиболее древняя из одежд музейной коллекции. Саккос сшили в 1322 г. из светло-синего атласа, поверхность которого покрыли золотыми полосами с крестами в кругах. Одеяние выглядит особенно красивым из-за гармоничного сочетания серебряных золоченых нитей орнамента и голубого шелкового фона.
 
Саккос митрополита Петра. Россия. 1322
Саккос патриарха Никона. Конец XVI – начало XVII в.
Одежда митрополита Алексия была сшита в 1364 г. Ее отличает интересная вышивка в виде крестов и углов. На зарукавьях и подольнике исполнен жемчужный орнамент, в который искусные мастера включили золоченые дробницы с перегородчатой эмалью. Подобные украшения рассыпаны и по всему саккосу. Дробницами оформлены епитрахиль и поручи митрополита Алексия.
Два саккоса митрополита Фотия (1408–1431 гг.) усеяны вышивками, причем на одной одежде изображен митрополит Петр, а на другой великий московский князь Василий Дмитриевич, его супруга Софья Витовтовна, дочь князя Анна и ее муж, будущий император Византии Иоанн Палеолог, что является ярким свидетельством политических и культурных связей Московского государства и Византии.
Саккос митрополита Симона (1496–1431 гг.) мастера сшили из темно-вишневого атласа, заткали золотыми крестами и красными клеймами в виде сердца с серебряными завитками. В этом одеянии объединяются византийские и восточные мотивы как в отношении узора, так и яркого колорита.
Любопытны два саккоса, принадлежавшие митрополиту Дионисию (1581–1586 гг.), где элементы поздневизантийского стиля в изображении Христа, Богоматери и креста сочетаются с иранским растительным орнаментом. Такие ткани создавались в Иране специально для России. В 1583 г. оба одеяния Иван Грозный вложил в кремлевский Успенский собор в память о своем убитом сыне, царевиче Иване Ивановиче. Из иранских тканей с мелким растительным или геометрическим орнаментом сшиты голубой шелковый стихарь с узором из гвоздик и фелонь, на серебристом фоне которой рассыпаны сердцевидные украшения посреди цветов, а также стихарь из полосатого шелка с мелкими цветами.
И. Репин. Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года
Часто одеяния церковных иерархов выполнялись из турецких тканей, очень декоративных, с резкими контрастами в расцветке и крупными узорами. Одним из лучших образцов, представленных в Оружейной палате, является темно-красный атлас фелони с золотыми разводами. Это облачение Борис Годунов вложил в 1602 г. в Архангельский собор.
Такой же атлас можно увидеть в так называемом коломенском саккосе патриарха Никона, который преподнес ему в подарок царь Алексей Михайлович в 1653 г.
Турецкий бархат фелони XVII столетия усыпан крупными остроовальными клеймами, в обрамлении которых расположены изысканные гвоздики и тюльпаны.
Рядом с саккосами зрители видят изобразительное шитье: надгробные пелены, покровы, воздухи и плащаницы, на которых мастера вышили с использованием серебра, золота и разноцветного шелка библейские персонажи или даже отдельные, порой достаточно большие композиции.
Искусство шитья было для Руси традиционным, а русские вышивальщицы всегда отличались тонкостью вкуса и виртуозностью художественного исполнения. Техника вышивки, невероятно разнообразная, на Руси прошла долгий путь развития. Так, в XIV–XV столетиях в этом виде декоративного искусства применялись в основном разноцветные шелка, а золотом и серебром вышивались лишь отдельные детали. В XVI в. мастера начали использовать золото значительно интенсивнее, а еще через 100 лет золото покрывало ткань уже практически сплошь.
Наиболее ранним памятником, хранящимся в собрании Оружейной палаты, считается Пучежская плащаница, датированная 1441 г. Когда-то она являлась собственностью новгородского епископа Евфимия. Композиция плащаницы проста и благородна, фигуры исполнены изящества и грациозности движений, а шелковые нити изысканны и многообразны по расцветке.