Детективное агентство "Штык" 2 (СИ)

— Я видел след!
— В погоню!
Все бросились вперед, все, кроме "Штыка". Кабанкин обменялся взглядами с Листвой и тихо вздохнул. Никакой политики, просто Олеся сожгла то, что ее пугало, а что при этом оказался уничтожен мощнейший корабль Прежних, так ей было просто плевать.
Как на технику Прежних, так и на политические надежды окружающих.
— Возьми, - протянула Олеся Перлору амулет в форме пирамидки. - Если найдешь свою принцессу и он засветится красным... беги оттуда.
  
Кабанкин смотрел в оба глаза, но пирамида в руках Перлора не засветилась. Он не поймал паразита или тот не успел добраться до него. Перлор кивнул, отсалютовал и скрылся в глубинах моря.
— Ты же встроила туда магическую бомбу, да? - спросил ее Кабанкин.
— Если она не заражена, то пусть живут, - вздохнула та в ответ.
— Я так ничего и не поняла, - пожаловалось Аллоя, прижимаясь к Кабанкину. - Маги затопили корабль, чтобы спасти всех других?
— Скорее всего, в ту минуту они не думали, что совершают подвиг, - ответил ей Иван. - Ладно, полетели домой.
Ковер-самолет взмыл в небо, и они некоторое время летели молча.
— Кто бы мог подумать, что испорченная тушенка приведет к такому, - пробормотал Ахмат, летевший рядом.
— Да, в жизни больше мяса в рот не возьму, - скривилась Олеся.
— Спорим?
— Спорим!
— Кто проиграет, возьмет в рот мясо другого!
— Как в таком маленьком теле помещается столько протухшей пошлятины?
— Может, я карликовая банка тушенки? - с хохотом предположил Ахмат.
— Ты точно паразит!
Кабанкин слушал их подколки и улыбался, не думая в тот момент о политике, последствиях, опасностях, и Аллоя, сидевшая рядом, прижималась к нему и улыбалась в ответ.
  
Дело о влюбленном капитане (Штык 2.8)
 
Опять парило и где-то вдали громыхала гроза. Олеся сидела в кресле и покачивала ногой, двигая опахало над головой. Переносной вентилятор Прежних, стоивший тут бешеных денег, опять вышел из строя, и Ахмат все грозился его починить, но так и не собрался. Кабанкин, проводивший сборку – разборку и чистку оружия, поглядывал на Олесю, гадая, чего та не зачарует себе это самое опахало или не создаст просто ветра магией.
Листва не замечала его взглядов, поглощенная книгой, на обложке которой мускулистый пиратский капитан свирепо сжимал в руках полураздетую красотку в кандалах. Название гласило «Невольники страсти», и Олеся не могла оторваться от книги, пожирала, а ярко-зеленые волосы ее шевелились и шуршали в такт переворачиваемым страницам.
— Смотрите, что я нашел! – влетел в открытую дверь Ахмат.
Кабанкин посмотрел на пузырек с эликсиром в руках карлика и пожал плечами, таких хватало и в особняке, в зельеварне Листвы. Аллоя, выглянувшая с кухни, тоже не поняла и скрылась. Ахмат хмыкнул обиженно, пролетел в своем кресле и торжествующе сунул пузырек под нос Олесе. Листва отмахнулась, как от назойливой мухи, но Ахмат тоже не сдавался.
— Ахмат, я в жизни видела больше зелий, чем ты знал женщин, - прорычала Олеся, не отрывая взгляда от книги.
— Другой заставил бы тебя целовать ему пятки, - Ахмат пошевелил крошечной ножкой, словно хотел пнуть ею Олесю, - за такое зелье, но я великодушен и великолепен, как всегда!
— Заставил бы? – разъярилась Олеся.
На мгновение оторвалась от книги, но и этого хватило. Она уставилась на пузырек, щека ее и все подбородки начали подергиваться. В глазах засверкали молнии и вокруг стало ощутимо темнее, а Кабанкин покачал головой.
Возможно, зелье красоты от конкурента? Хотя, какие тут конкуренты, Олеся всех задавила.
— Ну что, поцеловала бы ты мою прекрасную розовую вкусную сладкую такую умилительную пятку?
Ахмат снова вскидывал ноги, будто приглашал Олесю. За годы работы агентства все это стало привычным, одной из тех сцен, что Ахмат и Олеся разыгрывали почти каждый день. И все же, все же, что-то в лице Олеси дрогнуло, губы шевельнулись, словно она на мгновение собиралась припасть к пятке карлика Тузова.
— У тебя есть кому ее целовать! – взяла себя в руки Листва.
— А вот и нет! - ухмыльнулся Ахмат. - Некому! Разве что командир согласится... но вряд ли.
— Дорогой, не целуй чужих пяточек! – донеслось с кухни.
Кабанкин только усмехнулся.
— Вот-вот, лети, поищи желающих целовать тебе пятку, а зелье оставь, - Олеся сверлила пузырек взглядом еще интенсивнее, чем минуту назад книгу.
— А поцеловать в награду?
— Лети-лети, - прорычала Листва, - там тебя поцелуют!
— Я-то улечу, но спорим ты через минуту прибежишь сама и снова будешь валяться у меня в ногах?
— Спо…, - Олеся замолчала, а воздух вокруг опять начал потрескивать.
Зато Ахмат веселился, ехидничал, скалился и непременно потирал бы руки, если бы не держался ими крепко за пузырек. Делал вид, что собирается улететь и не улетал, смаковал эти мгновения и упивался ими, так как притащил нечто, действительно ценное для Листвы.
Что это могло быть? Кабанкин сложил два и два и получил ответ.
— Где ты достал зелье, дающее магические силы? – спросил он, поднимаясь.
— Купил, - просто ответил Ахмат.
— Купил? – переспросила Олеся.
— Да, купил, в этом, как его..., - Ахмат выдержал паузу, наблюдая, как багровеет Листва, -... «Морском Коньке».
Можно было не спрашивать, что он там делал, опять слушал и собирал слухи, пил, ел, обрастал связями и наверняка клеился к девицам вольного поведения. Переезд в другие края, иную атмосферу, ничуть не изменило его привычек, в этом Кабанкин не сомневался.
— Как он выглядел? Кто это был? Сколько ты отдал за зелье?
— Десять дукатонов, - ответил Тузов, - все, что было при себе.
— Ты?! – взвизгнула Олеся. – Отдал десять золотых?!
Взгляд ее сверкал, лицо искажалось, словно она не могла поверить в такое и в то же время восхищалась поступком Ахмата.
— Ради тебя, зеленый свет моих очей, мне ничего не жалко, - пропел Тузов.
— Даже менять женщин, как перчатки, - сварливо изрекла Олеся, явно затем, чтобы хоть как-то сдерживать себя.
— Ты же знаешь, мое сердце так огромно, что в нем хватит любви на всех.
Чистая правда, Ахмат любил всех женщин и зачастую легко добивался их взаимности, но сейчас стоило прервать его обычные эскапады и сосредоточиться на главном – зелье. Из-за похожего они прилетели сюда и до сих пор поиски Олеси оставались безуспешны.
— Но если ты откроешься мне, то клянусь, в моем огромном сердце будет место только для тебя!
Признание, но и подколка насчет размеров, положительно Ахмат был неисправим.
— Так, отставить чувства, - скомандовал Кабанкин. – Ты был в «Морском Еже»...
— Коньке.
— Да хоть пегасе и тебе предложили купить зелье. Кто? Из какой банды? Откуда он его взял? Почему предложил именно тебе?
— Да, почему продававший не выпил сам? - спросила Олеся.
Ахмат задумался, словно не задавался этими вопросами.
— Так, он купил его у одного из гостей Либертона, - выдал Тузов.
Лицо Олеси исказилось так, словно она неправильно сварила целую партию зелий и перевела на нее кучу ингредиентов. Кабанкин озадаченно потер подбородок. Нет, понятно было, что зелье не из воздуха появилось, но гости!
В Либертоне проходил (неожиданно даже для горожан) съезд капитанов, гавань была переполнена кораблями, так как каждый из владык Вольных островов прибыл вместе с целой эскадрой. Корабли, разумеется, не пустовали, были полны пиратов и сопровождающих, с окрестных островов съехались толпы желающих поглазеть, что-то продать, обворовать, стража сбивалась с ног и цены на все сразу взлетели. Причем, привезти зелье мог любой из этих гостей, и непонятно откуда – пираты Вольных островов совершали набеги по всему Пенному морю.
Почти по всему.
— Кого? Каких гостей? – жадно спросила Листва.
Ахмат пожал плечами, почесал в затылке и взлетел под потолок, словно опасался мести Олеси.