Бывший с секретом

Однажды я даже думала фамилию сменить, но, к счастью, в столице достаточно моих однофамильцев и мало кому есть дело до чужой родословной, особенно если ты не распространяешься о ней.
Начальник начинает заунывно перечислять мне почему тот или иной сотрудник не может.
– Погодите, эти двое тоже не женатые! – останавливаю его я.
Я конечно все понимаю, но в хирургии и ее сестре-анестезиологии все устроено так, что если ты не будешь сражаться за свое место под солнцем, кто-нибудь точно умыкнет его у тебя. Бодаться с целой хирургической бригадой, полной тестостероновых мужиков – та еще история, особенно мне, пушинке в пятьдесят килограммов. Но я уже доказала, что умею постоять за себя. Поэтому хирургическая часть больницы и зовет меня занудой. Другая говорит, что мне очень повезло, что Олег, мой парень – сын известного человека, поэтому с меня как с гуся вода стекают любые жалобы.
Неправда. На самом деле у меня отличное чутье. Я ни разу не взяла на стол пациента, который казался мне сомнительным, как бы хирурги не наседали и каждый раз потом оказывалось, что моя правда.
Мой начальник ценит это, поэтому не выговаривает. Олег здесь не причем.
Словом, Сан Саныч считает, что лучше меня кандидатов нет. В том числе на дополнительное дежурство.
– У Вельцера больная мама, а Никонов оплатил тур в Египет, – продолжает он.
– А я чем хуже-то Никонова? У меня забронирован коттедж!
– Накину тебе денег к премии.
– Ну Сан Саныч, нет. Я же дежурила в прошлый раз.
– Ты не семейная, – это как чертова красная тряпка.
Новый год – почему-то праздник для тех, у кого есть тесный круг родственников. Лучше всего, если у тебя имеются муж и дети. Все остальное не считается. Моя родня в далеком Екб, и все знают, что я редко к ней езжу. Это значит, что как-будто бы мне не показаны нормальные выходные.
– Я тебя уже записал.
На этом наш разговор заканчивается. Не то чтобы я жалуюсь на своего шефа, но в подобных вещах он сухарь и если решил что-то, то отговорить его сложно.
Телефон вздрагивает от оповещения – это мне пришел график.
Я мрачно смотрю на витрины. Такое ощущение, что атмосфера грядущего праздника разом гаснет. Да, я почти не поддерживаю общения с моими родными, потому что у нас слишком много разногласий. Но именно здесь, в столице, за семь лет я обросла знакомствами и у меня появилась небольшая семья из новых друзей. Почему я не имею права провести эту ночь с ними? Тем более, мы планировали это целых два месяца! Выискивали предложения, я вертелась как юла лишь бы не получить дежурство тридцать первого. И вот Вика Семенова уходит в декрет, а меня поставили вместо нее.
Похоже, шеф слишком верит в мою работоспособность.
– Вот же старый хрен, – произношу я сквозь зубы. – Взял и встал как вкопанный…
Не успеваю договорить “на своем”.
Мужчина в очереди на кассу передо мной оборачивается, и я понимаю, что по виду это пенсионер. Он неловко продвигает вперед коляску. Встречаюсь взглядом с дедушкой и мне становится не по себе. Прекрасно знаю, что выгляжу как безобидная Дюймовочка. Роста во мне всего сто шестьдесят сантиметров и очень миловидные черты лица.
Дед, а вместе с ним и папа считали, что меня надо от всего оберегать.
Знали бы они, что я теперь делаю! Мой нынешний выбор дался мне не просто так. Пришлось набить себе шишек, прежде чем я поняла, что могу постоять за себя и что имею на это право.
– Простите, я не вам, – улыбаюсь мужчине в очереди, хотя мне до сих пор неудобно за сказанные слова. – Телефону.
Тот кивает, но в глазах все еще горит недоверчивый огонек. Что ж, как бы я ни командовала сестрами в экстренной ситуации, это не дает мне никакого права вести себя стервозно в обычной жизни.
Записываю шефу голосовое, и делаю это подчернуто громко, чтобы пенсионер понял, кого я имела в виду.
– Александр Александрович, я официально обещаю вам, что на следующий год тоже выйду замуж и заведу ребенка, как Семенова.
Нажимаю “отправить” и выдыхаю, глядя на корзину, которую собрала. По правде, я погорячилась. На данный момент я не уверена в том, что хочу замуж даже за Олега, с которым мы вроде как пара. Меня, как ни странно, смущает именно то, что большинство считает невиданной удачей – отец моего парня. Ни разу не видела его, но, рассказывают, что он очень строгий и справедливый. Словом, такого не ослушаешься, даже если захочешь. Ну а я хочу строить карьеру и быть собой, пока у меня есть на это время.
  
На сотовый приходит новое уведомление.
“Вызов принят”
Я открываю сообщение и закатываю глаза. К тексту прикреплено фото, на нем наша операционная, хирурги держат большие пальцы вверх, а Сан Саныч, уже седой доктор наук, тот, кто меня после ординатуры пригрел, обучил всему и оставил у себя, улыбается. Под маской почти не видно лица, но я легко могу рассмотреть лучики морщин вокруг его умных глаз.
– Дураки! – в сердцах вырывается у меня.
Вместо того чтобы начать операцию, они обсуждают наш телефонный разговор. Закатываю глаза. Хирурги – те еще сплетники. Можно не сомневаться в том, что завтра о шуточном пари будет знать весь коллектив.
Ну и черт с ними! Главное чтобы на Олега не наседали. Ему и так припоминают работу отца при каждом удобном случае.
Открываю мессенджер, собираясь написать друзьям про то, что меня не будет с ними тридцать первого, но на глаза сразу же попадается новый график. Это кого это поставили ответственным хирургом в Новый год? Фамилия выглядит незнакомой – я понимаю, что он еще точно не был у нас в дежурантах. Холодок пробегает по спине, потому что был у меня один такой преподаватель…
Неприятный узел затягивается в животе. Я знаю только одного человека с такой же фамилией, который мог бы с порога прийти в наш стационар и стать ответственным. Но это невозможно!
– Девушка, пакет будете брать? – обрывает поток моих мыслей продавщица.
Я откашливаюсь и показываю ей шоппер.
– Нет. У меня свой.
По дороге домой строчу сообщение знакомой операционной сестре.
“Знаешь кто такой Ухтомский?” – и тут же стираю слова.
Если это правда человек из моего прошлого, то прямо сейчас я не хотела бы об этом узнать.
Логика тем временем нашептывает, что большие перестановки в больнице обычно не случаются просто так. О них кто-нибудь да проговорится, но у меня, как назло, был отпуск в конце ноября. Я летала домой, потому что собиралась уладить кое-какие дела. Все это время я не просматривала никакие чаты, так что вся внутренняя кухня больницы, видимо, прошла мимо меня.
Захожу в свою съемную квартиру, в ноги бросается кот Бойкот и начинает тереться о сапоги.
– Пара мгновений! – направляюсь на кухню и проношу туда свой шоппер, из которого, должно быть, пахнет ароматным паштетом.
Пока меня не было, за питомцем приглядывал Олег и я была неприятно удивлена, найдя Бойкота похудевшим и раздраженным. Впрочем, может, мне конечно кажется. Олег списал все на то, что кот просто скучал и не хотел есть и вообще Бойкот в первую же ночь написал ему в обувь и разодрал пальто. Возможно поэтому мой парень не особенно заботился о питомце – закрадывается неприятное подозрение.
Вываливаю лакомство в миску для кота и, гладя усатого по шерстке, приговариваю:
– Обещаю, что больше не пущу сюда чужаков.
И тут же останавливаюсь. Рано или поздно нам с Олегом придется как-то развивать отношения, ведь он уже сам намекал мне на это. Только вот передо мной встает дилемма: кого выбрать? Парня или кота?
Наверное глупо вообще задумываться о таких вещах. Само собой любая выбрала бы парня, но у меня есть проблема: я до сих пор не могу поверить в то, что искренне нравлюсь Олегу. Я вроде сорвала джек-пот, он сын хозяина сети клиник, у нас общие интересы и мы вроде как подходим друг другу, но сказанная одним мужчиной фраза все еще сидит в голове.
“Без них ты никто” – без них, то есть, без моих родственников. Ухтомский, мой бывший преподаватель, был уверен, что я ничего из себя не представляю сама по себе. Я же была слепо влюблена в него. И вот когда он оборвал наши отношения, я попыталась жить наоборот.