Освобожденная инопланетным воином (ЛП)

— Теперь твоя очередь есть, — говорю я, и она закатывает глаза.
— Разве ты не был со мной, когда я обедала? Я это выдумала?
— Ты не ела мяса, маленькая целительница.
Она хмурится.
— Почему я не удивлена, что ты это заметил? Честно говоря, я больше не голодна, Тагиз. Но мне не помешает прогуляться, а потом я узнаю, не нужна ли Мони помощь.
Она переплетает свою руку с моей, и я улыбаюсь ей.
— Если ты уверена, что не голодна, я хочу тебе кое-что показать, — говорю я. Я веду её через лагерь и за ташив Ракиза. Наш лагерь находится недалеко от реки, и Айви с Врексом провели брачную церемонию на небольшой полянке поблизости. Но за той поляной, сквозь деревья, в реку впадает ручей, и там тихо, спокойно.
— Вау, — говорит она, когда мы приходим. — Здесь красиво.
Я притягиваю её ещё ближе, вдыхая её запах.
— Я приходил сюда, когда был мальчиком. Тогда наше племя переезжало гораздо чаще, но всякий раз, когда мы разбивали лагерь в этом районе, я сидел на одном из этих плоских камней и часами смотрел на воду. Просто думал обо всём.
Зои улыбается мне, и я поддаюсь своим побуждениям, положил руку на её щёку и накрываю её рот своим. Она стонет, её тело смягчается, и мне требуется всё самообладание, чтобы отстраниться.
— Ты такая красивая, маленькая целительница, — бормочу я, зачесывая ей волосы за ухо.
Её щеки розовеют, и я улыбаюсь, когда она прочищает горло, поворачиваясь к воде. Зои полна решимости притвориться, что я ей не интересен.
— О чем ты думал здесь? — она спрашивает.
— Об обычных вещах, о которых думают молодые самцы. Стать свирепым воином. Женских постелях. Защита короля.
Она разражается смехом, как я и предполагал, и этот звук вызывает улыбку на моих губах. Она сказала, что хочет встретиться с Мони, поэтому я провожу её обратно к ташиву Ракиза, ведя её долгим путем к кради целителей, и к моему собственному кради.
— Куда мы идем?
— У меня есть кое-что для тебя, маленькая целительница.
Её глаза расширяются, и её рука сжимает мою руку.
— Что?
Я изучаю её лицо. Моя Зои любит сюрпризы. Пока она выздоравливала, я приносил ей фрукты, сладкие пирожные и маленькие безделушки, пряча их за спиной, пока она пыталась догадаться, что я мог от неё скрыть. Как бы она ни устала в тот день, её глаза загорались.
Тогда было всё намного проще. Мой отец ещё не начал угрожать Зои, ещё не начал его непрекращающееся нытье, чтобы я спарился с Малис. У меня было… время, чтобы провести его с моей маленькой целительницей.
— Тагиз?
Я возвращаюсь к настоящему.
— Тебе нужно набраться терпения, — говорю я ей, наслаждаясь её игривым выражением лица. Я вырезал для неё кое-что, что облегчит ей жизнь, когда она будет собирать свои странные травы и цветы.
Я веду её к своему кради, замерев, увидев Герика, идущего к нам с яростным выражением лица.
Глава 7
Тагиз
Я отталкиваю Зои назад, когда приближается Герик. В обычные дни, этот самец спокойный и миролюбивый, но, судя по выражению ярости в его глазах, он совсем отчаялся.
— Ты веришь, что сможешь спариться с моей самкой? — рычит он, хлопая ладонями по моей груди.
Зои задыхается позади меня, и я скрежещу зубами, пытаясь не обращать внимания на любопытные глаза, которые начинают поворачиваться в нашу сторону.
— Осторожнее, Герик, — бормочу я.
Он горько смеется.
— Или ты бросишь мне вызов, чтобы встретиться со мной на тренировочной арене? Думаешь, будет хуже, чем украсть у меня мою пару?
Зои издает тихий горловой звук и пытается пройти мимо меня. Я хватаю её за запястье, прижимая к себе, и она рычит проклятия себе под нос.
— Ты же знаешь, что я не хочу спариваться с Малис, — говорю я, набираясь терпения.
Он фыркает, переводя взгляд на Зои. Его глаза светлеют, и он бьёт меня в то место, где, как он знает, причинит наибольший вред.
— Тогда почему твой отец объявил, что ты и Малис поженитесь в следующее полнолуние?
Я чувствую, как Зои вздрагивает. Она реагирует так, как будто её ударили, и я тут же отвожу взгляд от Герика, который рычит, оскорбленный.
 
— Это неправда, — говорю я ей. Она отказывается смотреть на меня, и я в отчаянии скрежещу зубами, ничего не желая, кроме как ударить кулаком по лицу Герика.
Он усмехается.
— Твой отец не стал бы лгать.
Моя челюсть сжимается, а зубы скрежещут. Конечно, мой отец бы солгал. Он сделал бы всё, что сочтёт нужным, лишь бы принудить меня к этому.
Я открываю рот, но Зои пользуется моментом моей невнимательности и ловко высвобождает запястье из моей руки. Кто научил её этому движению? Она уходит прежде, чем я успеваю вернуть её к себе, и Герик тихонько смеётся над тем, что видит на моем лице.
Я иду за Зои, и передо мной встаёт Герик. Я борюсь со своим гневом, но я уже близок к краю.
— Раньше у нас никогда не было проблем, — огрызаюсь я. — Несмотря на всё, что запланировали мои и ее родители. Но если ты когда-нибудь снова встанешь между мной и этой самкой, я тебя убью.
Я протискиваюсь мимо него, уклоняясь от любопытных членов племени, и спешу за Зои. Она почти бежит, явно отчаянно пытаясь удрать от меня, и это заставляет что-то дикое внутри меня обратить на её реакцию внимание.
Я буду следовать за ней до скончания века.
— Зои.
Она оглядывается на меня через плечо и прищуривается, когда видит, что я иду за ней.
— Что ты хочешь?
— Тебя.
Её глаза слегка расширяются, но в ответ только горький смех.
— Нет, не хочешь. На самом деле, нет.
Не хочу? Я смотрю на неё, ошеломлённый, и она фыркает, отворачиваясь, чтобы уйти.
Я догоняю её, следуя вплотную, пока она возвращается к своему кради. Однако сейчас мы проходим рядом с моим кради, и на этот раз я не позволю ей убежать от меня.
Зои ускоряет шаг, пытаясь не обращать на меня внимания, но по тому, как она потирает затылок, я могу сказать, что она знает, что я всё ещё позади неё.
Я останавливаю её возле своего кради, и её нос морщится, когда она хмурится на меня.
— Почему ты преследуешь меня, Тагиз?
Она всё ещё в ярости, и её пылающие голубые глаза, раскрасневшееся лицо и сжатые кулаки заставляют меня сжаться изнутри.
Я перестаю с этим бороться.
Я зарываюсь рукой в её волосы, притягивая её ближе и целую. На вкус она как солнечный свет, а её вздох удивления — музыка для моей души. Она немедленно смягчается по отношению ко мне, её тело прекрасно понимает, во что её разум отказывается верить.
Она. Моя.
Я поднимаю её на руки, и она стонет у меня в руках. Я держу свой рот прижатым к её губам, когда вхожу в свой кради и опускаю её на меха.
Это сложно, но мне удается отстраниться на достаточное количество времени, чтобы отыскать пуговицы на её платье.
— Разве ты не должен планировать свой брак с Малис? — рычит она.
— Упрямая, — хихикаю я, и она напрягается. На мгновение мне кажется, что она может оттолкнуть меня, и я наклоняюсь, прижимаясь губами к мягкой коже её шеи, и вдыхаю её аромат.
Я вздрагиваю, и её руки поднимаются, скользя в мои волосы, когда она прижимает меня к себе.
Я хочу сорвать с неё платье и отметить каждый дюйм её тела своим. Я хочу сокрушить её, развратить, научить её, принимать меня, что она всегда будет моей.
Но я смягчаю свои прикосновения, отрываясь от неё, чтобы помочь ей снять платье.
Зои была создана для наслаждения.
У неё широко раскрытые глаза, когда она смотрит на меня, замешательство и беспомощная похоть написаны на её лице.
Она обнажена, и я не могу не смотреть на неё. Она краснеет, и даже её грудь становится розовой.
— Тагиз, — бормочет она, пытаясь прикрыть грудь от моего жадного взгляда.
Я ловлю её руки.
— Ты такая красивая.
Я нарушаю все правила ради неё. Я знаю, что нам обоим будет худо, но я не могу уйти.
Мы заслужили это.