Ревизор: возвращение в СССР 25 (СИ)

Последнюю фразу собеседник Нины Георгиевны произнёс с явным смешком, что не укрылось от неё.
– Видимо, и семья отправилась за ним, – произнесла она в поддержание своей легенды. – Спасибо вам огромное, вы мне очень помогли.
– Рад помочь, Нина Георгиевна, – ответил её собеседник и они тепло попрощались.
– Значит, Тикси, – задумчиво произнесла она, пытаясь припомнить, где это. Знакомое ведь название… Так и не вспомнив, она отправилась в школьную библиотеку, где библиотекарь тут же уверенно ткнула в открытом атласе на этот городок в Заполярье.
С чувством глубочайшего удовлетворения вспоминая о том, как далеко находится Тикси от Москвы, Нина Георгиевна вернулась к себе в кабинет. Так ему и надо, этому растлителю молодежи! – думала она. – С глаз долой, из сердца вон. Даже не пришлось идти отношения с ним выяснять.
Может, оно и к лучшему. А то Нина Георгиевна уже хотела ему такой разнос устроить, чтобы он её дочь оставил в покое. Боялась только, что он мстить начнет. А тут и рисковать не надо, дочь и так будет от этого негодяя в безопасности… 
***
В спецхране просидел часов до трёх и поехал на Завод гвоздильно-проволочных изделий, куда отправил меня в этот раз Ионов. Выступать перед суровыми работягами по теме научно-технического прогресса было непросто, они то и дело пытались перевести наш диалог на международные темы. Посопротивлялся для порядка, отчитал необходимое, согласно методичке, а оставшееся время мы обсуждали войну во Вьетнаме и прошлогодний теракт на олимпиаде. Отпускать они меня не хотели, а когда, всё же, их парторг самолично поднялся на сцену и завершил нашу беседу, раздались недовольные возгласы.
Провожая, он провёл меня через свой кабинет и вручил тяжёлый свёрток, перевязанный несколько раз толстым шпагатом. Завод располагался далеко от метро, и мне пришлось тащить свою добычу до ближайшей станции электрички, ехать до Курского вокзала, а там уже на метро добираться домой. Торопился, как мог. Мама же уехала, надо с детьми жене помочь.
В почтовом ящике обнаружил письмо от Тимура. Обратный адрес на конверте был указан его матери в Святославле. Почему, его что, из училища вышибли?
Домой я попал раньше Галии. Ирина Леонидовна доложила, что несколько раз звонила какая-то женщина, представилась директором детского дома.
У меня только одна знакомая директор детского дома, тут же, не разуваясь, перезвонил ей, но трубку никто не взял. Похоже, у неё рабочий день уже закончился. Что там уже стряслось?
Но ладно, у брата-то что стряслось? Быстро вскрыл конверт. Он писал, что сейчас дома на каникулах…
Сел на пуфик в прихожей и чертыхнулся. Фух, только зря переполошился!
Он писал, что хочет свозить Ветку в Москву, спрашивал, можно ли у нас будет остановиться? Ну так кто же против-то! 
Скоро вернулась Галия, и первым делом, разуваясь, спросила, не звонили ли наши? Ирина Леонидовна ответила, что междугородних звонков не было.
Пока они с Ириной Леонидовной купали малышей, заказал звонок к Шанцевым. Почему-то я решил, что Алироевы могут быть у них. Ну, или, хотя бы, Александр Викторович должен быть в курсе последних новостей.
Ну, не тёще же мне было звонить.
Минут через двадцать нам дали Святославль. Александр Викторович меня по голосу уже узнал, приветствовал радостно-восторженно, чувствуется, пьяненький…
Поговорил с мамой. Новостей у них было выше крыши! Во-первых, продажу обоих домов оформили ещё вчера, сегодня целый день перевозили вещи Руслана в дом Ахмада. У Алироевых своих вещей там осталась ещё тьма-тьмущая, пока сложили всё в одну комнату. Надо будет перевозить всё потом в Москву, когда своя квартира уже будет.
Выяснилось, что Загит вчера в пух и прах разругался с Оксаной. Предложил ей мирно развестись, сходить вдвоём, написать заявление. Делить им нечего, детей несовершеннолетних у них нет… А она его послала далеко и надолго, мол, тебе надо, ты и разводись. А это суд со всеми вытекающими…
– А сегодня она сама прибежала к нам, представляешь? – рассказывала мама. – Прибежала к нам, на Огарёва, искать Руслана! Откуда-то узнала, что он наш дом купил! Предложила им всем прописаться у неё, и Мариночке, и, ты не поверишь, даже Насте! И переехать к ней предлагает, представляешь?!
 
– Ну, надо же, – рассмеялся я. – А Александр Викторович что по этому поводу говорит?
– Ничего не говорит, только улыбается, – рассмеялась мама.
– Мам, подскажи им не спешить соглашаться, поторговаться с ней, – подсказал я. – Что она там, развод не даёт Загиту?..
  
Глава 20
 
***
Москва. Советский комитет защиты мира. 
В конце рабочего дня, уже одеваясь, Костя Брагин как бы между прочим спросил друзей о планах на выходные.
– Мы с Машей обещали Виктории Францевне, Машиной бабушке, на рынок с ней съездить, – ответил Витя Макаров.
– А у тебя, Миш, какие планы? – с надеждой посмотрел на него Костян. Жена дала ему конкретное задание. Делай, что хочешь, сказала она, а чтобы Миша Кузнецов был у нас в гостях в субботу. Приедут Рита с Ираклием. Будем знакомить Мишу с Каринкой Кочетовой. – Приходи к нам в гости в субботу. У нас небольшая молодёжная компания соберётся.
– Ладно, – пожал плечами без энтузиазма Миша, подумав, какая разница, где сидеть, в общаге или в гостях. В гостях хоть девчонки что-то вкусное приготовят.
***
Москва. Квартира Ивлевых. 
Надо бы Тимуру передать пару слов, пока наши ещё в Святославле, но маму просить идти в дом к Полянским – рискованная затея. В маме-то я уверен, а вот за Оксану Полянскую не ручаюсь. Не дай бог встретятся, попадет Оксане с ее взрывным темпераментом вожжа под хвост, и будет там драка прямо во дворе… Поэтому решил обратиться с этой просьбой к Ахмаду. Мама позвала его к телефону по моей просьбе.
– Приветствую, Паш, – взял он у неё трубку. – Ну, мы получили за свой дом четыре тысячи, две с половиной тысячи Руслан должен остался, будет отдавать частями. В субботу сколько денег понадобится? У меня есть ещё четыреста рублей, а остальное, ты говорил, есть у кого занять? – озабоченно спросил он.
– Есть, есть, – поспешил успокоить я его. – Я даже уже занял, дома лежат… Ахмад, у меня просьба есть. Письмо от брата получил. Он сейчас на каникулах, хочет с невестой в Москву приехать, спрашивает, можно ли у нас остановиться? Тебе не трудно будет зайти к нему? К Тимуру Полянскому?
– А, понял. Они же на Госпитальной живут?
– Да, – подтвердил я, – ближе к площади Ленина.
– И что передать?
– Что я буду рад его приютить в Москве, но сам должен ехать в Святославль на следующей неделе. Лучше пусть они меня дождутся, вместе в Москву приедем.
– А чего ты в Святославль лыжи навострил? – удивился Ахмад.
– Александр Викторович просил помочь разобраться с документами, что ему от предшественника достались, – объяснил я.
– А, ну понял, понял, – тут же свернул эту тему Ахмад. – А на Госпитальную схожу, обязательно.
Закончив разговор, положил трубку и заглянул в спальню.
– Помощь нужна? – спросил я жену, придерживающую бутылочки с кашей у мальчишек.
– Да уже всё, сейчас поедим и будем спать укладываться, – ответила Галия.
Только хотел начать с ней разговор про работу на радио, как зазвонил телефон. Это оказался Сатчан.
– Хочу подъехать сейчас. Дома будешь? – спросил он.
– С собакой надо гулять, – ответил я, понимая, что разговор вряд ли будет на ту тему, что я хочу, чтобы КГБ слушало. – Может, на улице тебя подожду?
– Давай, я ненадолго.
Что там уже стряслось? Не спеша собрался и пошёл с Тузиком его встречать.
– Слушай, ну тесть у меня в восторге от плитки и твоего ремонта, и сосед его тоже, – без каких-либо предисловий начал Сатчан, когда мы дождались его во дворе минут через тридцать. – Объясни своим, пожалуйста, что большие партии надо проводить через таможню, закупать через Внешторг, это и геморройно, и нет никакой гарантии, что закупят, в итоге, именно то, что ты хочешь и, вообще, что тебе что-нибудь достанется… Предложи своим товарный обмен небольших партий на территории любой соцстраны где-нибудь в Европе. Можем обменять на плитку лекарства советские, например, или что они сами выберут. А ещё можно предложить им высшее образование в СССР бесплатное для детей, хоть в медицинском, хоть в любом другом ВУЗе. Но тут надо будет сначала русский язык подучить, а при наших посольствах курсы есть...