Рожденный, чтобы жечь! (СИ)

Моё промедление чуть было не стоило мне полного желудка. Хотя есть после всех этих запахов в кладовке совершенно не хотелось.
Затем началась тряска. Убедившись в том, что бутылочку в меня не запихнуть, Боря направился, как я понял, в сторону завуча.
Я, если честно, был удивлён реакцией окружающих на меня. Ни у кого в голове не созрел вопрос, а что в этих стенах делает карапуз. Все только и делали, что пятились от Бориса.
  
— Короче, — донёсся до меня голос Бори, выводя из размышлений. — Выручи, и я буду твоим должником.
Обратив внимание на потолок над собой, понял, тиран опять меня куда-то поставил. Пришлось приподнять голову, чтобы посмотреть на его собеседника.
Моя корзинка стояла на полу, рядом стоял Борис, а также чьи-то ножки с нежной кожей.
— Ты с ума сошёл? — голос был мне знаком. — Акунин, да зачем мне это⁈
Как оказалось, по пути он встретил девушку Алису, которая занесла меня в стены этого питомника, где знаний особо-то и не дают.
— Те чё, сложно, Алиса? — взгляд Бориса был убийственным. — Просто побудь с ним рядом. Всё. Пока я на разборках с завучем. Вернусь, заберу.
— Но… но у меня занятия по музыке!
— А у меня геморрой с кулак может вылезти, если Борисовна решит, что меня нужно исключить. Стройка, знаешь ли, так себе перспектива.
Геморрой? Я знаю, что значит это слово… О, боже! Боря, ты что такое девушке говоришь! Вот точно, неотесанный дуболом!
Даже я, будучи в теле младенца, понимал, что этот… бандюган вообще не понимает, как общаться с девушками!
Когда Боря ушёл, оставив меня с Алисой, на душе появилось беспокойство. Оно было странным, а его происхождение — необъяснимым. Вроде, обстановка была спокойной.
Рядом со мной, присев, находилась Алиса, разглядывая меня с ног до головы и улыбалась, даря чувство чего-то хорошего.
А с другой стороны… у меня горели уши, было паршивое настроение и хотелось закричать. Недолго думая, я нашёл ответ такому состоянию.
Всё дело было в связи между мной и истязателем. Его, очевидно, сейчас очень сильно ругали, и, возможно, порят.
Надеюсь, что порят. А то по нему явно плачет хорошая плётка.
Внутреннее состояние было непонятным, что ещё сильнее подстегивало меня на мысли: нужно разрушить связь между нами. Боря не только не давал мне чувствовать себя защищённым, но и не давал возможности развиваться.
Находясь рядом с ним, план по возвращению матери казался недостижимым.
— Какие у тебя красивые глазки, — промурлыкала Алиса. — Весь такой ладненький, хорошенький…
О, неплохое начало! Да я вообще лапочка! Главное, помоги мне.!
— И дядя твой с тобой носится как угорелый. Явно любит тебя, хоть и… слабо показывает это.
Плохое продолжение. Давай по новой.
— У меня тоже есть племянник. Правда, постарше твоего! Ты представь себе, — она замолкла на миг, касаясь указательным пальцем своей пухлой нижней губы. — В годик научился в телефон тыкать! Мультики себе включать.
Телефон? Ах да, эта та штука, которая есть у Бориса и Наташи. Где можно воспользоваться великим «Погуглить». У тебя тоже есть телефон? Ты мне его дашь?
Вопрос я решил задать вслух. Получилось, как и всегда. И это мне не нравилось.
Нужно каким-то образом научиться контролировать свою речь. Научиться разговаривать.
Вместо членораздельной речи из моих уст вырвалось обычное младенческое «агу».
Алиса рассмеялась, потрепав меня за щечку:
— Какой ты милый, — пропела она. — Ну, ничего, научишься говорить. Вот увидишь!
Затем она сделала то, что я никак не ожидал. Достала из корзинки, взяв на руки.
Мне понравилось находиться в её руках. Они были теплыми и нежными. С ними я чувствовал себя в безопасности. Впервые за долгое время.
Несомненно, она вызывала во мне симпатию. Если бы не связь с этим… дуболомом, я бы согласился остаться с ней. Хотя бы на время.
Но, увы, нужно было возвращаться к Боре. Надо найти способ разрушить эту проклятую связь.
Вскоре дверь распахнулась, в коридор вышел озлобленный истязатель.
Выглядел он словно побитый пёс. Волосы растрепаны, на лице — маска недовольства. Видимо, разговор с завучем прошел не очень гладко.
Алиса тут же положила меня обратно в корзинку, с грустью взглянув на меня.
— Короче, — сходу начал Борис, поглядывая на меня. — У меня серьезные проблемы. Ещё один косяк, и меня выпрут из школы за поведение.
— Это, — осторожно ответила Алиса, — ожидаемо… с твоим-то характером.
Я внимательно следил за лицами Алисы и Бори, пытаясь понять, какие у них отношения. С надеждой, что у титана проскользнет мысль — отдать меня ей.
Но увы, всё было не так, как я хотел.
После слов Алисы у Бори сморщился нос, показывая раздражение:
— Тебе придётся носить этого проблемного спиногрыза, — указал он на меня рукой. — Утром на занятия. Чтобы охранник не настучал на меня.
— Мне⁈ — её глаза округлились. — А я тут причем?
— Надо, — утвердительно кивнул Боря. — Помоги пожалуйста. Я буду у тебя в должниках. Так что, — он взял корзинку и злобно посмотрел на меня. — Каждое утро, с понедельника по пятницу, встречаемся там, где встретились сегодня. В то же время. Берешь спиногрыза, проносишь в школу. Далее я заберу его и пойду на урок.
— Но…
— М?
Алиса явно сомневалась. Но через мгновение она всё же согласилась, при этом выдвинув своё условие:
— Хорошо, я помогу тебе. Но у меня будет ответная просьба. Есть у меня одна проблема…
  
Глава 8
 
Боря скривился, словно от зубной боли. Чувствовал, что влипает в какую-то неприятную историю. Но выбора не было. Исключение из школы означало крах всех планов. Придется плясать под дудку этой… музыкальной феи. Как он про себя её только что прозвал.
— Ладно, выкладывай, что там у тебя, — пробурчал он, стараясь не смотреть на Алису.
Послышалось удивлённое: «Агу?». Боря, опустив взгляд к корзинке, нахмурившись, уставился на карапуза. Тот, в свою очередь, пялился на него с неприкрытым недовольством.
— Чё те, малой?
— Ауг!
— Вообщем… — спустя несколько секунд начала говорить Алиса. — До меня домогается один неприятный тип из соседней школы. Не даёт мне зайти домой… звонит постоянно. Ты можешь с ним поговорить?
— Всего-то? — кровожадно улыбнулся парнишка. — Ты серьезно? Это твоя проблема?
Алиса нахмурилась, словно Боря её оскорбил. Перевела взгляд на корзинку с карапузом.
— Да, Боря. Это моя проблема. И она для меня очень важна. Я не знаю, как от него отделаться, он преследует меня уже несколько месяцев. А я… мне страшно.
Боря заметно смутился, хотя и старался этого не показывать.
— Ладно, промну ему тыкву. Как его зовут? Где он обычно ошивается?
— Не надо никому ничего проминать! — тут же затараторила Алиса. — Боря! Просто поговорить! И всё!
— Ага, — очень многообещающе ответил тот. — Обязательно, только поговорю.
Алиса вздохнула. Она прекрасно понимала, что «поговорить» в исполнении Бори могло означать что угодно, но другого выхода у неё просто не было. Отчаяние толкало на самые безрассудные поступки, а перспектива продолжать жить в страхе была невыносима.
— Его зовут Игорь, он учится в тридцать второй школе, в десятом классе. Обычно его можно встретить возле моего дома после уроков, он караулит меня там. И, пожалуйста, Боря, никаких драк. Просто скажи ему, чтобы он оставил меня в покое.
Боря кивнул, пряча усмешку.
«Просто поговорить» звучало как вызов. Он уже представлял себе растерянное лицо Игоря, когда тот увидит перед собой не хрупкую Алису, а его, готового растолковать ему все прелести мирного сосуществования.
  
— Да-да, понял. Ты бы это… — он вновь покосился на корзинку. — Вынесла его. А то меня освободили сегодня от занятий.
* * *
Пока Алиса несла меня на выход, я слышал слова других школьников, которые… осуждали. Не меня, разумеется, а Борю и его новую подругу. Ну и как осуждали? Так, плодили новые слухи.