Замуж не напасть (СИ)

Найтли нервно потряс колокольчиком. Вбежавшему в столовую Клоссу Найтли велел вызвать гувернантку Солли к себе в кабинет и, извинившись, уехал. 
Я же машинально ковыряла остывшую кашу. Есть больше не хотелось. 
После ухода Солли вчера, я поговорила с Тони. Он чувствовал себя хорошо, но жаловался на странные ощущения. Кашель прошел. Лоб не горячий. Вроде не больно, а сил ни на что не хватает. Вот и урок рисования с новым преподавателем практически проспал, за что ему очень стыдно. 
  
Я заснула рядом с Тони. Утром заставила его сесть у окна, в лучах солнечного света. К счастью, уже неделю стояла безоблачная погода, а благодаря недавнему открытию, я могла диагностировать тонкие тела людей. Мои опасения подтвердились: на копчике у мальчика пригрелось пятнышко Тьмы. Оно еще было маленьким, но уже обзавелось парой щупалец. Я немедленно его выжгла, доставив малышу некоторый дискомфорт. 
Сразу после этого принялась анализировать ситуацию. Кто-то применил к Тони нехорошее заклинание, и сделано это было в первой половине дня. Еще вчера течение вита было нормальным, а сейчас оно нарушилось. 
Что вообще происходило в этот день? Найтли встречался со своим другом, вернулся изможденным и не смог тренироваться. У Тони сменился преподаватель по рисованию. Молодого человека приятной наружности и манер опять же порекомендовал друг графа, когда прежний педагог малыша заболел. Что это за таинственный Роберт? Не пора ли с ним познакомиться?
  
Глава 18
 
После завтрака на следующий день в комнате меня встретила гарпия. Она явно умудрилась как-то подслушать наш разговор с графом. 
— И охота тебя силы тратить? — проворчала птичка. — И главное, непонятно, поможет или нет. 
— О ком ты? 
— О графе, о ком еще? Ах, ну да, на тебе же сирых и убогих, как на новогоднем дереве. 
— Разберусь, — отмахнулась я. 
Даже если сэн Найтли проживет чуточку дольше, для меня это подспорье. Солли приходит в себя, но очень медленно. Я пока боюсь показывать ее Хранителю Сильверу, Духу семьи. Вдруг для полной   идентификации важно именно состояние ее сознания. А оно пока далеко. 
Мне бы разобраться с ее няней. Девушка явно не хочет терять работу. Мое чутье подсказывает, что она будет и дальше тигрицей защищать ребенка, не давая мне к нему приблизиться. Ведь пока Солли полностью под контролем гувернантки и признает только ее, ту вряд ли уволят. А время поджимает. Тони где-то подхватил проклятие. Солли должна меня узнать... Не меня, а свою сестру Елену. Уф! Как мне со всем этим разобраться? 
— Как-то само по себе решится, — уверенно заявила гарпия. — Главное, пользуйся своим даром разумно. 
— Я и сама знаю, — вздохнула я. — Еще и это... открытие отца Елены. Что с ним делать? Герцог обещал помочь, но... 
— Вот и пусть помогает, у него свой интерес, ему нужно по долгам платить. 
Я не совсем поняла последнюю фразу, но зная гарпию, поверила ей на слово. 
Дух рода Хиллкроу освоился в браслете и повсюду меня сопровождал. Иногда я чувствовала его злобные порывы:   наказать... уничтожить. Кто косо поглядел на мою хозяйку?! Смерть!!! Кто осмелился ей противоречить?! На куски разорву! Особенно доставалось прислуге. Духа они не чувствовали, но его всеподавляющую агрессию ощущали. Вот и заходили в мои покои, втянув голову в плечи. 
Сильвер был родом из той эпохи, когда все проблемы решались простым и надежным способом – насилием. Однако я (чуть ли не методом тыка) обнаружила, что Хранитель подчиняется моему виталу, словно поводку и ошейнику с шипами. За хорошее поведение я также одаривала его минутками свободы. Постепенно Дух перестал кидаться на всех и вся. Вот так, методом кнута и пряника, мы и нашли компромисс. 
Подошел день, когда мы должны были провести первую «процедуру». Благословите, боги, технологии и людскую изобретательность! Подъемник на крышу был установлен за два дня. У сэна Эрика уже имелся опыт организации личного комфорта, и он выписал из Эветии проверенных рабочих. 
Я заранее поднялась на крышу. Отпустила Сильвера немного погулять. Часть моего сознания постоянно была с Духом. Пока он парил в небесах, никого не трогая, я отпускала поводок. Но стоило ему зацепиться вниманием за кого-нибудь из прохожих или соседей, притягивала к себе. 
Сэн Эрик поднялся на крышу в сопровождении Клосса. Я быстро велела Сильверу возвращаться в браслет. Хранитель поворчал, но починился. 
— Итак, — граф выкатился на середину крыши и застыл (Клосс ушел, с подозрением оглядываясь). Я чувствовала его напряжение. — С чего начнем? 
— Просто расслабьтесь. Сегодня прекрасный день. Солнечно, птички поют, лето в разгаре. 
— Птички... — усмехнулся Найтли. — Я как-то отвык их замечать? 
— Вот и привыкайте заново. И к облакам, и к синему небу. Вам придется пожить еще немного, хотите вы этого или нет. Или очень долго. Как повезет. 
— Смеетесь? — поднял брови граф. 
— Вовсе нет. Я поставлю вас на ноги, возможно, не в буквальном смысле. 
— Все равно, вы очень самонадеянны. 
— А вы связаны клятвой послушания. И не забывайте об этом. Спорить будете потом, когда появятся первые результаты. Вернее, они ведь уже появились? Боли в пояснице стали меньше, не так ли? 
— Вы меня пугаете, — признался граф. — Еще больше я боюсь себя напрасно обнадежить... снова. Мне столько раз давали обещания: сначала полного выздоровления, затем частичной ремиссии, а потом уже того, что я хотя бы не проведу остаток дней овощем. Я и этому был рад. 
— Очень понимаю вас, — со всей серьезностью кивнула я. — Вы не поверите, но когда-то я столкнулась с тем же. 
— Но вот так молоды... 
— Считайте, что за свою юность я заплатила сполна. А теперь начнем. Повторюсь: просто расслабьтесь. Если будет больно, скажи́те. В любом случае дискомфорт... он будет. 
— Напугали иглоспина голым… неважно, — граф смутился и прокашлялся. 
В лучах солнца его глаза казались драгоценными камнями, с крошечными сияющими гранями. Я поспешила перейти к нему за спину. 
— Пересядьте на этот стул, пожалуйста. 
— Конечно, — граф привычно перебросил себя на сиденье обычного стула. 
— Из чего сделана спинка вашего кресла? 
— Из древесины дерева агхар. 
— Я почему-то так и подумала. 
На этот раз я очистила канал, ведущий к сердцу. С последней процедуры проклятие не успело расползтись: мой вит, к счастью, сдерживал рост темной энергии. 
— Вы больше не пользуетесь перчаткой для подгонки вита? — уточнила я. 
— Нет, она внезапно перестала работать... Боги, откуда вы знаете?! 
— Я вижу вит. Чувствую его, даже слышу. 
— Но это же... 
— Необычно? Да, в высшей степени. У меня много тайн. Вы обещали молчать. И будете молчать. Все, что вы услышите на этой крыше, останется между нами. Кроме вас, есть еще Солли. Ей тоже нужна помощь. 
— Я понял, — послушно склонил голову Эрик. — Все только между нами. Прошу лишь, помогите Солли. 
— Кто она? 
— Дочь друга моего отца. 
— Люси Хиллкроу? 
— Откуда...? Впрочем… конечно, герцог Ремири... он всегда знает больше, чем остальные. Да, Солли – это детское имя Люси Хиллкроу. Ее отца убили. 
— Я знаю. На девочке какое-то проклятие. Отзовите свою цербершу, ее гувернантку, и я постараюсь продиагностировать Люси. 
— Дэнья Аврора Диль... 
— Вы ей нравитесь. Она считает, что я встала на ее пути к счастью... 
— Дэнье Диль? Нравлюсь ей? Я? Вы уверены? — недоверчиво нахмурился граф. 
— Я женщина. Я такое вижу. Причем, вы ей просто нравитесь, как мужчина, а не только как богатей. Как вы себя чувствуете? — я отступила, стараясь скрыть подступившие тошноту и слабость. 
  
— Я чувствую себя... удивительно бодрым. Стало легче дышать. Что это было? 
— Проклятие чуть не коснулось сердца. 
— Да, Бирни говорил, что это скоро произойдет. 
— Теперь не произойдет. Но ваш левый канал еще заблокирован. Вы кашляете?