Лицо с обложки
Едва переступив порог квартиры на Потсдамском шоссе, Бритоголовый выбил из рук Зои пакеты с покупками и скомандовал:
— Встать мордой к стенке! Ноги на ширину плеч, руки за голову. Шире ноги!
Лора окаменела от страха, приросла к полу, но Бритоголовый на нее не обращал внимания.
Зоя без сопротивления выполнила команду: повернулась лицом к стене, расставив ноги, руки сцепив в замок на затылке. Май, услышав голоса, выскочила из своей конуры, застрекотала сорокой:
— Тито слутилос? Тито слутилос?
Бритоголовый обыскал каждый миллиметр одежды. Озвучивать свои подозрения он не захотел.
— Опьять она! — возмущенно попила Май, суетясь вокруг Зои. — Опьять! Выгонять вон, слюха, улица…
Бритоголовый скомандовал:
— Повернись мордой ко мне!
Зоя повернулась. Конвоир со знанием дела проверил все вероятные тайники на ее одежде, затем заставил раздеться. Ничего подозрительного не нашел.
— Ты что-то скрываешь, — с угрозой в голосе заявил он. — По глазам вижу. У, мразь!
Он ткнул могучим кулаком Зою в j-губы, но ударить не посмел.
В тот вечер Райман не приехал, к Лора рано отправилась спать. Перемерила напоследок обновы, полюбовалась своим отражением в зеркале, а потом юркнула под чистую простыню и уснула — без снов, без мыслей.
Проснулась она оттого, что кто-то зажал ей нос и рот рукой. Лора вскочила, испуганно таращась в темноту. Зоя приложила палец к губам, знаком показала ей: оденься!
Лора посмотрела на часы — семь утра! Раз в жизни отоспаться!
— Ты что, совсем не ложилась? — шепотом спросила она у Зои, но та прижала палец к губам, приказала молчать.
Они вышли в прихожую, освещенную приглушенным светом настенного светильника. Зоя потянула ручку парадной двери, и дверь легко подалась. Оказалось, язычок замка тонул в пазе, наклеенный сверху прозрачной клейкой лентой. Дверь открывалась и закрывалась так же свободно, как и раньше, с одной поправкой — замок не защелкивался. Но кто из гостей обратит внимание на такую мелочь? Когда они входят, то думают только об одном. А когда уходят — уже ни о чем не думают…
Зоя вышла на площадку и рукой поманила Лору за собой.
Побледнев, та замотала головой, будто ей предлагалось броситься с обрыва в ледяную воду. Зоя нетерпеливо взмахнула кулачками, постучала указательным пальцем по запястью: время! время! И, не дожидаясь, когда Лора дозреет, нажала кнопку лифта. Лора с ужасом смотрела, как раздвигаются двери зеркальной кабины… Она умоляюще посмотрела на Зою, но подруга нетерпеливо махнула: да иди же, не бойся! И Лора, набрав полную грудь воздуха, ухнула с обрыва…
Лица опустился на подземную автостоянку. Теперь разговаривать можно было в полный голос, свободно, по девушки по привычке молча обменивались взглядами. Зоя кивнула: «Идем». Они вышли из кабины, пошли вперед, между длинными рядами машин, петляя, и встали возле колонны. Тут Лора не на шутку испугалась:
— А ты назад дорогу найдешь?
Вспомнила, как сама блуждала в трех соснах, тогда, когда промахнулась и вместо мраморного холла вышла здесь, в подземном гараже.
Зоя непонятно ответила:
— Номер триста тринадцать.
Прошло несколько минут, и какая-то машина, ослепив их светом фар, подъехала и остановилась, едва не ударив по коленкам. Лора хотела уже дать деру, да Зойка за руку схватила и удержала. С места не сдвинулась, будто знала — эта машина их не задавит.
Только тут до Лоры дошло, что под колеса отъехавшей машины уплыла написанная на бетоне белой краской цифра 313. Ах да! Стоянка же размечена!
Из машины выглянула замотанная в яркий шарф красотка в солнечных очках, закрывающих пол-лица, взмахом руки подозвала Зою. До Лоры долетели обрывки их разговора:
— Держи, подружка. Еле успела вчера к закрытию. По ночам магазины не работают, сама понимаешь.
Красотка протянула Зое два крошечных мобильника. Заметила синяк на запястье Зои — там, где Бритоголовый накануне сжимал ее руку своими железными лапищами. когда тащил от галереи «Леффертс» к машине. Девица задержала руку Зои в своей.
— Холера! — выругалась она. — Это он так с тобой обращается? Да Павел просто кусок собачьего дерьма!
Зоя сдержанно улыбнулась.
— Садись в мою машину, уезжаем отсюда немедленно? — предложила импульсивная красотка.
У Лоры перехватило дыхание, но Зоя ответила:
— Нет, Моника, спасибо, но я сейчас должна бежать. Я тебе все объясню. Сегодня же позвоню! Жди!
И, не дожидаясь ответа, схватила Лору под руку, и они помчались к лифту.
— Кто такой Павел? — спросила Лора, когда зеркальная кабина скоростного лифта стремительно возносила их на двадцатый этаж.
Зоя усмехнулась:
— Один наш общий знакомый.
Никто не поднял тревоги — значит, Май не заметила скотча. Вернувшись в квартиру, Зоя отклеила ленту, я язычок замка тихо щелкнул, замкнув парадную дверь.
Зоя жестом пригласила Лору к себе в комнату.
— Один телефон тебе, другой мне, — объяснила она.
И, заметив, как побледнела Лора, предложила:
— Если боишься, могу спрятать оба в своих вещах.
Лора кивнула: да, так будет лучше! Разве от Май что-нибудь утаишь? Она шмыгает по всей квартире, лезет во все щели, перебирает их одежду.
Зоя открыла гардероб. Тайники она, видимо, продумала заранее. Один телефончик поместился в полую платформу сапог с каблуками а-ля лошадиное копыто. Это — для выхода в город, объяснила она. Другой спрятала под обивку пуфика. Это — для домашнего пользования.
— Откуда у тебя деньги? — изумилась Лора.
Вряд ли такие дорогущие игрушки красотка просто подарила Зое!
— Запомнила номер кредитной карточки одного клиента, — объяснила Зоя.
— О боже! Ты что, купила их вчера?!
Зоя кивнула.
— Когда вылезла в окно?!
— Да, да, нс охай. И еще успела позвонить Монике. Купить купила, забрать не могла. Сказала, что позже за ними приедет моя подруга.
— Ты сумасшедшая, — только и смогла выдавить Лора.
Зоя засмеялась, будто услышала комплимент.
Надвигались ужасные события. Лора чувствовала это всей кожей, как приближение грозы, только не знала — когда сверкнет молния. Зоя до поры до времени нс посвящала се в подробности плана, но однажды, выезжая ночью с Райманом в клуб, Лора приметила на подруге те самые лакированные canoni на каблуке «лошадиное копыто». В кабаре, после второго коктейля, Зоя попросила у хозяина разрешения отлучиться в дамскую комнату.
— Я с ней, — спохватилась Лора, но Райман сделал отрицательный жест тростью:
— Только одна!
Так что оставалось гадать, чем Зоя занималась в уборной. Хотя — ясно! Звонила своей знакомой, Монике. Только вот зачем?…
Это был первый раскат грома… Второй, чуть более пугающей застал Лору врасплох в «Матрешке». В ту ночь Paйман привез ее в кабаре одну, без Зои. Сидя за столиком. Лора обводила взглядом полутемный зал, когда внезапно наткнулась на любопытную парочку: Гомункул, а рядом — пристроилась та самая красотка, Моника, в полной боевой раскраске. Теперь Лоре выпала возможность рассмотреть ее получше, чем в то утро, в гараже, но мешали разноцветные зайчики галогенных прожекторов, пляшущие по стенам. От них рябило в глазах.
— Кого ты там увидела? — поинтересовался Райман, давно за Лорой исподтишка наблюдавший.
Лора поспешно отвела взгляд, сказала — так, никого, — но Райман уже обернулся, проследил траекторию ее взгляда.
— А, Алекс, — произнес он, заметив Гомункула. — Впервые его здесь вижу.
И из этом интерес хозяина к Гомункулу иссяк. Зато у Лоры появилось тяжелое предчувствие.
Наутро она рассказала о встрече Зое, но вместо сенсации вышел пшик. Зоя спокойно ответила:
— Знаю. Они встречаются.
И больше ни слова. Но дышать становилось все труднее… Воздух сгущался…
Лора уже не путалась, когда Зоя будила ее по утрам, зажав ладошкой нос и рот. Когда Райман не оставался ночевать в квартире, Зоя использовала единственный свободный временной промежуток — часы, отведенные для сна, — в своих тайных целях. Лоре отводилась роль страховки.