Система Альфонса в Мире Боевых Искусств (СИ)

После этого она резко уставилась на землю и стала усиленно орудовать метёлкой.
С ней явно было что-то не так… Может, она повредила голову? Бабушка Лу постоянно «пыталась припомнить, когда это уронила её в детстве, что Лу Инь получилась такая несгабная?..» Возможно, она действительно свалилась с кровати во время сна и ушиблась… Других объяснений Лу Инь попросту не находила. Теперь она старалась НЕ смотреть на молодого человека, и всё же звон, который издавал его клинок, прежде такой мелодичный, теперь вызывал в ней такую дрожь, будто бы скребли ногтями по камню.
И тут ещё одна мысль мелькнула в сознании Лу Инь.
А что если рассказать ему про все проблемы с его позой и тому подобное?
Девушка застыла.
С виду.
В её сердце немедленно закипела буря.
Разумеется, она понимала, что обыкновенная служанка не имеет права делать такие замечания… И вообще всё это глупость и помутнение рассудка… И всё же Лу Инь не могла успокоиться при мысли, что своим молчанием, быть может, делает хуже молодому воину.
В сущности, она была добрым, правильным ребёнком.
Именно поэтому Лу Инь выпрямила спину, обеими руками обхватила метёлку, словно желая найти в ней опору — в равной степени и для тела, и для души — и произнесла:
— Юный господин, если позволите…
Тишина.
Юноша нанёс очередной удар, от которого с каменной пластины посыпалась галька. Затем плавно опустился на землю и, когда Лу Инь уже решила, что не будет повторять своё обращение, и что хорошо, что её не услышали, резко повернулся и посмотрел на неё хмурыми глазами:
— Что?
— Эм… — Лу Инь замялась. Ей сразу захотелось извиниться и отвернуться… Но затем некая пластина, некая твёрдость в самых недрах её души заставила её сделать глубокий вдох и сказать:
— Мне кажется… Вам нужно попробовать держать ваш меч средним и большим пальцем… И ещё не пытайтесь, эм, выкидывать его вперёд. Держите всё время прямо, так… будет лучше.
Лу Инь хотела добавить ещё одно замечание, но голос её резко оборвался, когда она заметила выражение глубокой растерянности на лице воина.
Повисла тишина.
Наконец молодой человек пришёл в себя и спросил удивлённым голосом:
— Ты… мне советуешь?
Лу Инь слабо кивнула.
Юноша сморгнул… Затем прищурился:
— Как тебя зовут?
— Ах?
— Твоё имя.
— Лу Инь, — прошептала девушка.
— Лу Инь… Хм, — юноша вздохнул. — Тогда слушай меня внимательно, Лу Синь.
— С-слушаю!
— Если тебе ещё раз захочется сделать подобного рода замечание… Держи его при себе.
Лу Инь тотчас похолодела. Её руки ещё крепче схватились за метёлку.
— Я не хочу быть грубым, — размеренным и надменным голосом начал Ван Му. — Только глупцы грубят своим слугам… И в то же время ты совершила серьёзный проступок.
В боевых искусствах любая оплошность может привести к пагубным последствиям. Именно поэтому даже талантливые воины часто нуждаются в наставлениях мастера. Я понимаю это, а потому точно следую инструкции, которая записана в моей технике, и которую составили великие воины глубокой древности. В то же время если бы я последовал твоему «совету» я бы мог себе навредить. Понимаешь?
— Ах, но я…
— Не подумала? — Ван Му покачал головой и с лёгким презрением посмотрел на служанку. Если бы на её месте был мужчина, он бы выпорол его за такую дерзость. Впрочем, в случае данного ребёнка это казалось излишнем. Тем паче, что девчонка, верно, просто хотела привлечь его внимание.
Вот почему он заговорил так:
— Я вижу, что ты не хотела мне навредить. Поэтому слушай внимательно. Тебе может казаться, что ты знаешь, как будет лучше. Многие воины и даже простые люди думают, что понимают лучше мастера. Они дают советы, всю глупость которых просто не могут осознать по причине своей неопытности. Хорошо если человек не обращает внимание на их заблуждения. А если нет? Если бы на моём месте был другой ученик, который тебя послушал и получил ранение? За такой проступок тебя погнали бы вон… Если бы не вздёрнули.
Лу Инь побледнела.
— … Не говоря уже о том, что своим необдуманным советом ты высказала неуважение к мастеру, который разработал эту технику… Поэтому, — в голосе молодого человека появились ледяные нотки. — В следующий раз держи язык за зубами, ясно?
 
Лу Инь, бледная, как пасмурное небо, опустила голову.
— Хорошо, — заключил Ван Му. — А теперь возвращайся к работе. У каждого в этой жизни своё предназначение… — добавил он, поглядывая на ведро и метёлку, которую Лу Инь приобнимала обеими руками. — … Не стоит пытаться выйти за его пределы.
С этими словами молодой человек отвернулся, схватил меч и снова стал выполнять свои упражнения.
Сама же Лу Инь, ошеломлённая и разбитая, долгое время стояла на месте. Она думала о том, что, если бы молодой человек хотя бы попробует сделать, как она предложила, тогда… Но постепенно эти мысли оставили её сознания, и на смену им пришла другая:
У каждого в этой жизни своё предназначение…
Лу Инь посмотрела на свои босые ноги, на руки, натёртые от тяжкой работы, и больше не посмела произнести ни единого слова…
Закончив прибираться, девушка вышла за пределы арены и стала медленно спускаться по лестнице. Солнце в это время неторопливо карабкалась в голубую высь над горизонтом. Рабочий день только начинался. Сперва она выслушает ругань бабушки Лу, которая опять будет называть её ленивой, а затем станет чистить картошку, носить вёдра и так до темноты, до самого вечера… У каждого в этой жизни своё предназначение, подумала Лу Инь, и это — было её…
И правда, кто она такая? Нелепая служанка, которая вдруг решила, что знает лучше настоящего воина и благородного человека: глупая, жалкая, хилая сиротка — обычная безымянная дурочка.
Де, безымянная. «Дурашка Лу». Ведь никто не в состоянии запомнить её имя. Это нелепое, глупое имя…
— Лу Инь!
Лу Инь вздрогнула; знакомый голос резко прервал вереницу её размышлений. Вскинув голову, она увидела, как из трепета древесной тени показался необычайно привлекательный юноша с длинными чёрными волосами…
  
Глава 11
 
Когда нужен план
 
— Приятная встреча, не правда ли? — с лёгкой улыбкой заметил Сима Фэй.
Лу Инь пришла в себя и опустила голову:
— Ах, здравствуйте, юный…
Не успела она договорить, как её прервал нежный вздох:
— Ну вот опять… Мы же договорились без этого, помнишь?
— Я…
— Или ты забыла моё имя? Немного грубо…
— Нет, — тут же смутилась Лу Инь. — Я не… Здравствуйте, господин… Сима, — с этими словами она покраснела и отвела взгляд.
В этот же момент тёмные воды меланхолии, в которые погружалось её сердце, вдруг расступились, и живое волнение заставило её содрогнуться.
После жестоких слов, которые ей пришлось выслушать от мечника, лёгкая улыбка и приветливый темперамент черноволосого юноши были необычайно приятны для её души, — как лучи солнца для цветка, заиндевевшего после морозной ночи.
— Собственно, — продолжал Сима Фэй. — Наша встреча не совсем случайна. Я искал тебя, Лу Инь.
— Искали? Почему? Я что-то сделала не так?.. — тревожно спросила девушка.
Сима Фэй усмехнулся и помотал головой:
— Нет конечно. Вот, возьми.
Он достал из-за пазухи своего халата тонкую голубую книжку. Лу Инь робко посмотрела на неё, затем протёрла свои пыльные после работы пальцы и осторожно, так, чтобы не коснуться белоснежных рук молодого человека, взяла.
На обложке было написано: «Сутра Меча Чистого Сердца»
Снизу висела бронзовая бирка.
Лу Инь сморгнула и спросила удивлённым голосом:
— Мне… мне нужно доставить это куда-то, ю… господин Сима?
— Верно.
— Куда?
— Под подушку в свою комнату.
— Ах?
— Это подарок. Временный, разумеется, я взял её из библиотеки.
— Подарок? — прошептала Лу Инь растерянным голосом и снова посмотрела на книгу, затем на молодого человека, затем снова на книгу… Осознание пришло неожиданно, словно молния вспыхнула у неё в голове.