Повелитель миражей (СИ)

Глава клана напоследок зло сверкнул глазами и вышел из кабинета.
В душе клубился гнев. Эта властная дрянь относится к нам, словно к крепостным!
Раньше я раздумывал, когда включу в свой план Юсуповых, теперь я абсолютно уверен, что этот человек с нами на одной стороне не будет. Нужно собирать коалицию, менять клан или его главу: с Ярославом никаких дел иметь не хочу.
— А ведь мы были дружны, — с горечью сказал отец. — Наверное, ты этого не помнишь, но когда тебе исполнилось три года, мы с Катериной стали брать тебя, а потом и Нику на пасхальные вечера, которые устраивал Ярослав. Его жена встречала гостей на пороге, и когда все дети были в сборе, затевала с ними охоту за пасхальными яйцами, спрятанными по всему особняку. Затем все смотрели выступление пиромантов и приглашенных иллюзионистов, и угощались горячим шоколадом. Когда покидали дом, дети несли с собой корзинки, полные пасхальных яиц и подарков. Ты был такой смешной, когда тянул за собой большую корзину с подарками. Такой невообразимо милый и одновременно — серьезный. А на рождество в главном зале особняка Юсуповых сооружали огромную горку для детей, и вы скатывались с нее на маленьких ковриках и неслись дальше по паркету, визжа от восторга.
Отец замолчал.
— Так почему вы поссорились?
— Я слишком часто обращался за помощью к Юсупову, но если дружбу портить, постоянно пользоваться ею, она не протянет долго. Так случилось — однажды меня пригласили в этот особняк, без тебя, без Катерины и без Ники. А когда я пришел, там уже собрался весь цвет нашего клана, и на повестку дня вынесли вопрос — целесообразно ли помогать мне и дальше.
Как по мне, если дружба с Юсуповым испортилась от частой помощи, тогда и не было никакой дружбы. Или была только в воображении отца.
— Неужели все они поголовно проголосовали за то, чтобы оставить нас наедине с проблемами?
— Не спорю, некоторые были против, — кивнул отец. — Но почему-то очень много было «за».
Отец снова замолчал, посуровел. Вместо того, чтобы дать родителю потонуть в мрачных мыслях, я перевел его внимание на другое:
— Давай расскажу по осколку. В общем, зачистил я его не без проблем, но теперь могу призвать десяток гоблинов. И есть возможность получить еще десятерых хобгоблинов, купить амулеты с иллюзиями и заменить охрану. Не знаю, как тебе, а вот мне не понравилось, что посторонний человек прошел в особняк, а с поста у ворот не доложили, и вообще — открыли ворота без твоего одобрения. Я вот неуютно чувствую себя в собственном доме, когда в него без разрешения может войти кто угодно. Что потом? Всякий бомж будет открывать ворота с ноги?
Отец тяжко вздохнул, а потом слабо возразил:
— В охране у нас потомственные слуги, чьи отцы и деды работали на нас же. Выгонять их не очень правильно.
— Они отвыкли работать за годы безделья. Думаю, самое время менять их на хобгоблинов. Нужны ли нам разжиревшие охранники, которые не ценят тех, кого должны оберегать?
— Ты изменился, — сказал пространную фразу отец. — Стал самостоятельным, пытаешься руководить и планировать. Только в наш с Ярославом разговор тебе лезть не стоило.
— Так что думаешь по поводу охраны? — не дал я увести разговор в сторону.
— Замена охраны ничего не даст. Если на особняк захотят напасть умелые люди, то их отряд с одинаковой легкостью вырежет как сегодняшнюю охрану, так хобгоблинов и нас с тобой.
— Значит, на юнитах не остановимся. Нам не помешает купольная защита, чтобы отразить то же «инферно», о котором ты говорил. Вдобавок, можно обратиться к крафтеру, который специализируется на амулетах — он может создать тревожные браслеты, которые я раздам своим куклам. При смерти бойца или при нажатии купол начнет работать на износ, не пропуская внутрь не только заклинания, но и выявляя и уничтожая невидимок и прочие угрозы.
Когда денег у нас станет больше, можно будет перестроить особняк: собрать его из превращенных в артефакты каменных блоков, которые, будучи связанными вместе, усилят друг друга, превращая все здание в громадный артефакт. Насколько знаю, можно обратиться к Стефану Даримову, он и купол создаст, и особняк перестроить сможет.
 
— Откуда ты знаешь о таких вещах? — Отец приятно удивлен. — Ты что, изучал фортификацию?
— Самые основы. Прочитанная книжка, подслушанный диалог. Кстати, пока не забыл: рекомендую купить всем домашним по хорошему защитному кулону — если уж в Академии произошел прорыв, то кто знает, не повторится ли подобное еще раз.
— Ты уже говорил.
— И повторю.
А когда дойду до осколков S-ранга, можно будет набить фрагменты действительно могучих существ, и поставить для охраны особняка какого-нибудь стихийного архимага, даже будь он драконолюдом или вовсе какой-нибудь нежитью. Такой юнит не просто остановит инферно, но и накормит им агрессоров. Вот тогда за безопасность родных точно не нужно будет переживать.
А может, и человека подходящего ранга в осколках найду — люди в них временами тоже попадаются.
— На купольную защиту нужны деньги, а мы еще не продали ни одной партии артефактов.
— Деньги будут, — отмахнулся я. — Крафт у нас налажен, и со временем пойдет в гору.
Вот только я планирую достать хрустящие купюры гораздо раньше, чем наш бизнес встанет на ноги. С самого возвращения в прошлое откладывал это решение, но раз уж мне удалось развить тело до материальных иллюзий, то деньги я достану. Самый простой способ — создать иллюзорное золото и обменять его на настоящее.
Обычный иллюзионист, который решит продать фальшивое золото, окажется в камере. Опытных магов, которые способны такое провернуть, держат на карандаше, а неопытные не умеют создавать прочные иллюзии и не умеют обманывать себя. Те, кто способен создать качественный обман, чтобы его не разрушили амулеты против иллюзий, уже поднялись до настоящих вершин и получают столько, что для них затея с фальшивым золотом теряет смысл.
А спонсором выступят рода, которые ставили нам палки в колеса: Липовы и Григорьевы.
  
Глава 17
 
Мои желания пограбить недоброжелателей не разошлись с делом. Я сходил в душ, смыл кровь и грязь, осмотрел затянувшиеся порезы. А потом захватил с собой кисть, чернила и уселся в позе лотоса посреди комнаты для медитации.
После вызовов гоблинов и кенку у меня в запасе осталось чуть меньше половины запаса маны, но потоки энергии в этой комнате были особенно сильны. Правда, их можно было сделать еще мощнее: глядя на руны, я видел огрехи — не даром сорок лет занимался ритуалистикой. Убрав ошибки, я смогу улучшить и так неплохую печать, плюс это хороший способ впечатлить папу, показать, что я силен не только в иллюзиях. Потому я беру кисть и выписываю еще семнадцать рун поверх металла. Простая краска, грубые правки, но движение энергий заметно улучшилось. Отец определенно заметит это.
Для полного восстановления резерва я медитировал полчаса. А потом начал сливать резерв в одну-единственную иллюзию. На полу рядом со мной появился маленький золотой слиток. Качественная иллюзия, которую я должен сделать еще реальнее. Пока моего навыка и сил не хватит, чтобы продиктовать миру свою волю и сделать слиток реальным абсолютно, но мне хватит и того, что золото просуществует два-три часа.
Когда иллюзия стала достаточно стабильной, я достал тоненькую кисть и чернила, и вывел на металле простенькую рунную цепочку — ритуал привлечения внимания. Видел такой трюк у одного ритуалиста.
Без специальных наговоров, без магически заряженных чернил, без расчетов и правильных слов, цепочка получилась весьма слабой, действовать она будет не дольше пары часов, да и то — на какого-нибудь слабовольного человека.
Только вот когда миллиметровый слой воображаемого золота нарос поверх чернил, я снова взялся за кисть, и за первым ритуалом последовал другой — разжигающий жадность. Человек с защитным амулетом или средней волей его не заметит, но первый ритуал стал на капельку сильнее.