Лесная ведьма (СИ)

С того же курса других школяров отправили примерно в такие же крепости.
В маленьких приграничных крепостях дозорных мало. Так и здесь. Всего двенадцать человек – командир крепости, семеро обычных солдат и четверо боевых магов-исследователей. Время от времени они отражали набеги от чужаков-соседей, но настолько редко, что держать из-за них дозор численностью больше как-то не полагалось.
  
Пограничная река, не слишком широкая, славилась высокими овражными берегами. Крепостца строилась в двухстах метрах от её овражного края. За деревянным зданием – долина при почти засохшем речном русле, давно суженном до едва заметного ручья, чьё начало пропадало в лесу. Долиной «та сторона» и гнала пограничных дозорных и приехавших юнцов к лесу. Точнее – не к лесу и не гнала. Если на произошедшее смотреть прямо – «та сторона» старалась заполучить всех, кто был в крепостце – ну, или уничтожить тех, кто слишком рьяно защищался.
Та сторона… Когда-то давно в бесплодных равнинных пустошах, говорят, упала с небес громадная гора. Лето тогда, говорят, было тёмным и страшным. И в те места, говорят, пройти нельзя было: не пыль, а земля летала по воздуху и горела. А спустя десятилетия, говорят, завелись на тех равнинных пустошах люди-нелюди. Посмотришь – человек, а приглядишься – нелюдь. Говорили – людоедством промышляли. И были – дикари дикарями. А потом и у них, у дикарей тех, упорядочилось что-то. И стало два государства. В одном – том, что Мирна знала, люди как люди, да и справно жили: тут тебе машины, паровозы и всякое иное, что человеку жизнь облегчает. В другом – жили охотой, и не только на птицу или зверя. Обычные люди побаивались границу переходить, хоть и случались смельчаки. Или дурные головы – что уж говорить... А с той стороны набеги редко-редко, но бывали – именно что поохотиться на человека. И что там потом с пойманным было – впору страшные сказки рассказывать… 
Мирна не знала, сколько вчера из крепости дозорных и школяров погибло. Своими глазами видела гибель Светогора. Так что строптиво решила искать оставшихся восемнадцать человек. 
Темно. Мирна поморщилась: с опушки даже сюда донесло крепкий запах горелого дерева и камня. Крепость сожжена… Сглотнула: и все съестные припасы с нею. А до ближайшего пограничного городка – трое суток пешим ходом. Ладно – лес есть.
Ведьма вышла из-под нависших ветвей самых старых здешних древ и, присев на корточки, притаилась за близким кустом. Раскинула поисковую сеть.
Юнцы, пока ехали в вагоне паровоза к провинциальному городку, где их ждали верховые лошади, показали себя ершистыми. Считали себя умными – последний же курс академии заканчивали. Считали себя умелыми – на практику же ехали перед экзаменами… Но что с их ума и умения, ежели внезапное нападение?.. Знать-то правила знают, а настоящей практики и не было, как себя вести и что делать, если…
Поисковая сеть дрогнула слева. Янис немедленно приподнялся на лапах.
«Девчонка!..»
- Из школяров? – ненужно уточнила Мирна: кроме девушек-магичек, в крепости женщин не было. Ну, и кроме неё, ведьмы.
«Из них».
- Живая? – встревоженно то ли спросила, то ли понадеялась ведьма, поспешно вставая и поворачиваясь идти на сигнальное подрагивание.
«Ранена». 
- Которая из двух?
«Дара».
Мирна удивилась. Светленькая Дара, на её взгляд, была самой слабой в группе школяров. И физически, и магически. И – выжила? Или она, ведьма, видела её слишком поверхностно? Впрочем, сейчас это не имеет значения. 
Лучше бы под ноги глядела… Мирна чуть не рухнула с рыхлого овражного краешка в тот самый ручей, бежавший к пограничной реке мимо крепостцы. Под злой клёкот потревоженной птицы успела схватиться за ствол орешника, удержалась на ногах – с помощью тонкого ствола быстро съезжая к воде. И зашипела от боли: Янис, незащищённый, боясь, что его собьёт встречными ветвями, быстро переместился на её спину, вцепившись теперь только в плащ. А заодно процарапав ей кожу под ним.
Колдовская сеть предупредила, что искомый человек находится где-то в пяти-семи шагах. Едва не угодив в ледяную воду ручья, Мирна попятилась на узкий, вязкий, глинистый бережок. Здесь укрепившись немного, она снова замерла, вслушиваясь. Первое впечатление, что Дара находится через ручей, пропало. Мирна взглянула направо.
- Дара… - позвала шёпотом.
- Кто там? – испуганно откликнулись из густых, чёрных ночью кустов тальника.
- Мирна. Иду к тебе.
Всего три шага – и она очутилась внутри тальниковых зарослей.
Девушка сидела несколько странно – на бедре, спиной привалившись к двум ивовым стволам. Разбираться во тьме, что у неё, Мирна сама не стала – времени мало, да и опасно: услышат или почуют – как уж там «та сторона» действует, до сих пор никто не знал. Спросила тихо:
- Как ранили? Идти сможешь с моей помощью?
Спросила и разглядела, что Дара сидит, держась за живот. Потому на бедре, что так удобнее держаться за живот… Плохо дело. Девчонка и сама это понимала, потому и промолчала в ответ на вопрос.
- Чем тебя?
- Кажется, арбалетным болтом. 
Ведьма присела перед девушкой-магом. Услышала короткое и частое дыхание.
- Жжёт? Сильно?
- Да…
Значит, болт тоже был отравлен.
- Рана глубокая?
- Нет. Кожу содрали. Болт ободрал жилет на животе. Мимо процарапал…
- Тебе удобно так сидеть?
- Пока да.
- Есть в твоих умениях врачевание? Целительство?
- Есть… Только… сил не осталось. – Девушка затряслась-зашлась в плаче. – Они Найду ранили и через неё мои силы тянули, пока та не умерла. Я на последнем шаге как упала, так и сижу здесь – всё жду, когда и меня… тоже.
Найда – фамильяр Дары. Псина дворянской породы. У «той стороны» своих магов или ведьм-ведьмаков нет. Зато есть шаманы, а у них свои знания и умения. Фамильяры им не нужны. Зато шаманы умеют использовать магическую связь между магами и их фамильярами и выкачивают из них силы.
Мирна подняла рубаху на девушке, дотронулась до мокрого от крови живота Дары, быстро зашептала, заговаривая кровь, а потом хмуро сказала:
- Щас тебя к ручью оттащу. Будешь сидеть там, пока не вернусь: кажется, впереди ещё кто-то из наших есть. Не бойся. Охрану вокруг тебя поставлю, чтоб не увидели. Потом ручей и травы на твою рану замкну. Пусть водяной дух и хозяин травы тебя целить начнут. Поняла меня? Никуда не уходи без меня, как легче станет.
- Не уйду, - прошелестела девчонка-маг, а потом с печалью вздохнула: - Только много ли ты сумеешь сделать? Ты ж только ведьма. – И торопливо, будто спохватившись, добавила: - Прости, Мирна. Я не хотела обидеть тебя.
Ишь… Слабая – слабая, а уколоть не забыла.
- Знаю, что не хотела, - спокойно ответила ведьма. – Вы ж меня, ещё пока на паровозе ехали, обижать не хотели. Ладно… Приготовься. Поднимаю тебя.
И сунула ладони под мышки насупившейся Дары.
…Юнцы не сразу определили сопровождавшую их ведьму в качестве предмета своих насмешек. А определив, принялись унижать стихийницу-самоучку, как называли ведьм и ведьмаков, которых власти привыкли использовать чуть ли не в качестве подручного средства. Живого средства. Ещё бы. Маги-то – аристократы. Университеты кончали. А ведьмы – самоучки, так – низшее сословие… И ничего не сделаешь, никому не пожалуешься. Сами на службу напросились. А как не напроситься, если Мирна, например, была третьей стихийницей в своём поселении? А в соседнем, близком, – ещё две лишние? Куда их столько на одном месте? Ну и примкнула к гарнизону, стоявшему в ближайшем городке. А потом её начали передавать от отряда к отряду, используя умения и навыки ведьмы, но притом не считаясь с ней во многих вопросах.
  
…Девчонка только изображала, что идёт. На деле сама даже ставить ноги полностью на землю побаивалась. Для этого ведь разогнуться надо. А у неё живот… Так и пришлось на себе её тащить к ручью, благо тот в паре шагов. Мирна усадила её на бережке так, чтобы опять можно было держаться за живот, посылая ему какие-никакие силы, и стала торопливо творить охрану вокруг Дары и нацеливать на неё силы ручья и лесных трав. Торопливо, потому что два шага к ручью – и поисковая сеть нервно задёргалась, поймав присутствие ещё двоих.