Витязь 2 (СИ)

— Зачем? — не отрывая взгляда от взбалтываемого в бокале коньяка, вновь спросил князь.
— Я хочу чтобы у нас с Ольгой была семья. Увы, но пока мы всего лишь муж и жена, ожидающие прибавления и не более.
— Полагаешь, что у тебя, что-то получится?
— Если буду следовать в кильватере у других, никогда. Поэтому я больше не позволю никому вовлекать нас в интриги.
— Не думаю что ты преуспеешь.
  
— Во всяком случае, я попробую это сделать. — Вынужден был я признать правоту тестя.
— Я буду рад, если у вас будет семья, Никита. Но, надеюсь, ты не настолько глуп, чтобы полагать, будто у вас получиться жить в деревенской глуши на особицу от других. Если ты хотел этого, тогда я понимаю, отчего изначально скрывал свой дар. Удайся тебе это, и у тебя имелся бы шанс. Но с того момента как оказался в стенах Московского университета, ты лишился выбора. Не Зарецкие, так другой род, но ты непременно оказался бы вовлечён во внутриполитические расклады. Если ты не занимаешься политикой, то однажды политика займётся тобой. Я постараюсь оградить вас, как накажу это и сыновьям. Но не думай, что тебе удастся вечно быть в стороне.
— Я вас услышал, Платон Игоревич. Но Игорю Всеволодовичу лучше держаться от нас подальше. Что же до Ольги, то я не желаю видеть подле неё Любавина.
— Отчего так?
— Он может и знатный боец, но служит не мне и не Ольге, а вашему батюшке.
— Я тебя услышал, Никита. — Тесть отсалютовал мне бокалом и отпил небольшой глоток терпкого благородного напитка.
  
Глава 24
 
Витязь
— Киса, киса, киса. — Я вновь осмотрелся по сторонам, и разочарованно вздохнул.
Подманить саблезуба таким вот нехитрым способом разумеется не получилось. Я уже четверо суток кружу по округе в поисках твари и всё без толку. Не подманивается хоть тресни. В отдельном блокноте зарисованы уже пара десятков точек перехода, чтобы максимально увеличить мою мобильность. Но это всё заготовки на случай, если дьяк сообщит мне о новом нападении. Сейчас же они не имеют никакого значения.
Я вновь достал блокнот и начал зарисовывать оказавшуюся у меня на пути развилку грунтовых дорог. Недавно прошёл тёплый майский дождик, но он был небольшим и лишь прибил едва появившуюся пыль. Плохая привязка. Уже через пару месяцев конфигурация просёлка может измениться настолько, что построить сюда портал не получится. Но я ведь и не собираюсь выслеживать тварь так долго…
Неделю назад в «Московских ведомостях» появилась заметка, о саблезубе в Мглинском княжестве близ города Клетня, успевшем натворить дел. Через город проходит торговый тракт на Москву, и этот зверюга уже порвал два купеческих каравана. Не особо больших, но каждый из них охраняло по десятку воинов, возглавляемых дворянами с достаточно высокими для этого занятия шестыми рангами.
Тракт проходит верстах в тридцати от границы с пятном, на противоположной стороне которого находится принадлежащая мне застава Дубравская. Торговый путь прикрыт несколькими имениями, что сродни заставам, и надёжно притягивают к себе тварей, за что помещики имеют как соответствующие льготы от князя Мглинского, так и поддержку от боярина Клетнёва.
Однако саблезуб предпочёл обойти близлежащие поселения и начал наводить шорох в тридцати с лишним верстах от границы. Охотничьи артели вставшие на след результата пока не добились. А как по мне, то наверняка желают не встретиться со столь опасным противником. В то же время, выбора они лишены, ибо имеют договор с боярином, а этот кошак переросток не любит менять свои охотничьи угодья.
Признаться, ноги бы моей тут не было, даже несмотря на объявленную награду. Полторы тысячи рублей, с непременной реализацией всех трофеев в боярском приказе. Для охотничьих артелей нормальные условия, чего не сказать обо мне. Согласись я на такое и потерял бы втрое, а то и вчетверо от возможной прибыли. На что моя зелёная и пупырчатая пойти не могла. Боярин Клетнёв, в отличии от Гагина оказался куда предусмотрительней и чётко прописал в газете все условия.
Но всё изменилось когда ко мне обратился сам боярин, специально прибывший в Москву для личных переговоров. Мало того, сам же явился в кофейню близ универа, и искал со мной встречи. Учитывая то, что он вассал князя из партии царя, а я как бы из противоположного лагеря, ситуация в его владениях и впрямь серьёзная.
— Никита Григорьевич, мне известно, что вы однажды уже успешно охотились на саблезуба. В этой связи я хотел бы просить вас оказать мне услугу и разобраться с возникшей проблемой. — Когда нам подали выпечку и кофе, заговорил он.
— Простите, но у вас в городе ведь имеются охотничьи артели. — Развёл я руками.
— Было четыре. Осталось три. Буквально вчера одну из них порвал в клочья саблезуб. Мы даже не знаем, насколько серьёзно им удалось потрепать его и удалось ли вообще.
— То есть, я один могу сделать то, что не в состоянии четыре артели? Вам не кажется, что это слишком.
— Здесь нужен особый подход. Вы возможно и не в куре, но среди охотников ходят устойчивые разговоры о том, что вы уже сейчас входите в число сильнейших витязей русского царства. И всё благодаря вашей особой способности предвидения. Понимаю, что о подобных деталях не принято распространяться, но такие ходят слухи и я склонен им верить. Именно потому вы и являетесь идеальным охотником на тварь способную мгновенно перемещаться и оказываться с самой неожиданной стороны.
Ну что сказать, оказывается вот в чём причина резко прекратившихся разговоров вокруг наших с Ольгой персон. Наверняка сыграло свою роль и устроенное нами представление, но за две с лишним недели и впрямь ни единого случая даже косого взгляда, не говоря уж о разговорах. А может всё дело в том, что я пообещал следующего непременно упокоить. Только сбрендивший будет бежать навстречу поезду с криком «задавлю».
— Хорошо. Оставим ложную скромность. Признаться, я уже читал заметку в газете и если бы меня это заинтересовало, то не ждал бы приглашения.
— Не отрицаете, что это вам по силам, уже хорошо. Я готов подписать с вами договор на разовую охоту, с условием принять все трофеи по московским расценкам, или же вы можете распорядиться ими по своему усмотрению. Вот. — Он выложил передо мной папку с бумагами.
Я ознакомился с их содержанием и должен был признать, что условия и впрямь выгодные. Боярин Клетнёв предлагал разобраться с тварью, был готов заплатить премию в полторы тысячи и оставить мне все трофеи, лишь бы я избавил его владения от саблезуба. Щедро? Как по мне, то нормально, тот ведь наносит куда большие убытки резвясь на торговом тракте.
— Хорошо. Я сегодня же выдвинусь в окрестности Клетня. Надеюсь найдётся кому ввести меня в курс дела? — подписывая договор, уточнил я.
— Разумеется. Вот. Это карта связи моего дьяка, а это портальные карты до Клетня. Сообщите ему о прибытии в город, он вас встретит и обеспечит всё необходимое…
Моё желание помочь вассалу князя Извольского, принадлежавшего к партии царя, не встретило понимания у тестя. Пусть Вениамин Тимофеевич и не проявлял агрессии, стараясь угодить всем, оставаясь в стороне, это не значило, что Зарецкий готов протянуть ему руку помощи. Вот только я Ртищев, и предпочитаю самостоятельно принимать решения.
Вообще-то, поначалу я думал всё же отказаться. Ведь убиенные мною бояричи были как раз из Мглинского княжества. В конце концов, это могло оказаться и ловушкой. Мало ли какие там внутренние взаимоотношения. Но предпочёл не дуть на воду. Волков бояться, в лес не ходить. Опять же, я ведь хотел самостоятельности, а в таком случае пора нарабатывать положительный авторитет. Врагов завести оно ведь куда проще. Пора бы с этим прекращать.
  
Ну и такой момент. Судя по всему, саблезуб однозначно высокоранговый и с финансовой точки зрения предприятие сулит выгоду. Годовой доход Орешкова, составлял в среднем тридцать пять тысяч рублей. А тут, всего лишь за несколько дней я мог получить порядка пяти, а может и больше. Однозначно оно того стоит.