Витязь 2 (СИ)

— И что это было? — недоумевающе посмотрел на супругу Платон Игоревич.
— Увы, но полагаю, что всё же не ревность, — делая знак слугам, чтобы подавали обед, вздохнула княгиня.
— Я понимаю её, Анна Фёдоровна. Поверить в дружбу между девушкой и парнем довольно сложно. Поэтому я принял решение временно прекратить общение с Еленой Владимировной, — произнёс я.
Поблагодарил слугу, за положенный мне на тарелку стейк с горошком, и вооружился ножом с вилкой. Вообще мне категорически не нравится подобное обслуживание. Терпеть не могу есть в присутствии тех, кто лишь наблюдает за мной. Из-за этого ненавижу все эти рестораны и кафе, когда заказы приносят по мере готовности и компании приходится начинать есть поочерёдно.
  
А тут и вовсе, подают и стоят над душой, чтобы своевременно сделать перемену блюда. Б-бесит. Но кто я такой, чтобы устанавливать свои порядки в чужом доме. Но уж у себя-то я точно смогу сам о себе позаботиться. И Ольге придётся это принять. Так-то, самостоятельность ей не чужда, ввиду отсутствия в пансионе слуг. Вот и дальше будет придерживаться этого. Достаточно будет если слуги просто подадут на стол. Хотя супруга могла бы и сама поухаживать за мужем, но перегибать всё же не буду.
— Признаться, рада, что вы всё правильно поняли. Однако, это ни в коей мере не оправдывает столь неподобающее поведение со стороны Ольги. — Ответила княгиня.
— Хотите сказать, что теперь с охотой покончено? — отправляя в рот первый кусок, спросил князь.
— Увы, — признал я очевидное.
— И как вы намерены поступить с кредитом?
— У меня на счету имеется сумма, способная погасить платежи как минимум в течении года. К тому моменту когда мне потребуются средства я непременно что-то придумаю. Опять же, приданое Ольги Платоновны, полагаю вполне покроет мои скромные потребности.
А с чего бы мне отмахиваться от этой прибыли. В конце концов, с момента заключения брака я стану полновластным владельцем поместья. И никакие иные варианты рассматривать не намерен. Как и подписывать брачный договор. Всё, или ничего. Только так и никак иначе.
— Согласен. Ну, а какие планы на будущее? — настаивал князь.
— Я уже сейчас достаточно сильный боец, полагаю могу стать витязем на службе рода Зарецких. Уверен, что у вас найдётся застава, за которой можно меня закрепить, чтобы избежать царской службы.
— Вы не хотите служить?
— Не имею ни малейшего желания. Для себя считаю это напрасной тратой времени. Если возникнет нужда, то я конечно же готов встать в строй, но в мирное время хотелось бы этого избежать.
— Не скажу, что это меня радует. В нашем роду все служили.
— Прошу прощения, Платон Игоревич, но я не Зарецкий, а Ртищев.
— Будущий боярин Ртищев, а это титул воинского сословия.
— В таком случае, предпочту остаться обычным дворянином, а уж дети мои пусть наследуют титул от их матушки.
— Невозможно, — возразил князь.
— Отчего же? Очень даже возможно. Всё в правовом поле Русского царства, — пожав плечами, возразил я.
— Но это недостойно истинного дворянина, — положив нож и вилку, категоричным тоном произнёс Зарецкий.
— То есть всё, что идёт в разрез с вашими взглядами является недостойным? Буду откровенным, Платон Игоревич. У меня для вас плохие новости. Вы конечно же припёрли меня к стенке и вынудили жениться на Ольге. Но в своей семье главой буду именно я, а не она и уж тем паче не вы.
Видит бог, я к будущим тестю и тёще со всем уважением, они мне реально нравятся, но их порой заносит на поворотах. Так что пора бы уже и начать осаживать. А заодно и напомнить, что в эти игры можно играть вдвоём.
— Платон, — посмотрев на мужа, многозначительно произнесла Анна Фёдоровна.
— Хорошо, дорогая. Не скрою, Никита Григорьевич, что рассчитывал на иной ответ, но вполне ожидал и подобного. Поэтому мы с Анной Фёдоровной решили дать за Оленькой в качестве приданого поместье Орешково. От него до границы пятна отдельно стоящего пробоя порядка тридцати вёрст. От возможного набега тварей прикрывает его застава Дубравская. Вот ею-то мы и решили дополнить приданое. Это будет вашей ответственностью и службой.
— А вот за это спасибо, — искренне поблагодарил я.
— Да, но быть простым охотником на тварей это, слегка не то, чего я ожидал от моего зятя, — не сумел скрыть своего разочарования князь.
— Более того, в политических раскладах я так же не намерен участвовать. Прошу вас учитывать и данное обстоятельство. Вся эта возня и грязь мне попросту противны.
— Боюсь, что вы в ней уже увязли.
— Пока, да, но когда-нибудь я из этого выберусь и более влезать не желаю.
— И чем же вы намерены заняться? Боюсь, что управлять поместьем не будучи земельником будет довольно проблематично, и без токового управляющего вам не обойтись.
— Полностью с вами согласен. Что же до моих планов, то, как вы сами же заметили, у меня есть и иные таланты. К примеру, я неплохой изобретатель, и вполне могу поставить ту же оружейную мастерскую. Ольга интересуется артефакторикой, так отчего бы нам не объединить усилия, и не оборудовать для неё лабораторию. Мои идеи, её воплощение. А я найду что предложить, даже не сомневайтесь. Но главное, у нас появятся общие темы и мы наконец прекратим ссориться, — закончил я свою мысль.
— Ну-у, вполне годится как первый шаг, если не к счастливой семейной жизни, то к мирному сосуществованию — легонько пожала плечами княгиня.
— Вот значит как, — произнёс всё ещё хмурый князь. — Никита Григорьевич, вы когда будете играть в главу семейства, учтите пожалуйста, что Оленька не бесхозная и за неё найдётся кому оторвать вам голову.
— Я понимаю опасения отца за любимую дочь, Платон Игоревич. И уж тем паче на фоне того, что вы были готовы преступить через вековую родовую вражду согласившись на её брак с Михаилом Антоновичем. Мало того, совершили столь значимый шаг навстречу её пожеланиям впоследствии. Но в мои планы входит стать главой семьи, а не самодуром.
— Платон, — вновь произнесла княгиня.
— Ну что Платон? Не видишь, Никита Григорьевич сегодня прямо-таки в ударе, — сердито буркнул князь.
— Я прошу прощения, если задел вас, ваша светлость…
— Вот только давайте без светлостей, молодой человек, — перебив меня, недовольно поёрзал на стуле князь.
Признаться, наблюдать за этим было где-то даже забавно. Обиделся ли я на будущего тестя? Да ни капли. Полностью разделяю его опасения, и в своё время сам же вёл себя подобным образом. Где-то пытался задобрить зятя, чтобы он хорошо относился к дочери. Где-то рычал и давил, показывая, что я к нему со всем уважением, он глава в своей семье, но дочь в обиду не дам, а случись нужда, могу и башку оторвать. Словом, я ещё не стал зятем, а меня уже приняли в семью. И мне это нравится. Потому что с чужими так себя не ведут.
— Как скажете, Платон Игоревич, — искренне пообещал я, вновь принимаясь за еду.
— Капитоныч, распорядись, чтобы Ольге отнесли обед в её комнату, — распорядилась княгиня.
Угу. Дочь может взбрыкивать сколько её душе угодно, но родители желают иметь здоровых внуков. И я их в этом полностью поддерживаю. Ребёнок ведь не виноват, что у него взбалмошная мамаша.
После обеда, ну или по нормальному всё же ужина. Весьма обильного надо сказать. Прежде я так наедался только на торжествах, или походах в ресторан. Не суть важно. Я подозвал к себе Капитоныча.
— Что княжна у себя? — спросил я старого дворецкого.
— У себя, сударь.
— Уже поела или всё ещё обедает?
— Приказала унести обед, — и поймав мой вопросительный взгляд добавил, — Ольга Платоновна поела, не переживайте.
  
— Хорошо. В таком случае скажи ей пожалуйста, что я ожидаю её в зимнем саду.
— Слушаюсь, сударь.
Зимний сад у Зарецких довольно большой, есть даже фонтан, и четыре короткие дорожки сходящиеся к нему. В наличии несколько лавочек. Во время балов здесь бывает весьма многолюдно и все лавочки неизменно заняты молодыми людьми, решившими перевести дух в перерывах между танцами. Как правило девицы сидят, а молодые люди стоят перед ними.