Лед, пламя и волшебство Нового года

– Ну, Кай, я тебя точно придушу, когда найду, – бормочу я, идя вперёд.
Шепот, похожий на лёгкое журчание, внезапно звучит в воздухе. ЧТО ЭТО?! Я резко останавливаюсь, но звуки не прекращаются. Они будто зовут меня дальше. Рука невольно касается ближайшей колонны, и я чувствую, как она подрагивает. Вау. Колонны тут вибрируют. Теперь я окончательно уверена: всё вокруг пропитано магией. А ещё это… чертовски страшно.
Иду еще быстрее. Спешу по коридору, проверяю двери, но все они заперты. Наконец, коридор заканчивается исполинскими ледяными дверями, и деваться больше некуда. Я делаю глубокий вдох и шагаю вперёд. Двери открываются сами, словно говорят: «Добро пожаловать». только вот куда и зачем?
Зал, в который я попадаю, огромный. Лёд, круглая форма, несколько других дверей и… он. В центре стоит Кай.
Хочется подбежать и высказать ему всё, что я думаю. Но ноги словно примерзли к полу. Он… изменился. Да, он всё ещё красив, но если раньше в его облике было что-то тёплое, почти человеческое, то теперь передо мной хищник. Лёд в его глазах больше не скрыт. Это взгляд человека, который знает, что ты от него зависишь.
– Ну, привет, снежный король, – пытаюсь пошутить, но голос звучит напряжённо. – Что это за цирк? Где я?
– Добро пожаловать, Анна, – его голос звучит мягко, но в нём чувствуется холод. – Ты в моём мире.
– В твоём мире? – я вскидываю брови. – Класс, просто мечта, – фыркаю я, не скрывая сарказма. – А теперь объясни, зачем ты меня сюда затащил? Или это твоя любимая забава: затаскивать девушек в ледяные дворцы? Тебе с Дедом Морозом не скучно?
Уголки его губ слегка поднимаются, но в этой улыбке больше угрозы, чем веселья.
– Ты слишком много говоришь.
– А ты слишком мало объясняешь, – парирую я, сжимая руки в кулаки, чтобы не выдать свой страх.
Кай делает шаг вперёд, и я невольно отступаю назад. В этот момент его взгляд становится ледяным, как и окружающий нас мир.
– Я привёл тебя сюда, чтобы показать, кто я на самом деле. И кто ты для меня.
– О, отлично. Я могу узнать это, не замерзая до смерти? – бросаю я, но внутри всё сжимается.
– Ты можешь уйти, – медленно произносит он, и на мгновение я начинаю надеяться. Но в следующую секунду он добавляет: – Только если полюбишь меня.
Я захожусь в нервном смехе.
– Полюбить тебя? Ты серьёзно? Мы знакомы два дня! Да ты не просто маньяк, ты маньяк помешанный на романтике!
– Анна, – он наклоняется ближе, и его ледяные глаза пронзают меня насквозь. – У тебя нет другого выхода.
Сердце замерло, а в горле пересохло. Всё вокруг словно замерло. Я начинаю понимать, что здесь всё совсем не шутки.
– Неужели ты думаешь, что можно влюбиться по расписанию или щелчку пальцев? – Я почти кричу, мои слова звучат остро, как лезвие ножа. В груди тяжело стучит сердце, а ярость разливается по телу, как пожар. Руки сжаты в кулаки, ногти врезаются в ладони, но это лишь усиливает моё ощущение контроля.
Кай стоит напротив, и его ледяной взгляд буквально пронзает меня насквозь. Это молчание раздражает больше любых слов, больше его обычного высокомерного тона. Его дыхание, холодное, будто утренний мороз, словно касается моей кожи, хотя между нами и приличное расстояние. Близость его фигуры вызывает во мне хаос: смесь ужаса, раздражения и… чего-то ещё.
– Тебе всё же стоит попытаться, – произносит он наконец, его голос звучит низко и плавно, как гул грозы перед бурей. Словно вкрадчивый хищник, он скользит ближе, не двигаясь с места. – Если, конечно, ты хочешь выжить.
Грозное предупреждение, спрятанное за спокойным тоном, обжигает, как ледяной огонь. Его слова впиваются в мой разум, но я отказываюсь дать слабину.
– И не подумаю! – выкрикиваю я, на грани взрыва эмоций. Гнев поднимается в груди, и кажется, что ещё чуть-чуть, и он вырвется наружу оглушающим вихрем. – Почему я должна отдать своё сердце такому, как ты?
Последние слова звучат как вызов, полный презрения, а голос дрожит от едва сдерживаемой злости. Я наблюдаю, как его лицо слегка дёрнулось, будто я ударила его наотмашь. Он тут же берёт себя в руки, но напряжение в его челюсти выдаёт скрытые эмоции.
  
– У тебя нет другого выхода, – его ледяной тон становится холоднее, а слова – ещё более чёткими.
– Ещё посмотрим, – я выпаливаю гордо и непримиримо, поднимая подбородок. – Чего бы мне это ни стоило, я выберусь отсюда. Я выберусь из твоего мира, Кай. Наши с тобой жизни слишком разные, а мы с тобой, как параллельные прямые, которые никогда не пересекутся. Понял?
Его глаза вспыхивают на мгновение, но он быстро возвращается к привычной холодности.
– Для человека, который даже не понимает, во что ввязался, ты слишком много говоришь.
– С меня хватит! Я ухожу! Прямо сейчас!
– Попробуй, – его голос звучит тихо, но угрожающе близко, словно он шепчет у самого моего уха.
Мгновенно оборачиваюсь, но вижу лишь пустоту. Как он оказался так близко далеко одновременно? Внутри меня нарастает паника, но я стараюсь её подавить.
Шаги отдаются эхом в зале. Я быстро иду к двери, высоко подняв голову, демонстрируя, что мне наплевать на его угрозы. Однако каждая клеточка моего тела напряжена, словно струна, готовая порваться.
Кай остаётся на месте, не двигаясь, его фигура словно вырезана изо льда. Я чувствую его взгляд, который буквально жжёт мою спину.
Но дверь – заперта.
Ощущение нарастающей паники пробирается под кожу, но я быстро мчусь к следующей двери, не позволяя себе расслабиться или поддаться грозящей истерике. И снова. И снова. Все они закрыты. Мои руки бьются о холодные стены и ручки. Шёпот замка нарастает, словно насмешка.
Неужели я заперта здесь навсегда?
Наконец мой взгляд цепляется за узкую арку в дальнем конце зала. Надежда вспыхивает, как яркий луч света, разгоняющий мрак. Я бросаюсь туда, словно бегу за спасением.
Тёмный коридор за аркой кажется бесконечным. Его стены шепчут, а воздух пропитан холодом и тревогой. Шёпот усиливается, переходя в нечто похожее на рёв – замок явно против того, чтобы я ушла.
Каждый шаг даётся с трудом. Ноги слабеют, и мир перед глазами начинает расплываться. Я падаю на одно колено, но из последних сил поднимаюсь. Только вперёд. Я не могу проиграть.
И вот, когда я уже почти ощущаю свободу, я снова оказываюсь в зале.
Кай всё ещё стоит на том же месте. Теперь на его лице играет улыбка. Холодная, надменная, она говорит о его превосходстве.
– Замок не выпустит тебя, пока ты не выполнишь моё требование, – его голос звучит твёрдо, но спокойно. – Так что прекрати свои бесполезные попытки. Лучше начни думать, как открыть своё сердце.
– Тебе и твоему проклятому замку не удастся меня сломить! – мои слова звучат как хриплый крик, но я стараюсь выглядеть твёрдой.
Его глаза вспыхивают, словно от моей дерзости ему становится ещё интереснее.
– У тебя не так много времени, Анна, – его голос становится более серьёзным. – Этот замок питается твоими эмоциями и энергией. Пока твоя сила ещё с тобой, тебе стоит задуматься, что для тебя важнее – свобода или… что-то большее.
И с этими словами он исчезает. Просто растворяется в воздухе, оставляя меня одну в круглом зале.
Я падаю на ледяной пол, ощущая, как холод проникает в каждую клетку моего тела. Слёзы подступают к горлу, но я не позволяю им вырваться. Я не сдамся. Замок хочет меня сломить, но я найду способ бороться выбраться отсюда.
– Ты не победишь меня, Кай. Никогда, – шепчу я себе под нос, обхватив руками колени.
Впереди похоже будет длинный день и столь же длинная ночь и отчаянная борьба с замком, который жаждет забрать мою силу.
Я брела по этому проклятому коридору, чувствуя, как холод впивается в меня иголками. Кажется, даже внутри все стало ледяным, будто замок решил поиграть в игру «как быстро мы заморозим человеческое существо». Всё, что я слышала, – это звук своих шагов и дрожь собственного дыхания. Вот только… шаги почему-то звучали громче и тяжелее положенного.