Защитник (ЛП)

— Да приятель, — Пейс хлопает меня в грудь. — Продолжай говорить себе, что она не твоя девушка, — Пейс дьявольски улыбается проходящей мимо VIP-официантке и заказывает два «Макаллена 18». — А теперь не обращай на меня внимания, пока я пойду сделаю себе бутерброд.
— Какого черта… — он уходит, прежде чем я заканчиваю вопрос, и какое-то время наблюдаю, как этот ублюдок делает именно то, что обещал, и скользит между Эверли Синклер и Линди. Моей, блять, Линди.
Официантка возвращается и протягивает мне два стакана, затем подходит ближе и хлопает длинными накладными ресницами.
— Могу ли я предложить вам что-нибудь еще, мистер Хейс?
Конечно, она меня узнала.
Быть профессиональным хоккеистом раньше имело свои преимущества.
Но уже нет.
Теперь это просто утомляет.
Теперь я просто хочу играть в хороший хоккей, и чтобы меня оставили в покое.
— Эй, можешь убрать свою вонючую задницу от моего брата, — Кензи движется передо мной, блокируя официантку, затем поворачивается и обнимает меня за шею. — Истон, — визжит она. — Я сильно скучала по тебе.
Я обнимаю младшую сестру и сжимаю ее.
— Привет, Кенз. Я тоже скучал по тебе.
Она отстраняется и бьет меня в грудь.
— Почему тебя освободили так поздно? Я думала, что проведу с тобой целый день. Я бы не полетела сюда только ради сегодняшнего вечера.
— Извини. Встреча с руководством команды, — не утруждаюсь добавлением ничего о торговом предложении. Макс Кингстон, генеральный менеджер и совладелец «Филадельфия Революция», который также является старшим братом Линди, возможно, когда-нибудь расскажет ей об этом, но не хочу видеть разочарование на ее лице, если она услышит это от меня.
Кингстоны любят заботиться друг о друге, и, к счастью, они заявили права на нас с Кензи, когда наша мама умерла более десяти лет назад, и кузина Джульетта стала нашим законным опекуном. Месяц спустя она вышла замуж за Бекета Кингстона, и с тех пор эта семья заявляет на нас свои права.
По крайней мере, большинство из них.
Я еще раз напоминаю себе, что Линди под запретом.
Она всегда была такой. Она всегда будет.
Снова смотрю на Линди и мои глаза накрывает красная пелена от злости.
Она смеется над чем-то, что Пейс шепчет ей на ухо.
Подонок.
Я могу чувствовать, что она моя, но эта девушка заслуживает большего.
Пьянство под солнцем
Кажется, дневное распитие алкоголя и загорание на солнышке сегодня сделали наших девочек послушными. Но будьте уверены: этот репортер знает из достоверных источников, что сегодня вечером они собираются в клуб. И мы все знаем, как эти девушки любят вечеринки. Оставайтесь с нами, ребята.
#ХроникиКройдона
Глава 2
Линди
— Разве люди обычно не празднуют двадцать один год в Вегасе, малышка Кингстон? — горячее дыхание Пейса щекочет мое ухо.
— Брось эту штуку с малышкой Кингстон, Пейс, — смеюсь и отталкиваю его назад.
— Ты опоздала на два года, не так ли? — он разворачивает меня лицом к себе, и я ловлю подмигивание Эверли через его плечо.
— Это спрашивает друг или мой бывший агент? — я дразню.
— К черту бывшего, — говорит он и хватает меня за руку. — Ты мой любимый золотой медалист, Линди. Если ты действительно уверена, что больше не хочешь соревноваться, есть и другие варианты. Ты получила предложение, которое я отправил тебе от ESPN? Они хотят тебя, малышка…
Я смотрю на него, и он останавливается, прежде чем использовать это дурацкое прозвище.
— Я на пенсии, Пейс. В какой-то момент вам с Эндрю придется это принять, — наклоняюсь и целую его в щеку, затем смотрю на лучшую подругу и шепчу: — Теперь повеселись сегодня вечером, но не разбивай никому сердце, хорошо? — слегка подтолкнув его к Эверли, я отступаю назад.
— Я здесь не сердцеед, Кингстон.
Бринли хватает меня за руку и тянет за собой к столу, где сидят Мэддокс и Каллен, широко расставив ноги, занимая как можно больше места. Две девушки сидят по обе стороны от Каллена, а еще одна сидит на коленях у Мэддокса.
 
— Серьезно… — Бринли хватает бутылку шампанского из ведра со льдом, и делает большой глоток, прежде чем наполнить оба наших бокала. Шампанское льется через край, когда она указывает на Каллена и Мэддокса. — Вы двое выглядите так, будто вас отделяет один шаг от действительно плохой ночи, — говорит она ребятам, и я давлюсь шампанским.
Грейси подходит к Брин и поднимает стакан, чтобы наполнить его, затем смотрит на парней и морщит лицо.
— Они оба выглядят так, будто им осталась одна ночь до укола пенициллина.
Я хихикаю.
— Я не знаю. Мэддокс мог бы разрядить эту атмосферу своей татуировкой Майка Тайсона, — поддразниваю я. — Но при этом не потерять Дага. Понятно?
Брин хихикает и отпивает еще шампанского.
— Я почти уверена, что ты будешь этим Дагом, Линди.
Думаю, это делает меня скучной.
— Я могла бы быть и хуже, — пожимаю плечами, и Чарльз, стоящий в нескольких футах позади нас, ловит мой взгляд. Его толстые руки скрещены на еще более толстой груди. Он не вписывается сюда. Больше похож на кричащего телохранителя. Он смотрит на меня с предупреждением, и я отворачиваюсь.
Все равно.
Сегодняшний вечер для девочек, и я собираюсь игнорировать свою «няню» и развлекаться настолько, насколько смогу в оставшиеся часы.
Я поднимаю свой бокал и стучу им по бокалам Бринли и Грейси.
— Ваше здоровье, девочки.
— Твое здоровье, — они отвечают, и я не могу сдержать улыбку, расползающуюся по лицу, когда Кензи подходит к столу вместе с Истоном. Он выглядит… лучше, чем хорошо. Он выглядит невероятно. Истон — крупный парень ростом не менее шести футов четырех дюймов (примерно 193 см), с широкими плечами и толстой грудью, сужающейся к тонкой талии. Он заставляет Чарльза выглядеть маленьким на его фоне.
Он невероятно аппетитен и знает об этом. И когда он улыбается мне, я немного таю внутри.
Без колебаний обхожу Кензи и подхожу к Истону.
Он медленно обнимает меня, и я прячу лицо у него на груди.
Я никогда не чувствую такой безопасности, как когда он рядом.
— Эй, принцесса. С днем рождения, — шепчет он, и холодок пробегает по спине, пока я вдыхаю его запах. Этот мужчина…
Я ничего не говорю.
Я не могу.
Я просто наслаждаюсь моментом таким, какой он есть, зная, что он слишком скоро закончится. И, как во сне, от которого ты просыпаешься, не дойдя до хороших моментов, Истон отстраняется и обнимает Мэддокса и Каллена, а Пейс и Эверли присоединяются к нам. Официантка приносит еще порцию шотов, затем протягивает Мэддоксу бутылку дорогой текилы и говорит, что она за счет заведения, прежде чем улыбнуться и уйти. К счастью для нее, она движется быстро, потому что девушка на коленях у Мэддокса выглядит так, будто у нее есть когти, и она не боится ими пользоваться.
Кензи и Бринли раздают шоты, прежде чем Эверли поднимает свой высоко в воздух.
— С днем рождения, Линди.
— С днем рождения, Линди, — повторяют наши друзья, и на мгновение я ловлю взгляд Истона, прежде чем загадываю желание и проглатываю свою порцию.
Грейси берет меня за руку и выводит на танцпол, пока из динамиков играет «In Da Club» группы «5 °Cent», а диджей объявляет:
— Эта песня для именинницы, Линди.
Грейси держит мою руку высоко над головой, девочки присоединяются к нам, и мы теряемся в музыке. Мы двигаемся вместе легко, смеясь и улыбаясь. Руки блуждают. Чувствуем взгляды и не волнуемся, потому что Чарльз здесь. Как и Мэддокс. Он сам по себе задира, даже если мы никогда об этом не говорим. Но на меня смотрит другая пара глаз, которые прожигают до глубины души.
Я добавляю дополнительное раскачивание и подпрыгивание, которое может быть предназначено только для Истона, но к черту это. У меня день рождения, и мне все равно. Возможно, это говорят за меня выпитые шоты. Ну и ладно.