Невеста Василиска, или Любимая Чаровница короля

Бывает. И хотя это не тот случай, но я готова применить его к себе. Я уже почти повинно опустила голову, решив намекнуть на свою вину, но не признавать её прямо – ведь в этом случае может последовать наказание жёстче, чем без доказательств.
Но меня опередил Эмиль.
– Разве? Я вот видел, что кальян упал с четвёртого этажа. Неужели зрение короля может подвести? Кто-то сомневается в этом? – спросил Эмиль и встретился со мной взглядом, в котором было море ехидства.
Что?! Он меня защищает? Но зачем? Решил использовать в своих целях?
– Как можно, ваше величество, – раздалось от придворных.
– Вот и чудесно, – улыбнулся Эмиль. – Ваше высочество, думаю, нам с вами тут делать нечего. Быть может, прогуляемся по саду, оставив заботу об Асель на мэтра Ояда?
Я растерянно кивнула. Целитель заточил фаворитку в лечебный кокон и увлёк в целительское крыло для дальнейшего обследования. Внезапно на моё запястье легла чья-то рука. Я вздрогнула и обернулась, встретившись с хищным прищуром глаз его величества.
– Позвольте поговорить с вами, ваше высочество.
Не дав мне ответить, он потащил вперёд. Со стороны это не выглядело чем-то необычным, просто король ведёт на прогулку прекрасную невесту. Но вот чувствовала – василиск наслаждается. И ни капельки ему не жалко свою фаворитку, более того – у него приподнятое настроение. Что же его так развеселило?
Мы прошли к кипарисовой роще – здесь под сенью деревьев было не так жарко, и я присела на окрашенную белым лавку, думая о жучке. Предатель! Подставщик!
– Оправдываться не буду, так и знайте.
– Я не собираюсь слушать оправдания, – хмыкнул Эмиль.
– Потому что не поверите ни одному моему слову?
– Потому что не нуждаюсь в пустословии, – покачал головой король. – Я всё видел.
Я приоткрыла рот. Видел, как кальян летит из моего окна? Почему тогда заступился?
– Я так понимаю, ваши слова – это расторжение помолвки?
– Расторжение? – вскинул брови Эмиль и наклонился ко мне. – Вы думаете, что что-то может расторгнуть эту помолвку? Слишком многое поставлено на карту. Разве отец не рассказал вам о цене?
Разумеется, нет. И герцог Фарильский тоже. Может, его светлость сам ни о чём не знает?
Что же такое стоит на кону, что он не может от меня избавиться?
– А как же завтрашние испытания? Я ведь могу провалиться! Тогда помолвку придётся расторгнуть.
– Не волнуйтесь, вам не удастся.
– Расторгнуть? – с огорчением уточнила я.
– Провалиться, – хмыкнул Эмиль. – Придворный целитель работает на меня, потому даже если вы уже не девственница – испытание на чистоту тела вы пройдёте. А чистота души – тут судьёй буду выступать я, поэтому, даже если ваши ответы окажутся максимально скабрезными и отвратительными, вы… всё равно пройдёте. Скажу, что обожаю пошлость.
Надо же, всё учел! Зар-р-раза! Вот слушаю его и не знаю, что делать. Восхищаться или ругаться?
– И в других испытаниях я тоже буду говорить, что просто восхищён вами, – добавил Эмиль.
Шевие нашахар! Он серьёзно настроен сделать меня своей невестой.
– Значит, эту помолвку нельзя разрушить? – спросила я.
– Я слышу в вашем голосе сожаление? Что с вами, ваше высочество? Не вы ли так радовались наличию своего великолепного жениха? – улыбнулся мужчина.
И посмотрел так, словно… словно я была интереснейшей загадкой, которую мужчина хочет разгадать. Причём разгадать в кратчайшие сроки, независимо от того, захочу ли я разгадываться.
Как он сказал, на кону – слишком многое. Вот только что же? Нужно выяснить это в ближайшее время, иначе сбежать так просто не удастся!
– С чего вы взяли, что я радовалась? – хмыкнула я.
– Вы меня удивляете. Пытаетесь разжечь мой интерес, сделав вид, что не хотите за меня замуж?
– Мимо, – улыбнулась я.
Мы смотрели друг на друга неотрывно. И с каждой секундой меня всё больше затягивали эти бесконечно-тёмные омуты… Так, что-то не то! Не таких отношений я хотела между нами. Что-то невыносимо влекло к этому невозможному василиску, но это против правил!
– Кхм, – внезапно кашлянул король. – Эта скамья недавно окрашена… Забыл вам сказать.
 
Я опустила взгляд и… выругалась на шейхинском. Вот почему если не везёт, то не везёт по-крупному? Король приоткрыл рот, а я, опомнившись, захлопнула свой.
– Оказывается, вы знаете ещё ругательства, помимо тех, что уже озвучивали ранее. Надо же… как глубоко вы изучили наш язык.
Он даже не представляет себе, насколько. Иногда Горт такие выражения заворачивал, что даже у меня уши в трубочку скручивались. А как Шах на своих пажей ругался, это вообще не передать!
Однако я же сейчас принцесса, поэтому покраснела с головы до ног. Держи себя в руках, Альмира! А ведь судя по взгляду короля – он прекрасно помнил о том, что скамья окрашена, но не сказал специально – хотел увидеть мою реакцию. И, кажется, реакция ему понравилась. Неужели он сторонник матерной речи?
– Простите, – пискнула я, поднимаясь со скамьи и оглядывая подол платья в белую полоску.
– И всё-таки вы удивительная принцесса, – произнёс Эмиль и склонил голову набок. – Кто вас учил шейхинскому?
Кхм, сначала старый матрос, который подрабатывал у Шаха. Я не знала своей родины, лишь по внешним признакам – светлой коже и светлым волосам – могла предположить, что не местная.
Матрос был образованным и умным, а ещё – отличным учителем. Он быстро научил меня грамоте, вот только в перерывах, если у меня не получалось, ругался так смачно, что некоторые выражения откладывались в памяти лучше основных уроков.
Так что да, Эмиль Великолепный ещё не представляет, насколько глубоко я знаю шейхинский.
Потом, конечно, мадам Эрвие пыталась избавить меня от некоторых оборотов, но было уже слишком поздно.
– Теперь, когда мы стали ближе друг к другу благодаря особенностям вашего языка, – прочистив горло, обратилась я к его величеству, – могу ли я узнать, почему вы заступились за меня? Не хотите, чтобы тень пала на вашу невесту? Решили чёрное сделать белым лишь по своему приказу?
– Вы плохо знаете меня, милая Вайлет. Я вовсе не склонен обелять или очернять человека. Я смотрю глубже и вижу суть вещей. Я знаю, что Асель приходила к вам и знаю, насколько она умеет быть раздражающей. Я бы даже мог поверить, что вы скинули кальян ей на голову, если бы…
– Если бы?
– Если бы не видел, откуда этот кальян.
Я распахнула глаза. Эмиль улыбнулся, едва сдерживая смешок.
– Интересные с вами прибыли друзья, Вайлет. Вы всё больше меня интригуете. Ваш… друг проник в мои покои, забрал мой любимый кальян и… нагло решил его экспроприировать. Я шёл за ним, с интересом наблюдая за потугами жука, даже помогал ему левитацией – слишком интересно было, кто притащил это насекомое, хотя возникла догадка насчёт вас.
– Этого не может быть, – пробормотала я, покраснев ещё больше. – Он действительно стащил кальян именно у вас?
– Не перестаю удивляться вашему разговору, – хмыкнул мужчина и кивнул. – Когда он долетел до вашего окна, я снял своё заклинание, думая, что он уже поставил кальян на подоконник. Но насекомое оказалось менее ловким, чем я предполагал. Так что, если быть точным, кальян на леди Асель скинул…
– Скинули вы! – закончила я за него, охнув от удивления, и вдруг рассмеялась. – Ваше величество, так вы защищали вовсе не меня, а себя? Ах, как забавно! Ни за что бы не поверила, что вы решите избавиться от своей фаворитки подобным образом.
Мужчина улыбнулся в ответ.
– Увы, все не безгрешны.
– Неужели она настолько не устраивала вас в постели? – ужаснулась я. – Какой пассаж! Она умрёт от ужаса, если узнает об этом.
– Но вы ведь ей это не скажете? – наклонившись ко мне, заговорщицки спросил монарх.
Я застыла. Король оказался слишком близко. Его глаза… такие завораживающие, что я смотрела в них и чувствовала, как теряюсь. Захотелось облизать губы, и я не сдержалась – кончик языка прошёлся сначала по нижней, а затем по верхней, смачивая пересохшую кожу.