В плену желаний (СИ)

Почувствовав его в себе, Таня забыла, как дышать. Первые плавные движения сразу сменились жесткими рваными толчками. Дымов имел ее грубо, рьяно вдалбливаясь в стройные бедра, срывая громкие надрывные стоны, переходящие в настоящие крики. Он причинял сладкую боль, такую, от которой сносило крышу. Куликова царапала стену ногтями, кусала губы и выгибалась, как кошка, под властными мужскими руками.
Обняв ее за талию, Стас надавил пальцами на клитор, чтобы усилить, обострить все ее ощущения. Голова резко закружилась, и она чуть не потеряла сознание. Закатив глаза, нервно вдохнула и задержала воздух в легких. Ураган бешеной, дикой страсти поднял ее до небес, и бурный оргазм охватил все тело крупной дрожью.
Совершив еще несколько выверенных движений, Дымов выскользнул из ее узкого лона и, стиснув зубы, излился на ягодицы. Немного отдышавшись, развернул Таню к себе, вовлекая в тягучий поцелуй.
Московская область. БО «Васильки»
Ирина сидела на своей кровати и что-то увлеченно читала, когда Инга вошла в комнату.
— Почему ты меня не дождалась? — спросила она.
— Так получилось, — загадочно улыбнувшись, отозвалась Ира, предполагая, что ее стычка с Кариной не осталась незамеченной.
— Ну да, ну да, мне уже рассказали, — Томилина не разделяла веселья подруги. Она присела на край кровати и совершенно серьезно поинтересовалась: — Не боишься?
— Нет, пусть поучится элементарной вежливости, — так же серьезно ответила Романова. — Я что, не права?
— Права, конечно, — согласилась Инга. — Но Карина не простит такого унижения.
— А я не нуждаюсь в ее прощении, — раздраженно выпалила Ирина. Ей не нравилось, что перед Базановой все пресмыкаются и терпят от нее всяческие унижения, потому что она возомнила себя королевой.
— Ну ладно, тебе виднее. Как самочувствие?
— Да все со мной хорошо… У тебя как все прошло?
— Что — все?
— Ну эта ваша встреча у Громова в комнате.
— Нормально все, — отмахнулась Томилина, но, заметив сосредоточенное лицо подруги, насмешливо произнесла: — Ирка, только не говори, что ты ревнуешь!
— Я? С чего бы? — возмутилась Романова и, поняв, что Инга не верит, продолжила: — Ну, правда, нет, какая мне разница, с кем спит этот мудак…
— Вот сейчас очень обидно было, — проговорила девушка и отвернулась к окну.
— Инга, прости, — Ирина накрыла ее руку своей. — Не знаю, что на меня нашло, я не хотела тебя обидеть.
— Ладно, проехали, но в любом случае ничего не было, мы просто разговаривали, — честно призналась Томилина.
— О чем?
— Я не могу рассказать, — виновато ответила она.
— Тебе не кажется, что если это касается меня, то я имею право знать?
— Прости, но тебя это никак не касается…
— Что? — удивленно переспросила Ира.
— Я говорю, наш разговор тебя никак не касался, — улыбнувшись, пояснила Инга.
— Ой, не хочешь — не говори, — нервно воскликнула Романова и, встав с кровати, подошла к окну. Что с ней творилось? Ревность, обида или простое женское любопытство? Ей очень хотелось узнать, что происходило за закрытой дверью комнаты Тимура.
— Ир, да что ты обижаешься, как маленькая, я обещала не говорить, — Томилина не понимала, почему Ирина так себя ведет, и пыталась как-то оправдаться, но подруга была не расположена к диалогу.
— Да ничего я не обижаюсь, пойду лучше к Юле схожу за таблетками, — сказала она и направилась к двери.
— Не пропадай, — крикнула ей вслед Инга, но Ира ее уже не слышала.
  
Глава 33
 
Москва
Вера больше не могла оставаться в той квартире, в той угнетающей атмосфере, насквозь пропитанной болью воспоминаний. Невозможно двигаться дальше, не избавившись от тяжкого груза прошлой жизни, это просто бег на месте. Меняться Смирнова решила кардинально. Собрав вещи в тот же вечер, она сняла номер в гостинице и вплотную занялась поиском нового жилья.
К счастью, результаты собеседования сообщили практически сразу, и наконец появилась какая-то ясность — Веру приняли на работу в одну крупную московскую компанию на должность дизайнера. Она зарекомендовала себя как отличного специалиста, хорошо разбирающегося во всех тонкостях этой профессии, но самое главное — Вера очень любила свое дело.
 
Чтобы избежать неприятных сюрпризов, она обратилась в агентство, и уже на сегодня была запланирована первая встреча с риелтором. Более-менее освоившись на рабочем месте, Смирнова пораньше ушла на обед и приехала на просмотр квартиры.
— Добрый день! — поприветствовала ее девушка, ждавшая возле подъезда. — Вера, верно?
— Да, здравствуйте.
— Меня зовут Кристина, я звонила вам по поводу квартиры сегодня утром. Пойдемте смотреть?
— Да, конечно, пойдемте, — воодушевленно ответила Вера и радостно улыбнулась в предвкушении.
Войдя в прихожую, она осмотрелась и, не разуваясь, проследовала за Кристиной в гостиную.
— Просторная комната, кожаный диван, плазменный телевизор, шкаф, — риелтор перечисляла все плюсы этой квартиры, но Смирнова ее практически не слушала.
Она сразу направилась к окну, раздернула шторы, и яркий дневной свет озарил комнату. Распахнув створку, Вера впустила свежий летний ветерок и, щурясь на солнце, смотрела куда-то вдаль. Теперь она была убеждена — это начало новой жизни.
— Мне подходит этот вариант.
— Давайте еще посмотрим кухню и санузел, и тогда вы примите окончательное решение, — предложила Кристина.
— Хорошо.
Закончив просмотр, они договорились встретиться завтра в агентстве, чтобы оформить документы и обговорить все детали сделки.
В офис Вера вернулась с небольшим опозданием, но начальство ее отсутствие не заметило. Довольная и счастливая, она села в свое собственное кресло и открыла папку с новым проектом. Больше месяца не занималась разработкой дизайнов и только сейчас, погрузившись в работу, поняла, как соскучилась по любимому делу.
Посторонние мысли уже не посещали ее, Смирнова была настроена оптимистично, и ей с легкостью удавалось контролировать свои эмоции. «Не оглядываться назад, не топтаться на месте, идти только вперед и ни в коем случае не думать о плохом», — такую установку дала себе Вера, и пока что у нее получалось действовать по плану. Но насколько хватит этого заряда бодрости, она не знала.
Отложив папку в сторону, Смирнова взяла лист бумаги и карандаш и начала делать набросок.
Москва. Кафе «Звезда»
Добравшись до Москвы без пробок, Дымов приехал чуть раньше назначенного времени. Сделал заказ и откинулся на спинку стула, устремив взгляд на входную дверь. День начался как нельзя лучше: проснулся рядом с желанной женщиной, занялся с ней потрясающим сексом и вкусно поел. На работе он планировал появиться только после обеда, а свое утренние отсутствие прикрыть деловой встречей с начальством. Зимина просила не приезжать в Управление и выбрала место сама.
Стоило Стасу лишь подумать об Елене, как она сразу вошла в зал и направилась к его столику.
— Опаздываешь? — спросил он вместо приветствия, когда Лена опустилась на стул напротив.
— Ну я же все-таки женщина, мне по статусу положено, — ответила она, игриво вскинув бровь, и улыбнулась.
— Ты не женщина, а полковник юстиции, причем при исполнении, — съязвил Дымов, опершись руками на стол.
— Тогда почему ты не отдал честь старшему по званию? — Зимина не обижалась на подобные шутки, давно привыкла к Дымовскому юмору и даже скучала по нему, вспоминая то время, когда они работали в одном отделе.
— Она мне нужнее, — парировал Стас. — Я тебе кофе заказал, с молоком и без сахара, как ты любишь.
 
— Надо же, помнишь, — отметила Елена. — Заботливый какой.
— Я все про тебя помню, Зиминух.
Дымову тоже часто не хватало той атмосферы, которая сложилась за долгие годы службы в «Гагаринском». Они хорошо изучили друг друга, знали наизусть коронные фразочки, но, тем не менее, обмен любезностями, ставший уже доброй традицией, все так же доставлял удовольствие им обоим.