Идеальный дуэт. Кода

Я сделал нерешительный шаг вперед. Затем еще один.
И еще.
Бу-бух. Бу-бух. Бу-бух.
Гулкие удары моего сердца были оглушительны в мучительной тишине раскинувшегося передо мной дома. Стены смеялись надо мной своими витиеватыми обоями в цветочек. Тени смотрели, как я брожу из комнаты в комнату.
– Бет…
Черт побери, ответь мне!
Когда я добрался до кухни, мой взгляд упал на кровавый отпечаток ладони, смазанно вырисовывавшийся на гранитной столешнице кухонного острова.
  
– Нет… черт… – Я поднял глаза выше и увидел такое же кровавое пятно, обхватившее косяк проема, ведущего в смежную комнату. Мое тело балансировало между тем, чтобы впасть в полный ступор, и тем, чтобы со всех ног побежать в лежащую впереди комнату. Я опустил глаза и обнаружил дорожку крови, запятнавшую паркетный пол. Желудок сжался. Мне в жизни не было так страшно.
– Бет.
Она не ответила.
Когда я наконец дал своим конечностям разрешение двигаться, то подался вперед и поскользнулся на размазанной крови, мои ботинки протестующе скрипнули. Я восстановил равновесие, шагнув в смежную комнату, и моя рука приземлилась на кровавый отпечаток ладони.
Тогда я и увидел ее.
Ее ноги торчали из-за деревянного обеденного стола. Рядом с ней лежал опрокинутый стул, одна из ее туфель на шпильке под странным углом лежала возле ее лодыжки. Ее мобильник выпал из ее руки, экран треснул и покрылся мелкими брызгами крови.
Я не мог этого осознать. Я даже не мог дышать.
Моя жена лежала в луже крови, ее любимый брючный костюм был покрыт дырками от ножа и пропитан пятнами крови.
Я не помню, чтобы я шевелился, но вдруг обнаружил, что стою на коленях рядом с безжизненным телом женщины, которую я любил, прижимая ее обмякшую руку к лицу. Из меня вырвался утробный рев, что-то кошмарное, что впиталось в смеющиеся стены и выжгло себя в самих костях этого стерильного дома. Всякий, кто сюда войдет, почувствует эту боль.
Мою боль.
Тени продолжали смотреть, как я сгребаю Бет в объятия и утыкаюсь лицом в ее пропитавшиеся кровью волосы. Она была холодной. Она была неподвижной.
Она была мертвой.
Ничего теперь не будет так, как раньше…
 
Глава 2
 
Челси
Я сидела в своем офисе и вводила в систему информацию о пациентке, когда в дверь ворвалась Энн. Ее темно-каштановое каре подскакивало, пока она подпрыгивала вверх и вниз на обеих ногах с совершенно безумным взглядом.
– Челс, ты должна пойти посмотреть!
Оторвав глаза от ноутбука, я нахмурилась, мои очки для чтения примостились у меня на переносице.
– Все в порядке?
– Просто… доверься мне. Быстрей!
Энн мелодраматично замахала рукой, ее ореховые глаза умоляли меня пойти с ней. Я закусила зубами нижнюю губу, мой взгляд переходил с сияющего экрана компьютера на мою взволнованную подругу и обратно. Должно быть, дело серьезное, так что я встала со своего вращающегося кресла и поправила лямки горчичного топика.
– Ну ладно, я иду.
– В приемную. – Энн жестом велела мне выходить за дверь, ее сарафан вихрем обернулся вокруг коленей.
Вслед за бойкой брюнеткой я вышла из офиса, и мы направились к главному входу. Четверг был загруженный. Подступали дедлайны, на следующей неделе в приют поступало множество новых пациенток, а через три часа должна была прийти зарплата. Пока мы быстрым шагом шли по коридору, мимо нас проносились сотрудники, и я принялась гадать, чем же вызвана эта суматоха.
– Энн, что происходит?
Энн схватила меня за запястье и протащила остаток пути.
– Ты должна это увидеть.
Когда мы завернули за угол, открылось невероятное зрелище.
Джон стоял на одном колене перед потрясенной Мэгги. Ее ладонь была прижата ко рту.
Ох, чтоб меня.
– …И теперь, когда я это сказал, мне бы больше всего на свете хотелось, чтобы ты стала моей женой. Ты выйдешь за меня, Мэгги Милз?
– Да!
Джон вскочил на ноги, и свежеобручившаяся пара схлестнулась в эмоциональных объятиях. Со стороны любопытных зрителей раздался рев аплодисментов. Я хлопала в ладоши, губы расплылись в улыбке. Я была рада за своих друзей. Они встречались уже год, и любовь у них была такая, какую можно увидеть в слащавом любовном романе или на канале Hallmark. Были и пикники под ивой во время обеденных перерывов, и поцелуи украдкой в коридорах, и свежие цветы, доставлявшиеся в качестве особенного сюрприза по меньшей мере дважды в месяц.
Я была рада за них. Правда.
А еще немного завидовала.
Как может двум людям быть так легко любить друг друга? А где же боль и разбитое сердце? Где драматичные хлопанья дверями и пылкие слова? Как же у них это получается так… просто?
Как-то днем я согласилась на уговоры Джона попить с ним кофе. Это было через несколько недель после того, как я вернулась из Нью-Йорка после поминок по Девону. Он был очень настойчив, но в очаровательном смысле, и я ощутила, что готова попытаться начать новые отношения. По меньшей мере, я была готова открыть свой разум такой возможности.
Мы мило побеседовали, немного посмеялись, и Джон оказался настоящим джентльменом. Я решила сходить с ним еще на несколько свиданий, чтобы прощупать почву. Было приятно. Джон был приятным. Джон был всем тем, что я искала в мужчине. Он страстно рвался помогать людям, и он лучше всех на свете умел слушать. Он был по-своему красив с его хрустально-голубыми глазами и долговязым телом, но… был у него один существенный недостаток.
Джон не был Ноа.
Однажды вечером я разрешила ему меня поцеловать. Это был мой первый поцелуй больше чем за три года, и я помню, как сидела на его кожаном диванчике с вспотевшими ладонями и отчаянно колотящимся сердцем. Мои внутренности скрутило от нервов и волнения.
Поцелуй вышел неловкий, какое-то месиво мельтешащих рук и трусливых языков. На вкус Джон был как церковь воскресным утром.
Когда он попытался перевести наши неумелые обжимания на следующий уровень, я запаниковала.
– Мне… мне так жаль, Джон. Кажется, я не могу это сделать.
Джон отстранился, облизнув губы и задержав дыхание.
– Я сделал что-то не так?
– Наверное, я просто еще не готова. Дело не в тебе, – сказала я ему.
А только в том, кто ты такой. Или… кем ты не являешься.
И вот так все вернулось к нашей околонормальной рутине. Джон стыдливо вжимал голову в плечи, когда мы пересекались на работе. В конце концов нашим консультантом заинтересовалась Мэгги, и я предложила им сходить на свидание.
– Я не могу, Челси. Это против девичьего кодекса, – упиралась Мэгги.
– Чушь, – отмахнулась я. – У нас с Джоном не было ничего серьезного. А из вас двоих выйдет милая парочка.
Перематываем на год вперед – и вот они. Джон и Мэгги были обручены.
Это было разом сладко и горько.
– Боже, они даже слаще, чем те домашние брауни в комнате отдыха, – сказала Энн, хлопнув в ладоши и вскинув кулак в воздух с громким «Вуууу!». – Ты молодец, что тогда свела этих двоих.
Мои губы сжались в тонкую линию. Наверное, я и правда молодец.
Наверное, у меня гораздо лучше получалось устраивать счастливый конец для других людей, чем для себя самой.
– Они идеально друг другу подходят, – пробормотала я.
Томас, один из инструкторов по плаванию, подкрался ко мне сзади и схватил за плечи. Я вздрогнула и развернулась к нему лицом.
– Ты меня напугал, – отчитала его я, хотя на губах играла призрачная улыбка. Томас выглядел как парень с плаката в духе «высокий, темноволосый и красивый». У него были черные волосы и загорелая кожа, а еще такой сказочный британский акцент, что все женщины-сотрудницы дружно по нему вздыхали.
  
– Прости, красавица. Не хотел тебя злить.
Он сверкнул в мою сторону своей жемчужной улыбкой, пока я стояла и наматывала на указательный палец прядь золотистых волос. Можете считать меня одной их тех сотрудниц.