Последний Завет

Во время медленного поворота Натан услышал, как открылись двери лифта. Инстинктивно он прикрыл Джесси. Вошел человек лет шестидесяти – костюм в клетку, пояс со множеством карманов, и доброжелательное, гладкое и розовое лицо; очевидно, он только что побрился. Он направился прямиком к ним. Помятая одежда, спущенный галстук, на шерстяном жилете крошки – все это свидетельствовало, что он провел несколько часов в кресле самолета. Его пиджак слегка вздувался там, где полагалось быть кобуре. Натан понял, что перед ним Эндрю Смит, еще до того, как тот представился. Уж не принял ли тот его за Боумана? Он мысленно усмехнулся, стоя перед единственным человеком, который за последние два дня искал встречи с Клайдом.
– Здравствуйте, мистер Смит.
– А где Боуман? – первым делом спросил вошедший, пожимая руку Натану.
– Убит.
– Убит?
– Он один из двух убитых в Фэрбэнксе, чьи фамилии полиция до сих пор не сообщила.
– А второй, я полагаю, Шомон?
– Вы работали с Боуманом?
– А вы заменяете его?
– Можно сказать и так.
– И вкалываете вместе со своими детьми?
– Что поделать, школьные каникулы.
– Вот дерьмо! И кто мог подумать, что все так пойдет?
– Говорить «дерьмо» некрасиво, – сделала ему замечание Джесси.
– Ты права, девочка. Я учту.
– ФБР уполномочило меня расследовать убийство агента Боумана, – сказал Натан. – Что же касается детей, они к этому делу не имеют никакого отношения.
Смит тоже объяснил свое участие. Он отставной полицейский из Анкориджа, и Клайд привлек его к поискам Шомона.
– Что же получается, Боуман идет по следу Шомона уже целый год? – удивился Натан.
– Вы, похоже, плохо знакомы с досье.
– В досье ФБР о Шомоне не упоминается. Боуман искал его по собственной инициативе. Почему?
– Чего не знаю, того не знаю. Я просто добровольно помогал ему.
– Почему?
– Вас что, заклинило на «почему»?
– Слушаю вас.
– Из любви к профессии и к истине. Ну и ради известности. Шомон – это вам не первый встречный. А потом, понимаете, перед вами отставной коп, который не любит ни телевизор, ни рыбалку. Он рискует превратиться в неврастеника. Так что год назад, когда Боуман предложил мне поработать с ним, я тут же согласился. Он возмещал мне издержки на поездки, а у меня было занятие.
– Это вы отыскали тело Шомона?
– Нет, Боуман. У вашего коллеги был собачий нюх! Исходя из тех деталей, что я собрал, он восстановил маршрут, по которому направился Шомон, покинув базовый лагерь. Боуман нечасто появлялся на Аляске, но когда оказался на месте, то дело пошло очень быстро. За десять дней он наконец нашел тело Шомона, находящееся под метровым слоем льда. Оно не было повреждено. Его тут же на вертолете перевезли в Фэрбэнкс в госпиталь, никого не ставя в известность. По какой причине? Не знаю. Боуман был не слишком разговорчив.
– Но какое-то мнение у вас все-таки было?
– Он явно задумал оживить француза. Двое ученых, которых там прикончили, как раз занимались чем-то вроде того. Вы думаете, это могло получиться?
– Нехорошо играть с мертвыми.
– На севере Китая есть племя, которое каждое воскресенье выкапывает своих покойников, чтобы сразиться с ними в го. И знаете что? В большинстве случаев выигрывают мертвецы. Так что не говорите мне, что с мертвыми нельзя играть.
Наступило тяжелое молчание. Смит наслаждался произведенным эффектом. Он любил рассказывать неправдоподобные истории, чтобы ошарашить собеседника и заставить его замолчать.
– Почему вы продолжаете расследование в Барроу? Ведь вы уже нашли Шомона? – спросил Натан.
– Боуман хотел точно знать, что с ним произошло.
– Он считал, что это был не несчастный случай?
– Думаю, у него была какая-то идея на этот счет, но какая точно, я не знаю.
– Что вы собираетесь делать?
– Во-первых, помочь правосудию и, быть может, устроить себе каникулы на солнышке. Эта дерьмовая пурга действует мне на нервную систему. Ой, девочка, извини, вырвалось нечаянно.
– Клайд, я хочу в туалет.
– Вы и ее тоже заставили поверить, будто вы Клайд Боуман?
 
– Мое имя не имеет никакого значения.
– Вижу, старина, вы не слишком открытый человек. Кстати, запомните, на свете нет ничего хуже полиции Фэрбэнкса.
– Что вы имеете в виду?
– Тамошний начальник полиции Малланд продажен, как последняя шлюха. Чтобы добиться правды, придется самому вести расследование.
– Клайд, я больше не могу терпеть, – раздался голос Джесси.
Натан отвел девочку в уборную и заказал два гамбургера с картофелем фри, пирожные, кофе и тройной виски. Под пиджаком Смита зазвенел телефон, и он извлек его из кобуры. Он поднес его к уху и в тот же миг приземлился в нескольких метрах от своего стула под тележкой для десерта. Это Томми врезал ему. Он стоял покрасневший, с боевым видом. Натан велел Джесси утихомирить Томми и пошел посмотреть, в каком состоянии отставной коп.
– Томми ненавидит, когда звонит мобильный телефон, – объяснила девочка.
А Томми снова сел и как ни в чем не бывало принялся горстями уплетать картофель фри. Прибежала встревоженная официантка. Натан успокоил ее, помог Смиту подняться, усадил его на стул и извинился.
– Ничего страшного, перезвонят, – сказал Смит, указывая на свою «Нокию». – И потом, судя по виду этого парнишки, у него проблем побольше, чем у меня.
– Жена Шомона была в курсе вашего расследования?
– Вот уж не знаю.
– Для копа, который уже год копается в этом деле, вы не слишком-то много знаете.
– Послушайте, я вам не гений сыска, и поэтому Боуман обратился ко мне.
– Потому что вы плохой сыщик?
– Нет, потому что дешевый.
Смит выпил виски и потер побаливавший подбородок. Его телефон снова зазвонил. Смит инстинктивно отодвинулся от мальчика и выключил аппарат.
– Вообще-то эти мобильники жуткое дерьмо, – сообщил он. – Просто невозможно представить, какую дозу излучения ты получаешь во время разговора.
– Полностью согласен с вами.
– А вы знаете, что туземцы могут общаться друг с другом телепатически, и все потому, что они не загрязнены всякими этими электрическими и магнитными полями…
– Им не грозят нейроэндокринная дисфункция, нарушения реакций, иммунодефицит, ошибки в генетической транскрипции ДНК и образование злокачественных опухолей.
Смит был раздавлен столь потрясающей и могучей эрудицией. Он не стал больше соревноваться с Натаном, а на краешке бумажной скатерти написал свои координаты.
– На тот случай, если вам понадобится информация или помощь.
– В таком случае вы, наверно, можете сделать для меня одну вещь.
– Что именно?
– Найти жену Шомона.
– Она что, тоже исчезла?
– Нет, но до нее не удается добраться, с тех пор как идентифицировали тело ее мужа.
– Где она живет?
– В Ницце, во Франции.
– Что ж, я сделаю несколько звонков, но ничего не гарантирую.
– Спасибо, Эндрю.
– А как мне звонить вам?
– По этому мобильному. Номер вы знаете.
– И кого спрашивать?
– Клайда Боумана. Это его телефон.
  
23
 
Войдя в квартиру Боумана, Натан сразу почуял: что-то здесь изменилось. Однако дверь не была взломана, ничто не переставлено, и записка, которую он оставил для Нейвы, так и лежала непрочитанная. Все невидимые волоски, которые он разложил повсюду, в том числе и на конверте, остались на своих местах. Любовница Клайда загадочным образом исчезла. Разве что она узнала о смерти любовника, и это обострило ее подозрительность. Натан усадил детей перед телевизором и щелкал пультом до тех пор, пока не наткнулся на мультик. Он закрыл глаза. Гнусавые голоса дубляжа, долженствующие изображать детские, звучали в комнате. Чтобы абстрагироваться от них, необходима предельная концентрация.
Отключив зрение и слух, Натан пытался понять, что насторожило его, когда он вошел в квартиру. Запах. Он был куда сильней, чем вчера. Резче. И был он смрадный.