Небеса не для нас (СИ)

Рука Власова потянулась к моим трусикам, он провел ладонью снизу вверх по моему бедру. Так далеко я не позволяла заходить никому, но сейчас ждала этого момента, безумно хотела чувствовать его у себя между ног…
Внезапно дверь открылась, и в нее вошли девушки, смеясь и болтая.
Но это были не Даша с Настей.
  
Глава 5. Физическое влечение
 
Одна из старшеклассниц ахнула:
— Власов! Ты сдурел?
— Она сказала, что это ее номер, — Макар сел на кровати, щурясь от яркого света.
Девушки уставились на меня.
— Это трехсот пятидесятый? — пробормотала я.
Перед моими глазами все плыло, и соображала я с огромным трудом.
— Да, наш номер. Идите отсюда со своими делами!
А мой тогда какой?
Тут я заметила то, на что остальные обратили внимание давным-давно. Я была единственной, на ком не было одежды ‒ только трусики, да и те Макар почти снял с меня. Алкоголь несколько притуплял чувство стыда, но я понимала, как все это выглядело со стороны. Стыдно.
Взглянув на Макара, я увидела на его лице привычное спокойно-высокомерное выражение:
— Одевайся, Ева, и иди искать свою комнату.
Встав с кровати, он миновал наших одноклассниц и вышел в коридор.
— Меня зовут Рита. И давно у вас с Власовым? — поинтересовалась одна из них, стройная девушка с пирсингом в носу.
— Нет.
В смысле, ничего у нас с Власовым нет.
Кое-как напялив на себя одежду, я вышла из комнаты и привалилась к стене сразу за дверью. Я не знала, где мне искать свой номер, а потому просто села в коридоре, надеясь, что увижу Настю с Дашей, когда они пойдут с вечеринки обратно.
Минут через тридцать так и вышло.
— Ева, ты что в коридоре сидишь?
— Забыла, в каком мы номере, — я с силой потерла слипающиеся глаза.
— В трехсот пятьдесят пятом.
Нужная комната находилась всего через две двери от той, в которую забрели мы с Макаром, и выглядела точно так же ‒ немудрено было и ошибиться с пьяных глаз.
Надев ночнушку, я сразу же легла в кровать. Мысли с трудом ворочались в моей голове, да мне и не хотелось думать. Я быстро провалилась в беспокойный неровный сон, и в бреду мне виделся Власов.
Он раздевал меня, а потом уходил. И так раз за разом.
* * *
Проснувшись следующим утром к завтраку, я еще какое-то время лежала в кровати, не имея моральных сил сдвинуться с места. События предыдущего дня разом на меня навалились, и скрыться от них было невозможно.
Я чувствовала себя последней дешевкой.
«Первый раз, что ли, такое? Ну, выпила лишнего и поцеловалась с парнем, что в этом страшного?», попыталась я себя успокоить.
Ага, поцеловалась с Макаром Власовым, а точнее чуть не отдалась ему, а он после этого посмотрел на меня, как на последнее ничтожество, и свалил, оставив без одежды в чужой комнате. Джентльмен, мать его!
Довел до номера и тут же раздел без лишних предисловий. Заметил, как я пялилась на него все это время, или просто привык к тому, что девушки раздвигают ноги по первому его требованию? Вот и я раздвинула. Господи…
Я знала, что будет дальше. Ничего. Власов, как и остальные ему подобные, просто притворится, что ничего не было, и так до следующего раза, когда ему выпадет новый шанс поиметь меня без последствий и малейших обязательств. За это парни и любят подвыпивших девчонок ‒ с ними просто, проще некуда. И последствий никаких, мол, «чего ты хочешь от меня, пьяный был, ничего не соображал, да трезвым я бы на тебя и не взглянул»!
Меня затрясло от отвращения.
«Все, хватит нагнетать!», я снова попробовала успокоить себя. Правда, хватит раздувать из мухи слона. Я его хотела, он хотел, мы совершеннолетние люди, имеем право развлекаться так, как нам хочется. Да ничего и не было. Я точно так же могу притвориться, что ничего не было. Он не нравится мне, но красив как бог ‒ переспать я бы с ним согласилась, а встречаться точно не стала бы. Нафиг он мне сдался!
Эти рассуждения помогли мне немного успокоиться, тем не менее, вся эта ситуация продолжала мучить меня, сводить мою самооценку к нулю. Я чувствовала себя девушкой, от которой парням нужно только одно. Раньше со мной такого не было. Дело в том, что целуясь с парнями, я так далеко не заходила и заходить не собиралась, или… в том, что это был чертов Макар Власов, мысли о котором не давали мне покоя все это время?
 
Я сделала глубокий очищающий вдох. Он мне не нужен. Сделала еще один вдох. Это чисто физическое влечение, и больше ничего. Мы не в средневековье живем, у женщин тоже есть право на желание. Я за поруганную свою честь беспокоюсь? Да ерунда это все.
Ладно, пора отправляться завтракать, мне не помешает съесть что-нибудь сладкое, чтобы окончательно прийти в себя.
Голова еще немного кружилась, и во рту стоял привкус абсента. Хорошо хоть, похмелья у меня не бывает ‒ знаю девушек, у которых и от пива с вином на следующий день мигрень с тошнотой. Слава Богу, это не про меня.
Приняв душ и почистив зубы, я подождала, пока соберутся Даша с Настей, и мы вместе отправились в ресторан, где нас ждал шведский стол ‒ гостиница эта имела гордые три звезды, здесь даже был бассейн. Остальные постояльцы так же торопились к завтраку, и лифты были переполнены.
— Ничего, я тогда пешком, — сказала я девчонкам.
Кто вообще спускается на лифте с третьего этажа?
Выйдя на лестницу, я почувствовала сильный запах табака — на одном из нижних этажей кто-то курил. Мое лицо скривилось от отвращения. Кто же курит в закрытых помещениях? Только свиньи невоспитанные и последние гопники.
Внезапно я услышала знакомые голоса, и тут же испуганно попятилась. Нет, я не смогу пройти мимо Макара, Господи, только не этим утром!.. Его голос раздавался совсем близко, и говорил он достаточно громко.
— …да что у меня может с ней быть? — обронил Власов. — Закомплексованная скромница, скучная, как мышь. Даже говорить не о чем. Ты-то сам трахнул бы ее, если бы выпала такая возможность?
— Думаю, да. Да.
— Я с этим определился еще после того ее выхода с полотенцем. Хотел и на остальное посмотреть.
— Да-да! — засмеялся Стас, его запартник. — Ну, и как тебе?
— Грудь ‒ упругая троечка с маленькими розовыми сосками.
Стас присвистнул.
Меня чуть не стошнило. Повернув обратно, я пошла, было, к лифтам, но передумала и вернулась в номер. Меня трясло.
Мерзкий, никчемный кусок говна!..
На моих глазах выступили слезы, но плакать я не собиралась. Мою душу жгла ненависть, едкая, невыносимая ненависть. Мне было больно, в голове звучали его слова, и они жгли меня серной кислотой, вгрызались в мой мозг тысячей термитов. «Закомплексованная скромница, скучная, как мышь…»
Обняв себя руками, я попробовала остановить эту дрожь.
Зазвонил телефон.
— Да? — выдавила я из себя.
— Ева, ты где? Нам тебя ждать?
— Девочки, начинайте без меня, я сейчас спущусь.
— Хорошо, давай.
Я провела руками по лицу. Меня все еще трясло, но постепенно я начинала приходить в себя. Просто все это было немного… слишком. Слишком мерзко, слишком обидно, слишком больно. Но, в конце концов, что изменилось? То, что он теперь грудь мою с друзьями обсуждает?
Я вздрогнула. Вот подонок.
Да, он подонок, ну и что? Я точно так же совершенно искренне могла бы его описать «Папенькин сынок, ленивый, вульгарный, ничего из себя не представляющий. Ничтожество с завышенной самооценкой», ему бы мои слова понравились? Ну, может, и не так задели бы, как меня, ранимую, но и в восторг не привели бы, это точно. Мы друг другу не нравимся, и он меня не знает. Плевала я десять раз на его мнение.
А грудь у меня красивая, пусть обсуждает, не велика беда.
Так, в конце концов, мне удалось достичь какого-то внутреннего равновесия. Выпив минералки, я подошла к зеркалу, припудрить лицо после всех треволнений, а заодно добавить теней с тушью на глаза и брови. Считаете меня симпатичной? Сегодня буду красоткой.