Небеса не для нас (СИ)
Глаза засияли темными агатами, брови стали просто загляденье. Многие блондинки не знают, что им делать с бровями, но я в свое время нашла тени и тушь нужного оттенка, серовато-русого. Смотрится отлично, естественно, но на каждый день, лично для меня, чересчур торжественно и пафосно.
Напоследок уложила волосы объемной волной немного иначе, чем делаю обычно, и сбрызнула их Настиным лаком для укладки. Оценив свой новый вид, я поняла, что перестаралась. Да и зачем я все это делаю? Кто меня сильнее зауважает, если я раскрашусь, как гламурная курица?
Ладно, не смывать же. Пусть будет.
Спустившись, наконец, в ресторан, я взяла тарелку и отправилась набирать себе сладостей, да побольше ‒ для успокоения нервов. Из-за чертова Власова скоро я раздамся во все четыре стороны. Мне повезло найти оладьи, и я щедро полила их медом.
— Привет, Ева. Отлично выглядишь, — послышался ненавистный голос прямо рядом со мной.
Мне показалось, я ослышалась. А как же негласное правило игнорировать того, с кем накануне зажигал по пьяни? А то еще решит девушка, что все было всерьез, разве можно такое допустить?
Подняв глаза на Макара, я увидела его выражение ‒ словно слегка напряженное, но с какой-то невысказанной мыслью во взгляде. Еще несколько минут назад он грубо и вульгарно отзывался обо мне, называл скучной мышью, а теперь приветствует, как ни в чем не бывало, комплименты делает? И что бы я подумала, не подслушай я тот разговор? Что нравлюсь ему? Мне захотелось швырнуть ему в лицо свою тарелку.
— Спасибо, — сказала я, по возможности, ровно.
Отвернувшись, я понесла свои оладушки к нашему общему столу, составленному из большого количества маленьких столиков. Съев кусочек пропитанного медом бисквита, я почувствовала, что снова становлюсь человеком.
— М-м, Ева… тут все говорят, что тебя вчера в постели с Макаром Власовым застукали, — прошептала Даша мне на ухо.
Я чуть не поперхнулась.
— Так это правда? — девушка хихикнула.
— Не в постели… в смысле… я с ним не спала, — пролепетала я, заливаясь краской.
Господи, казалось, эта ситуация не могла стать более позорной!
— А что тогда? Он же тебе нравится? — она продолжала хихикать.
— Нет!.. — сказала я слишком громко, а затем, уже тише, добавила. — Просто я вчера много выпила, он меня поцеловал, и на этом все.
Глаза Даши горели от любопытства:
— Неужели, совсем не нравится? И как это было? Вы теперь встречаетесь?
— Мы не встречаемся, и я не хочу об этом говорить, — поймав взгляд Макара с дальней стороны стола, я снова залилась краской.
— Ну, ладно… — разочарованно протянула девушка. — Просто он такой красавчик, с ним любая замутила бы. Ну, хоть скажи, как это было? Тебе понравилось?
Я перенеслась мыслями к этому моменту. Понравилось ‒ не то слово. Никогда ничего подобного не испытывала, ни с одним парнем. Неописуемо… И как это возможно? Неужели, чисто физическое влечение способно пробуждать такие ощущения? Я всегда думала, что на это способна только настоящая любовь. Видно, я была наивна.
— Понравилось, — неохотно ответила я, и Даша мечтательно улыбнулась.
Да уж, поцелуй Власова в теории и на практике ‒ две большие разницы. Как же я ненавижу его!.. Никогда и ни к кому не испытывала такой ненависти! Это чистое чувство пронзительной силы, оно как ледяное лезвие с шипами, безжалостно вгрызающееся в мою плоть. Вспомню хоть одну его мерзкую фразу ‒ и меня накрывает им с головой.
— Доедайте, собираемся в автобусе через двадцать минут! — объявила Лидия Васильевна.
Вот так поездочка вышла. Зря, очень зря я не осталась дома.
Глава 6. Поцелуй
В понедельник я шла на занятия с двояким чувством. С одной стороны, все эти события нет-нет, да сделали меня частью общей компании, да и удостоиться внимания самого красивого парня в школе было только на пользу моей популярности и репутации. Эта история сделала меня интереснее в глазах одноклассников и, как ни странно, выставила в выгодном свете ‒ вот уж о чем никогда не подумала бы. Не таким уж это оказалось позором, совсем наоборот. Так что, можно сказать, дела у меня шли неплохо.
Но что касается самого Власова… моя ненависть к нему не стала меньше. Я его и видеть не хотела, боялась, что он заговорит со мной, боялась, что не заговорит. Я не могла о нем думать, но думала постоянно, вспоминала его слова… и ощущение его рук и губ на моей коже.
Приблизившись к основному корпусу, богато декорированному лепниной и мозаикой зданию в стиле модерн, я миновала небольшой двор и прошла внутрь сквозь знакомые дубовые двери. Кажется, будто я целую вечность уже хожу в эту школу, а ведь прошла всего неделя.
Войдя в вестибюль, я поискала глазами своих одноклассников, в глубине души понимая, что интересует меня только один из них. «Так, возьми себя в руки», отдала я мысленный приказ самой себе. Я решила игнорировать Власова, мне в любом случае будет лучше пореже смотреть на него, хотя бы для сохранения нервов. Обратится ко мне ‒ вежливо с ним поговорю, не обратится ‒ прекрасно, мне его внимание не сдалось и даром. И впредь буду осторожнее с алкоголем, еще одной такой сцены мне просто не пережить.
Чем скорее я забуду об этом поцелуе, тем лучше.
В класс я зашла минут за пять до звонка, и большая часть учеников уже была здесь. Краем глаза я заметила Власова, он разговаривал с Анжелой и Лесей в дальней части помещения. Представив, что он мог наговорить им обо мне, я покрылась холодным потом.
— Привет! — поздоровался со мной Витя. — Ну, как поездка?
— Владимиро-Суздальское белокаменное зодчество впечатляет, — сказала я ученым голосом и сделала вид, будто поправила очки на носу.
Друг рассмеялся. Мы вечно шутим над тем, какие мы ботаны, и, по-моему, это намного лучше, чем гордиться ленью и невежеством, как какой-нибудь… так, стоп, я же хотела поменьше думать об этом человеке!
— А в остальном, как прошло? — спросил парень, и в глубине его глаз что-то промелькнуло.
Неужели и до него уже дошли эти слухи? Черт бы побрал эти соцсети. На первых полосах всех школьных газет: «Скромницу Еву Абрамову застали в постели с Макаром Власовым, известным плейбоем!». Меня несколько раз спрашивали, влюблена ли я в Макара, а мне одинаково глупым казался любой ответ на это вопрос. Влюблена ‒ ну, так это смешно и жалко, не влюблена — значит, меня легко раздеть. Я в ответ только молчала и краснела, предоставляя всем догадываться самим, что я думаю об этом парне. Нет, ничего хорошего я о нем не думаю.
— Даже вспоминать об этом не хочу, — я дотронулась рукой до лба.
К сожалению, то, что Витя — парень, делало наши отношения менее доверительными. С Миланой я всю эту историю уже вдоль и поперек обсудила, а с ним не могла. Я не думала, будто он влюблен в меня, но он мой друг, а не друг-гей. Так что мы сменили тему, и до самого звонка проговорили о наших планах на осенние каникулы.
Наступило время урока, и Власов сел на свое место через проход от меня. Я осмелилась взглянуть на его руку, только на руку, и ее вид напомнил мне о его прикосновениях, и меня накрыло жаркой волной, невыносимой, до потери дыхания. Нет, я этого не выдержу, после того поцелуя все стало только хуже!
Наверное, мне было бы проще, будь я действительно влюблена. Я бы простила ему все эти гадости, да и дело с концом.
* * *Казалось, весь урок Власов был погружен в свои мысли, он не брал в руки телефон, не писал конспектов, и все же был… словно бы сосредоточен на чем-то. Мне было бы легче игнорировать его, если бы мы не сидели так близко друг к другу, но увы.
На следующем занятии наша группа должна была остаться в этом же классе, и мы с Витей решили сходить до доски объявлений от нашего драмкружка, но по возвращении…
Возле двери, ведущей в помещение, стояли Макар и Анжела. Словно почувствовав мое приближение, он положил руку ей на шею и поцеловал ее, глубоко, страстно, с языком. А затем перевел взгляд на меня.