Джунгли. Том 2 (СИ)

— Капитан, я тебя ненавижу… — Тихо, едва слышно, проговорила старпом, мыслями погружаясь в мир собственных фантазий, в котором не существовало выскочки Стеллы Марис.
На другом конце полуострова. Форт Республики Рагозия. Палаты адмирала.
— Итак… Крысиния, твоя тактика и выбранный подход, наконец-то, принесли плоды. — Задрав высоко рог, хвалила свою помощницу адмирал Глатческо. В словах её была лишь доля искренности; остальное — фальшивое и нарочное, прилюдное восхваление. На успех авантюрной миссии с заходом в джунгли мало кто ставил, особенно когда в делах предложили использовать загадочных пленников. Однако стоило лишь показать одной из пленниц блеск золотых монет, а после свести с коварной крысой, как тут же дела приобрели феноменальный по местным меркам успех. Впервые с грандиозной победы на пляже республике таки удалось не просто одолеть врага на его же территории, но и устроить ему ловушку, западню. В результате которой часть врагов попала в плен, часть убита, а меньшая часть смогла удрать. За последние недели республика несла колоссальные потери: в одних лишь боях за подход к источнику пресной воды безвозвратно потеряно убитыми и искалеченными около семидесяти солдат. И это только ради установления контроля за источником воды. Если бы они не захватили доступ, не прорвались и не укрепились, вся экспедиция стояла бы на грани срыва.
  
— Благодарю, мой адмирал. Хотя считаю эту победу нашей с вами общей заслугой. — Приняв лесть как подобается, ответила Крысиния. — Теперь, обзаведясь пленниками, узнав маршруты вражеских патрулей и время, когда они ходят, побед станет ещё больше. Мы сможем просачиваться в их земли, минуя стражу, строить засады на путях патрулей, а также можем попытаться устроить набег на…
— На форт Кетти? Это безумие. — Говорит кто-то из капитанов. — У них там наши пушки, картечь, войско, которое по численности, уже наверняка, превосходит наше. Я смело могу сказать, что они гораздо дольше обдумывают то, как сжечь наш последний форт. И у них на это шансов в разы больше, чем у нас и армии пройти по их территории незамеченными.
— Думаю, капитан Гобра права. — Говорит адмирал. — Победа — это хорошо, но спешка сейчас неуместна и подобна смерти.
На слова адмирала Крысиния склоняет голову и садится на своё место. Она хотела ударить по форту не армией Рагозии, а теми, кто был у её личном подчинении. Несколько верных ей, подкупленных чав-чав, уже просочились в войско Кетти, исполняя роль шпионов, готовых открыть ворота. Естественно, Крысиния никому о них ничего не говорила, предпочитая оставить этот козырь на потом, когда все «самые умные потерпят неудачу», и вновь ей придётся тащить «груз победы» на себе.
Адмирал Глатческо поднимается со своего места:
— Сейчас первостепенной задачей для нас служит первый потерянный форт, а также освобождение из плена наших солдат. До республики дошли вести о наших неудачах. Палаты представителей в ужасе и истерике ищут спасения в сложившейся ситуации. Высока вероятность, что исправлять наши неудачи придёт кто-то ещё из числа стран Коалиции.
— Но адмирал, если Рагозия сообщит им маршрут через Мертвый пролив, мы потеряем единственную возможность нажиться на богатствах местных, придётся делиться!
— Верно, Республика должна послать ещё галеры и солдат! — воскликнула одна из капитанов.
— И она послала, — ответила адмирал. — Скоро прибудет основное войско. Думаю, мы соединимся с ним у Белых зубов, а после вместе попытаемся отвоевать форт. У нас будет в двадцать раз больше кораблей, в двадцать раз больше пушек, ядер, пороха и в разы больше солдат. Вместе мы уничтожим форт, восстановим честь Республики, построим новые укрепления, которые станут в разы выше, прочнее и опаснее для нашего врага! Мы сделаем это исключительно силами Республики, а после ворвёмся в джунгли и, как говорила Крысиния, разобьём врага на его же территории.
Все капитаны как один поддержали адмирала. Наконец-то кораблям и командам предстояло вернуться на свои суда, вновь погрузив побережье и всё вокруг себя в пороховой туман. В силе своих кораблей, пушек и их мощности никто из Республики не сомневался. Запасы вражеских боеприпасов известны, как и толщина их стен, места, с которых лучше производить десантирование и штурм. Ничто не могло стать для Республики сюрпризом, особенно сейчас, когда там в джунглях, в далёком, скрытом от посторонних глаз поселении, готовилась «революция», которая должна была посеять в объявившей себя Федерацией стране серьёзнейшие недовольства.
Когда капитаны покинули помещение и Крысиния осталась один на один с Глатческо, женщины приступили к обсуждению главного плана. Крысиния хорошо знала устройство и быт Кетти, знала, где охотятся их воины и как сильно берегутся те самки, что ждут потомства. Всегда, абсолютно всегда беременных держали в отдалении от всех, в условно безопасном и спокойном месте, которое ей раскрыли схваченные пленницы из отряда некоего Самца Добрыни. Прошло несколько недель с момента начала подготовки нападения; Крысинии пришлось постараться, чтобы пробудить максимум ненависти у племени чав-чав и оставшихся им верных Гончьих, чтобы те осмелились войти в «поселение-храм» и, именем Свободных Чав-Чав и Гончьих, на которых опирались в разведке Кетти, устроить бойню. Крысиния собиралась лишить будущего Кетти, перерезать их детей и матерей, отпустив лишь нескольких, что посеяли смуту в рядах Федерации. Таким образом, коварная крыса намеревалась отомстить за поражение в войне и смерть родных, а также навсегда поселить семя вражды в слишком сильно сплотившихся народах.
— Как продвигается подготовка к нашему с тобой плану? — спросила адмирал.
— Всё готово. Можем ударить ещё до высадки, — ответила Крысиния.
— Не стоит. Лучше сделаем всё одновременно для лучшего эффекта, — возразила адмирал. — Что-то по поводу загадочного Агтулха Кацепта Каутля удалось разузнать?
— Да, самую малость. Кажется, он дитя мира — существо, обладающее некой силой примерять других. В его подчинении самый сильный воин по имени Рабнир из семейства медоедов. Говорят, она одна стоит сотни сильных воинов и служит ему, как служит собака своему хозяину.
— Неприятная способность, и эта Рабнир… тоже проблема, — задумалась адмирал. — Есть возможность их отравить? Попробовать заслать в лагерь Кетти кого-то из твоих приспешников?
Крысиния задумалась. Такие уже были, но о существовании их предпочла пока что умолчать.
— Я предвидела, что вы это попросите, и уже работаю над этим.
— Продолжаешь меня приятно удивлять, — улыбнулась адмирал, а после, взяв два кубка, сама наполнила их, предложив помощнице выпить.
— Уже очень скоро Республика Рагозия уничтожит Федерацию изнутри, а после возьмёт под контроль весь полуостров. Разведчики с дома докладывают: Красные кресты ни слухом, ни духом о безопасных маршрутах в эти места. Потому думаю, мы успеем объявить эти земли своими колониями прежде, чем они очухаются. Но это лишь в том случае, если Федерация развалится изнутри! — Передав бокал подопечной, подняла свой за успех общего дела адмирала.
— За развал Федерации, а после и империи! — вторила ей, воодушевлённая, радостная столь благосклонным к ней отношением, Крысиния.
Обе коварные женщины пили, смеялись, радовались, даже не думая о том, чем может кончиться спланированная ими авантюра.
  
Глава 10
 
Ранний подъём и путь тропой, по которой прошла армия, были бы схожи с прогулкой по туристическому, чётко проложенному маршруту, если бы не каверзы природы. Простая тучка, проходившая над нами, разродилась таким сильным дождём, что казалось, кто-то сверху просто перевернул ведро с водой. И самое смешное в этом: лило минуты три-пять, а залило на хрен всё, и после вновь выглянуло ебаное, знойное солнце и начало палить. Весь путь до деревни у меня прела задница, мокрые ноги в постоянной влаге превратились в шкарлупу грецкого ореха. В ту же кучу натертый пах и шея, пострадавшая от ворота рубашки. В общем, не ходите, дети, в джунгли, одеваясь как офисный планктон. Выебнуться решил — вернуться в поселение не как батрак, а как переговорщик, как Агтулх и правитель. Короче, за понты свои поплатился тем, что полпути шёл широко раздвинув ноги, с кривой от недовольства и боли мордой. Ещё и вечерние насекомые, повыползавшие и проснувшиеся после дождя, подкинули говна на вентилятор, искусали всего.