Джунгли. Том 2 (СИ)

Через сутки после переговоров с капитаном прибыли первые официальные посланники, с ними — товарищ старпом. Именно она в отсутствие капитана станет представителем империи, правительницей форта и тех земель, на которых мы позволим закрепиться имперцам. Их корабль останется у берега на трое суток для пополнения запасов провианта и пресной воды. На это время Аукай просила выдать им в помощь несколько следопытов, а также подготовить пленных в количестве до пятидесяти штук. Также она просила предоставить товары-пробники меха, ягод, фруктов, пряностей и всего, что кетти использовали в повседневном быту. Взамен на пробники прямо сейчас с запасов корабля нам были готовы выделить порох и несколько десятков ружей, в зависимости от того, сколько припасов мы предоставим нашим дорогим партнёрам. Батя был в нестерпимом восторге, когда старпом вместе с его разведчицами, теми, что недавно обстреливали их (переодевшись в красные штаны), отбыла в свой лагерь. Более во мне здешний форт не нуждался. Теперь точно можно было сказать — переговоры состоялись!
  
В вечер того же дня я наконец-то услышал от деда следующее:
— Лёша, ты молодец. Извини, что тогда нагрубил, сам понимаешь…
— Да забей, бать! — У меня от его слов, аж слёзы гордости за себя навернулись. Вот за что я уважал Добрыню, за что ценил этого человека. Он ошибался, как и все, но при этом даже, став не в рот ебенным генералом армии кетти, мог позволить себе извиниться перед другим. — Главное, что мы получили желаемое, верно?
— Верно. — Приобняв меня своей здоровенной, волосатой рукой, с грустью усмехнулся дед. — Завтра можешь возвращаться в столицу, хватит моих солдат искушать.
— Есть, возвращаться в столицу! — Приложив руку к виску, дед усмехнулся ещё раз, сбив своей лапой мою руку, добавил:
— К пустой голове не прикладывают. Всё, дуй собирать шмотки, завтра с рассветом вы уходите.
Подобная спешка казалась неуместной. К чему бы она? Один лишь Добрыня и знает. Спорить не стал, как один из солдатиков в его войске, покорно смирился со своим долгожданным возвращением. Требовалось подготовиться, выбрать место получше… к чему или для чего, спросишь ты, мой дорогой Уилсон? Да к тому, что скоро к острову начнут стекаться имперские торговцы. Что-то подсказывало мне, что главным местом их базирования станет самый населённый город. Город, в котором напрочь отсутствовала торговая площадь, а с ней хоть какое-то мало-мальски подготовленное для встречи гостей жильё. Постоялый двор у главного рынка — что может быть прибыльнее в аренде и работе? Там и столовка, и ночлежка, и кабак для веселья, и, конечно же, заморские гости, на которых ограничения Олай не распространяются. За отдельную плату, выбирая из наших «гостей» избранных, я мог обеспечить себе и им незабываемый вечер. К тому же, за этот вечер будут платить, естественно, не я, а они. Иными словами, Агтулх Кацетп Каутль останется правителем, а я, в какой-нибудь маске, стану самой дорогой и высокооплачиваемой эскортницей в мире. Хе-хе, загадочный ебырь-террорист, качающий уровень в постели со знойными и красивыми девушками. Да, вот это я понимаю — поднятие уровня!
С постоялым двором, денег на расходы для Федерации и моих собственных подопечных (имеется в виду наших земных девочек) станет больше. Можно будет начать осваивать какие-нибудь технологии, внедрять девочек в ремесленный процесс. Это позволит им также обзавестись кое-какой своей личной наличностью и нанять охрану для собственной защиты. Наша община растёт слишком быстро, конфликты из-за цвета кожи и расы неизбежны, и когда это начнёт происходить, меня может не оказаться рядом. Потому они должны сами вырасти как личности, стать частью этого места, обзавестись настоящей независимостью и грозными защитницами.
Но это — всё потом.
Сейчас же я, счастливый, преисполненный гордостью за себя и свой длинный язык, готовился возвращаться домой!
На корабле капитана Стеллы Марис.
В своей каюте, через большие окна, зеленоглазая карьеристка Стелла глядела на темные, далёкие, полные опасностей джунгли. Визит в логово того, кого местные прозвали богом, оставил на ней неизгладимый эффект. Домыслы старпома не подтвердились: мужчина, напротив, не использовал какую-то магию контроля разума, иначе талисман в кармане её штанов тотчас обжог бы ногу, предупредив об опасности. К тому же просто глядя на собеседника, на то, как он нервничал, как старательно и вежливо обхаживал гостью, при этом не позволив себе вульгарные наряды или приставания, уже говорило о многом. «Если бы каждый любил так свой народ, как этот Агтулх…» — сняв заколку с волос, глядя на маленькие камушки, блиставшие поверх тонкого и мягкого металла в уменьшенной форме наконечника копья, улыбалась капитан.
— Долго ещё будете на неё пялиться? — с открытой ноткой ревности в голосе произнесла старпом.
Капитан так увлеклась собственными воспоминаниями о Агтулх, что даже не услышала, как отворилась скрипучая дверь.
— И… ничего я не пялюсь! — Тут же вернула украшение на голову Стелла, — и вообще, я требую соблюдения субординации. Почему не постучались⁈
— Я минут пять в двери колотила, — ответила Аукай, продолжая разглядывать треклятое украшение на голове капитана. В отличие от капитана, что была существенно младше, ей, старпому, мужчины никогда даже выпивку не покупали. Ни то что какие-то украшения дарили. «Это мы, сильный пол, должны дарить подарки, а не наоборот, позорище!» — ревниво думала про капитана старпом, при этом только и мечтая, чтобы в жизни хоть разочек произошло подобное с ней.
— Зачем пришла?
— Уточнить полномочия. — Разжимает руку и кладёт помятые (случайно) документы на стол старпом. Женщины пересеклись глазами, капитан, осознав, что ей завидуют, специально доворачивает голову так, чтобы заколка была прямо перед носом помощницы. У Аукай нервно задергался левый глаз. «Почему она, а не я!» — кричала в себе старпом, разглаживая ладонью мятые края бумаги. — Здесь несколько экстренных ситуаций: от нападения республики, неизвестных и тех, с кем мы собираемся торговать. Пропишите план действий на каждый из случаев, опишите действия с пленными, направленность переговоров и время…
— Время? — переспросила капитан.
— Да, время: дни, месяцы — сколько нам ждать вашего возвращения. Это важно, если форт возьмут в осаду, или враг ударит по нам с такой силой, что придётся бежать в джунгли и скрываться в них до вашего похода. Зная время, мы всегда сможем разжечь сигнальные костры. Путём передачи сигналов предупредить об опасности, болезни и… ну, вы поняли.
— Сделаю. — Читая дальше, капитан находит ещё один интересующий её пункт. — Что за «Политика ассимиляции»?
— Ну, это такая политика в отношении местных мужчин и…
— Я знаю, что такое «ассимиляция», старпом! — рявкнула капитан. — С кем ты собираешься её проводить?
— Да я-то в общем и не с кем, но вдруг там у наших девочек подвернётся возможность, или в них кто-то влюбится. А там и до детей недалеко, сами знаете, любовь…
— Короче, трахайтесь хоть с ежами, но чтобы даже не намёка на насилие или агрессию. Ясно⁈
— Так точно, капитан Стелла Марис. — Засияла улыбкой старпом.
— Мне не нравится твоя довольная рожа. — Женским сердцем чувствуя, что та что-то задумала, произносит капитан.
— А мне она очень нравится! Разрешите идти? — Специально дразня ту, кто вот-вот на месяцы отбудет и перестанет, наконец, ей мешать, спрашивает Аукай.
— Идите… — Тяжело вздохнув, вновь вернулась к работе капитан.
Лишь только Аукай покинула каюту, как её наигранная, состроенная специально, чтобы разозлить капитана, улыбка тут же сползла с лица. Мужчина перед ней, этот Агтулх Кацепт Каутль, был тем, кто позволил ей вновь влюбиться, испытать забытые чувства. И вновь, когда она вот-вот могла заняться улучшением своего положения, построением светлого будущего, о котором так мечтала, на пути встала эта зеленоглазая проблема. Сначала она украла у неё повышение и корабль, затем мужчину, мечту её жизни. Грусть, тоска, ревность и обида одолели старпома; уперевшись спиной в стену и обессилевая от отчаяния, она сползла по стене вниз. Задница её ударилась о пол, голова уперлась в колени, которые руками женщина и охватывает, застывая в позе, схожей с позой эмбриона.