Греховный рыцарь (ЛП)

Она страдает, я знаю. Как ей удается сохранять бодрость духа?
— Лучше, потому что я вижу своего любимого клиента, — кокетничает он в ответ, его глаза восхищенно блестят.
— Серьезно? — пробормотала я себе под нос. — Водитель.
— О, закрой рот, — легкомысленно укоряет Блейк, погружаясь в непринужденную беседу с Филом, пока он везет нас домой.
Думаю, это одно из преимуществ работы на Дерека. Он всегда заботится о том, чтобы его девушки были доставлены домой в целости и сохранности. Какой благородный гражданин.
Глядя в окно, я отгораживаюсь от окружающей меня болтовни и вместо этого сосредотачиваюсь на проносящихся мимо огнях закрытых витрин и суете возле пабов и клубов.
По мере того как мы едем по городу, пейзаж меняется от богатства к бедности, и становится только хуже, чем глубже мы въезжаем в Поместье Ловелл.
Это место действительно похоже на адскую яму, но все же это дом. Единственный, который каждый из нас когда-либо знал.
Люди возле пабов уже не просто стоят и развлекаются. Теперь они курят, трахаются или дерутся, не обращая внимания на окружающих, которые наблюдают за ними.
Углы заполнены работающими девушками, которые пытаются заработать на очередную порцию наркотиков, а темные переулки усеяны дилерами, которые только и ждут, чтобы заполучить в свои руки неуловимые деньги.
Хотя мне не нравится, что мою сестру заставили делать до того, как она стала достаточно взрослой, чтобы понять, на что она соглашается, я должна быть благодарна за то, что ее никогда не заставляли выходить на улицу.
Дерек, может быть, и нечист на руку и коррумпирован, но он всегда находил для нее работу, которая была безопаснее, чем для тех девчонок на улице.
Машина останавливается возле нашего здания, и в ту же секунду я дергаю за ручку, готовая к побегу и сбрасыванию жалкого количества одежды, которое на мне надето, в пользу пижамы.
Блейк прощается с Филом, прежде чем ее каблуки стучат по старому, покрытому пятнами бетону нашего подъезда позади меня.
— Иви, хватит убегать.
— Я не убегаю.
— Нет, убегаешь, — услужливо подсказывает она, пока я роюсь в цветочном горшке возле нашей входной двери в поисках ключа.
Насколько это безопасно, когда самый важный человек в наших жизнях спит в этой квартире? Нет, точно нет. Но хотя в этой части города может быть много опасностей, есть одно фундаментальное правило. Мы не причиняем вреда своим. К тому же Дерек Мэтьюс — страшный человек, и все вокруг знают его как нашего дядю и не посмеют поднять руку на его семью. Я могу ненавидеть все вокруг, но я приму все, что смогу, чтобы защитить тех, кого я люблю.
Толкнув дверь, я едва успеваю захлопнуть ее, чтобы она не ударилась о стену, и врываюсь в ванную.
— Иви, перестань. Просто поговори со мной, — умоляет Блейк, но я не останавливаюсь.
Прежде чем делать что-либо еще, мне нужно выбраться из этой одежды и смыть с себя сегодняшний вечер и его запах.
С Блейк я разберусь позже. Она никуда не денется.
В считанные секунды мои стриптизерские туфли на каблуках перелетают через всю комнату и с приятным треском ударяются о стену, прежде чем пальто, корсет и стринги падают на пол. Я так и не удосужилась найти свой парик, так что, по крайней мере, на одну вещь, которую нужно снять с моего тела, стало меньше.
Включив воду на максимальную температуру, я захожу в нашу старую, потрепанную ванну и встаю под жалкие брызги. Хотелось бы сказать, что это худший душ из всех, в которых я когда-либо была, но, к сожалению, у меня нет никакого опыта.
Струйка воды обжигает, попадая на кожу головы и стекая по шее, но какой бы горячей она ни была, ее недостаточно, чтобы избавить меня от воспоминаний о сегодняшнем вечере.
Я почти не удивляюсь, когда в дверь ванной раздается тихий стук.
— Иви, — вздыхает Блейк, просовывая голову в комнату. — Мне очень жаль. Ты в порядке?
Повесив голову, я продолжаю прятаться за занавеской, покрытой резиновыми уточками.
— Со мной все будет в порядке. Мне просто нужно…
— Я ненавижу, что ты оказалась в центре всего этого. Я так старалась оградить тебя. — В ее голосе прозвучали сожаление и боль, отчего у меня в животе все сжалось.
  
Я согласилась на эту жизнь, чтобы помочь ей. Это было единственное, что я могла придумать, когда она болела, чтобы помочь нашей семье. И в основном мне это нравится.
Ну ладно, не так уж много, когда речь заходит о других людях и о ледяных стариках. Но благодаря той ночи, благодаря ему я обрела ту часть себя, о существовании которой даже не подозревала. Я наслаждаюсь этой свободой. Я могу исследовать то, о чем раньше не задумывалась, вдали от других людей и по собственным правилам.
— Я приняла решение, Блейк. Тебе не нужно чувствовать себя виноватой. Это наша семья. Мы делаем то, что должно быть сделано вместе.
— Но ты должна быть…
— Остановись, Блейк. Пожалуйста, — умоляю я, и вода, капающая на меня, уже становится холодной.
— Я просто хочу для тебя лучшего, Иви. Я всегда хотела большего для всех нас.
— Это наша жизнь. Пока мы вынуждены делать все возможное.
Она бормочет что-то вроде несогласия, прежде чем двинуться с места. — Я оставлю тебя. Только… ты правда в порядке?
— Да. Я в порядке, — вру я. — Я сейчас выйду. Вода уже холодная.
Я жалею о своих словах, как только с ее губ срывается болезненный вздох, но она уходит прежде, чем я успеваю сказать что-нибудь, чтобы успокоить ее.
Да, наша жизнь не очень хороша. Но все могло быть гораздо хуже.
5
АЛЕКС
Я лежу в своей постели, положив телефон на грудь, а мой член натягивает простыни, покрывающие мою талию.
В отличие от первой встречи с ней, я не стал задерживаться у отца после ее ухода. В этом не было смысла. Она не собиралась возвращаться, чтобы найти меня; она сделала это более чем очевидным, когда выбежала из дома, как только я отвернулся.
Я лишь сходил отлить, а когда вернулся, ее уже нигде не было.
Чарли, женщина, отвечающая за девушек, которых нанимает отец, ни словом не обмолвилась о том, куда она делась. Это было чертовски раздражающе. Но что мне оставалось делать, кроме как отпустить эту сучку? Она была невосприимчива к моим уговорам.
Один раз она уже сбежала от меня. Не знаю, почему я решил, что сегодня все будет по-другому.
Не задумываясь, я провел языком по нижней губе, желая ощутить ее сладкий вкус. Но его уже давно нет, его смыла бутылка водки, которую я выпил по дороге из дома, желая сбежать.
Голова раскалывается от воспоминаний о прошедшей ночи, которые прокручиваются в голове как кино.
Прошлой ночью я так отчаянно искала хоть какой-то связи, и хотя перепихнуться с лучшей подругой моего брата и парнем, который должен быть нашим гребаным врагом, было чертовски приятно, я не могу не задаться вопросом, как они оба отнесутся к этому сегодня утром.
Возможно, это был не первый мой секс втроем, и, несмотря на то, что некоторые могут подумать, это также был не первый мой опыт с парнем.
Любовь есть любовь, верно? Удовольствие — это удовольствие.
Мне давно вбили в голову, что и то, и другое может дать тебе то, что ты хочешь, если ты правильно подойдешь к этому вопросу, и неважно, какого пола твой оппонент; поражение его низменных желаний обычно гарантирует ответы, которые ты ищешь.
Я закрываю глаза рукой, и за ними мелькает мое прошлое, отчего мне хочется погрузиться в матрас и никогда больше не появляться.
Мои друзья думают, что знают меня. Я веселый и счастливый парень, который всегда ищет кайф, будь то от выпивки, наркотиков или секса. И хотя это не так уж далеко от истины, на самом деле все гораздо сложнее.
Они считают, что Деймону не повезло, и он якобы родился слабым близнецом. Но это совсем не так.
Правда в том, что у нас с Деймоном разные способности. Наборы навыков, которые наш дед разглядел задолго до того, как мы поняли, в каком мире родились. И будучи таким полезным дедушкой, каким он был, он отточил наши навыки единственным известным ему способом.