Греховный рыцарь (ЛП)

Во мне все еще горит желание отказаться, но они правы.
Эти женщины заслуживают того, чтобы я дала им шанс. То, что я всю жизнь избегала людей и держала свою дружескую компанию как можно меньше, не означает, что так должно продолжаться. Я даже не уверена, что тех, с кем я проводила время в Ловелле, можно назвать моими друзьями.
Но теперь я с этим покончила. Все мои курсовые работы сданы. Осталось только дождаться конверта с результатами, которые я уже знаю, ведь на моем курсе по искусству не было выпускного экзамена, о котором нужно беспокоиться. Так почему бы не начать все сначала?
Благодаря этой работе и веб-каму у меня более чем достаточно средств, чтобы поступить в университет в сентябре. Возможно, сейчас самое время полностью отпустить застенчивую девочку-интроверта, которой я всегда была, и принять ту новую, общительную и сексуальную женщину, которой я пытаюсь стать.
К тому же у меня в сумочке лежит поддельное удостоверение личности, благодаря моей невероятно ответственной старшей сестре.
— Мне нечего надеть, — говорю я, доставая из сумки пару свитшотов, которые принесла, чтобы переодеться после смены.
На лицах девочек появляются взволнованные улыбки, прежде чем Харпер делает шаг вперед и протягивает мне руку.
— Девочка, тебе не о чем беспокоиться. Доверяешь нам? — Ее глаза сверкают чем-то озорным, заставляя бабочек порхать в моем животе.
— Нет. Ни капельки, — признаю я.
— Наверное, это разумно, — смеется Харпер, но все же берет меня за руку и тянет к гримерным стойкам, вокруг которых они столпились.
— Сядь, — требует она, надавливая на мои плечи, не оставляя мне выбора, кроме как выполнить приказ.
Мой светлый парик аккуратно снимают с головы, а мои темные волосы отпускают, прежде чем Алисса подходит ко мне с косметической салфеткой в каждой руке, чтобы очистить мою кожу от косметики, которая была нанесена перед тем, как я провела ночь в этой клетке.
— Ну вот, — говорит Наоми, присоединяясь к вечеринке со своими руками, полными косметики. — Что мы собираемся делать?
Все некоторое время изучают меня, прежде чем Харпер раздает инструкции, и все приступают к работе.
И должна сказать, что когда через десять минут они все сделали шаг назад, я была впечатлена. Я выгляжу как… я.
Я больше не стриптизерша и не застенчивая. Я новая, уверенная в себе, независимая женщина, которая готова взять этот город штурмом. Может быть.
Если я буду повторять себе это, то в конце концов это сбудется.
— А теперь раздевайся, — требует Наоми и бросается к своему шкафчику, в котором, я уверена, больше одежды, чем в моем домашнем гардеробе. — У нас примерно одинаковый размер, так что… — Я вдыхаю, надеясь, что все, что она вытащит, будет иметь достаточно ткани, чтобы считаться одеждой. Я видела, в каких нарядах она входит и выходит из этого места.
— Да, — кричит она, заставляя меня нервно сглотнуть.
Но, к моему удивлению, когда она протягивает его мне, я не испытываю к нему полного отвращения.
— Отлично. Возьми чистые трусики и давай начнем вечеринку, — говорит Харпер, доставая из своей огромной сумки горсть миниатюрных бутылочек и раздавая их.
— Может, нам стоит забрать их с собой? — спрашиваю я, как хорошая девочка, которой я привыкла быть.
Танцорам не разрешается пить во время смены, по более чем очевидным причинам, и мне кажется, что нарушать эти правила как-то неправильно.
— Мы закончили на сегодня. И это не значит, что мы нюхаем кокс на стороне.
Мои глаза расширяются. — Ты это делаешь?
— О, милая. Нам будет очень весело, — поддразнивает Наоми.
***
Час спустя я выхожу из примерочной с высоко поднятой головой и не одной миниатюрой, плывущей по моим венам.
Короткий комбинезон в горошек, который Наоми решила надеть на меня, сидит идеально, и выглядит он отлично. Даже если мне пришлось обойтись без бюстгальтера, так как он совсем без спины.
Мои стриптизерские туфли на каблуках, к счастью, были заменены белыми туфлями на высоком каблуке, которые удивительно хорошо смотрятся с костюмом.
  
Я чувствую себя хорошо, а благодаря тому, что Харпер и Алисса обнимают меня, я чувствую, что принадлежу им.
Это пьянящее чувство.
Мы направляемся к заднему выходу, где нас ждет машина. Судя по всему, мы едем в «Авеню». Я там никогда не была, но слышала, как Блейк рассказывала о нем.
Охрана смотрит на нас с интересом, хотя ни одна из них не осмеливается сделать шаг.
— Добрый вечер, дамы. Готовы начать ночь, как мы видим? — Ричи говорит со своим глубоким шотландским акцентом.
— Готовы, детка. Во сколько ты заканчиваешь? Тебе стоит присоединиться к нам, — предлагает Харпер, одаривая его кокетливой улыбкой.
— Если бы. Я на смене до пяти, чтобы убедиться, что все эти озабоченные засранцы добрались до дома в целости и сохранности.
— Скучно, — ноет Алисса.
— Может, в следующий раз?
— Попробуй меня остановить, — поддразнивает Ричи в ответ.
И он, и Стив поворачиваются, чтобы открыть двойные двери для выхода, и в ту же секунду меня обдает волной прохладного вечернего воздуха, и на меня обрушивается реальность.
— Черт. У меня нет телефона, — ругаюсь я, вырываясь из их рук.
— Иви, — хнычет Наоми, выпячивая нижнюю губу. — Я хочу веселиться.
— Иди садись в машину. Я буду через две минуты.
Я бегу обратно по коридору.
Я нахожу его именно там, где оставила, на стуле, чтобы забрать, как только закончу с подготовкой, но они отвлекли меня своим волнением.
Несколько человек смотрят, как я вбегаю, хватаю его и снова выбегаю, но никто ничего не говорит.
Коридор погружается в тишину, когда я спешу обратно к дверям, и я обнаруживаю, что Ричи уже ушел, оставив Стива одного чтобы открыть их для меня.
— Спокойной ночи, — кивает он, прежде чем захлопнуть за мной дверь.
Темнота окружает меня, и по коже сразу же бегут мурашки.
Раньше здесь был яркий фонарь, чтобы мы могли видеть, куда едем, но он взорвался неделю назад, и никто не удосужился его заменить.
Гул мотора за углом доносится до моих ушей, и я набираю скорость, более чем готовая к тому, чтобы оказаться запертой внутри и подальше от этой темноты.
Все может случиться…
Сердце подскакивает, и крик рвется из горла, но его заглушает рука, закрывающая мне рот.
Пальцы впиваются в мою руку, когда меня тащат назад и прижимают к шершавой стене клуба.
Страх превращает мою кровь в лед, и я с трудом втягиваю носом воздух, который мне так необходим.
Передо мной вырисовывается темная фигура. Он огромен, возвышается надо мной по меньшей мере на фут, и к тому же он широкий. Слишком большой, чтобы даже пытаться от него отбиться. Даже если бы я знала, с чего начать.
Блейк уже много лет ходит на занятия по самообороне в рамках своей подготовки, и она всегда ныла, чтобы я присоединилась к ней. Теперь я задаюсь вопросом, почему я никогда не принимала ее предложение.
Его горячее дыхание обдает мое лицо, пока я трепещу в его объятиях.
Я хочу умолять, просить, что угодно, лишь бы заставить его отпустить меня, но я бессильна.
Но именно тогда, когда я думаю, что случится самое худшее и меня найдут здесь, когда взойдет солнце, мертвую и измученную, он наклоняется вперед, и на меня обрушивается осознание.
13
АЛЕКС
— Похоже, я наконец-то нашел тебя. Тебя не так-то просто выследить, Лисичка.
Как только она узнает меня, она расслабляется.
Но я нет.
Я не ослабляю хватку. Вместо этого я делаю то, что хотел сделать всю эту гребаную ночь. Я подхожу ближе, прижимаюсь к ней всем телом и прижимаю ее к стене.
В ее горле раздается хныканье, когда она чувствует, как мой член упирается ей в живот.
— Не строй из себя невинность, воровка. Я наблюдал за тобой всю ночь. В твоем теле нет ни одной невинной косточки. Каждый гребаный парень в этом месте сегодня ночью был из-за тебя твердым.
Она пытается покачать головой, но у нее ничего не выходит, так как моя рука все еще зажимает ей рот.