Неунывающий Рон (СИ)
Итак, философский камень Фламеля был действительно редкостной гадостью. Воплощенном в материальный мир куском души, что-то типа того же крестража. Он действительно мог продлять жизнь или производить трансмутацию вещей в золотые – вот только для этого ему была нужна особая энергия, энергия смертей магов. И он мог собирать ее на достаточно большой площади – тот камень, что хранился в банке, накрывал по площади почти всю Британию. Вот только маги, заразы такие, умирали редко, да и чем старше волшебник, тем меньше он этой энергии отдавал. Отдел Тайн предполагал, что вообще за всеми магвойнами торчали уши Фламеля – но доказательств не было. Просто именно ему было выгодно. Чтобы гибли молодые, здоровые волшебники, давая ему по максимуму ту самую энергию.
Самого Фламеля найти было невозможно. Старый паук скрывался не одно столетие, в большинстве стран находясь вне закона. Теперь к этому списку прибавилась и Британия. Может, его и прибьют – громко или втихаря, не важно, может и нет, но пакостить ему станет намного сложнее.
Дамблдор о планах Фламеля не знал, считая самого себя главной лягушкой в этом болоте, веря в пророчество Трелони и действуя исходя из этого. То есть готовился противостоять Темному лорду, когда он возродится.
Был еще один нюанс, связанный с Дамблдором и сильно смущающий меня в каноне. То, как он действовал при стычке с Волдиком в Министерстве. Вообще, не личное противостояние, а взращивание Героя… Дамблдор не мог убивать. Вообще. Не мог даже сделать такую попытку, даже защищая свою жизнь или жизни невинных. Мог только защищать или пытаться пленить. Его сила в светлой магии, его погруженность в нее давали вот такой странный бонус, о чем мне и поведал мистер Джонс. Впрочем, сильное погружение в любую отрасль магии одновременно и усиляло, и ослабляло…
Дар я практически утратила. Я все еще видела ореол у проклятых вещей, но воздействовать на них больше не могла. Заодно и отмежевалась от дара прорицателя – которым на самом деле никогда и не обладала. Став тем самым совершенно не интересной Отделу Тайн… Да и прочим личностям тоже. А вот моя Грань, связанная с изучением нового и анализом информации, на мой взгляд даже усилилась… Но об этом я промолчала.
История Темного лорда и мальчика-который была закончена. А мне предстояло еще придумать, что я буду делать дальше…
Эпилог
16 лет спустя.
– Рита! Любовь моя, ты все хорошеешь и хорошеешь. – Я, чуть наклонившись, чмокнула в щечку самую язвительную писаку всех времен и народов. – Все-таки решилась заглянуть в нашу скромную обитель?
– Ох, Рональд, ты все только обещаешь и обещаешь… К сожалению. – Чуть хмыкнув, Скитер тоже демонстративно расцеловала меня в обе щеки.
Познакомились мы, как и в каноне, на турнире трех школ. И сразу нашли общий язык, видимо, против душевного родства не попрешь… И эксклюзивных артефактов, благодаря которым ее репортажи вознеслись на небывалую высоту. Хорошие отношения с прессой того вполне стоили. Эх, ну и отжигали мы все наши семь лет учебы… Люблю я Ритусика. Она меня даже соблазнить пыталась… Пару раз.
– Вот не надо! – Я погрозила ей пальцем. – Я люблю тебя чисто и искренне… Как сестру.
– Чисто платонические чувства, угу. – Рита вздохнула с чуть слышным сожалением. – А ты слышал последнюю сплетню? Мол, ты у нас вроде как зоофил?
– А чего еще оставалось ждать после развертывания мной магзоопарка? Геем меня уже ославляли, импотентом тоже.
– А чего еще ты ждал? Девушками не интересуешься, юношами тоже. – Рита расхохоталась. – Такой красавчик, даже у меня сердечко порой еркает, а ни с кем ни-ни.
– Так может, я просто хорошо скрываюсь!
– Да если бы ты хоть кем-то заинтересовался, я первая на главной странице крупным шрифтом бы это напечатала. Самый завидный жених британских островов… – Лицо Риты приняло чуть мечтательное выражение.
Увы мне, увы. Я действительно выросла редкостным красавчиком, что каждое утро подтверждало подлизывающееся ко мне зеркало. Плюс мое личное, независимое от Рода, состояние, давно превысило шестинулевой баланс. Ключевой момент тут слово «выросла». У меня так и не получилось переключить сознание, хотя одно время я целенаправленно пыталась это сделать. Когда-то я читала неподтвержденную теорию, что девочки всегда подсознательно хотят быть красивыми, а их магия постепенно исполняет это затаенное желание, поэтому некрасивых ведьм просто не бывает. Может, ко мне это тоже относилось? Гормональный подростковый шторм меня минул, тело оставалось абсолютно асексуальным, меня не интересовали ни девочки, ни, тьфу-тьфу, мальчики. Может, причиной стало то эмоциональное выгорание, может, нет, но сейчас, когда мне стукнуло уже двадцать восемь, меня можно было смело называть идейным девственником.
– Я, может, себя для невесты берегу, вот!
– Ну-ну, Рончик, ты ведь, когда определишься, сообщишь мне первой? Ты же не лишишь тетушку Риты такой сенсации?
– Я тебя даже на свадьбу приглашу. Ну, когда назначу, само собой.
– Само собой, само собой. – Скитер улыбнулась чуть ехидно. – Ну, хотя бы сюда пригласил тетушку Риту первой. Итак, отчего такая таинственность и закрытость от прессы? Что скрывает в своих стенах самое престижное в мире и единственное в Великобритании частное высшее учебное заведение для магов?
Я демонстративно откашлялась и протянула Рите широкие очки с радужными стеклами.
– Артефакт?
– Да, работы нашего мастера. Одевай, Ритусик.
– Вау!
– Совершенно согласен.
Рита сняла очки и вновь их надела.
– Что это за зачарование?
– Дополненная реальность. Без таких очков просто не понять специфики нашего заведения. Вот еще одни для твоего сопровождающего и специальная насадка на камеру. Позволит фотографировать то, что ты видишь через очки.
– Очень, очень интересно. – Пока сопровождающий ее оператор прикручивал светофильтр, Рита еще несколько раз сняла и надела очки. Я вполне понимала ее реакцию. При одевании очков прямо перед глазами возникали ажурные ворота с надписью: «Высшая Академия Магии», а аккуратные аллеи обретали яркие указатели.
– Самый первый и простой вопрос – где именно расположена Академия и почему сюда так долго был закрыт доступ представителям прессы?
– Складка пространства… С достаточно хорошим расширением. – Я мило улыбнулась. – И закрыта для прессы она была именно поэтому. Частное владение со своими секретами – это не то, что стоит выставлять напоказ.
– И что изменилось сейчас?
– Успешность. Мы сделали всего три выпуска, но уже сейчас можно утверждать, что наши выпускники могут стоять вровень с самыми маститыми профессорами соответствующих дисциплин и даже превосходить их. Они самые желанные гости во множестве исследовательских лабораторий, частных и государственных компаниях, они востребованы как преподаватели в ряде учебных заведений, ими сделано множество мелких и крупных открытий, а также получен ряд важных патентов. Уже сейчас конкурс на следующий набор превышает тридцать человек на место.
– Потрясающе! Насколько мне известно, выпускники Хогвартса имеют преимущество при поступлении?
– Да, мы сотрудничаем с Хогвартсом. – Я кивнула. – Половина мест зарезервированы для его выпускников.
– И с чем это связано?
– Разумеется, с тем, что Хогвартс широко использует наши учебные пособия. Таким образом, его ученики прекрасно осознают те нюансы, на которых мы считаем нужным заострить внимание.
Физиономия Риты приняла скептическое выражение, но она все же переключилась на другую тему.
– И в чем причина вашей успешности?
– Совершенно новый подход к образованию и исследованиям. Синтез магии и магловских знаний. Упор на наработку практических навыков. – Мы неторопливо пошли по одной из аллей. – Первый год наши студенты тратят на расширение кругозора и выбор дальнейшей специализации. Хотя, бывает, к нам приходят уже с конкретной целью, тогда можно скорректировать график занятий.