Чужой престол (СИ)

Он невольно задумался: а что, если его чувства угасли, потому что он не навещал Каролину? Хотя нелогично — в таких случаях всё, наоборот, должно обостряться, а у него слегка затухло. Но теперь, лёжа в постели с Каролиной в обнимку, Огден ощущал, как прежнее состояние возвращается.
Как же было хорошо! Совсем не хотелось никуда уходить.
— Ты не говорил с Роландом? — прошептала Каролина, касаясь губами кожи Огдена в области ключицы. — По поводу принцессы…
— Пока нет, — вздохнул король и слегка поморщился: не хотелось думать о своём прежнем плане. Хотя в эту секунду он казался не таким уж и безнадёжным. Слишком уж рядом с Каролиной уютно и спокойно. Огден сомневался, что с принцессой будет так же. — Не хочу торопиться. Пусть получше влюбится.
— Мне кажется, они оба недостаточно влюблены, раз не стремятся друг к другу, — проворчала Каролина. — Я несколько раз намекала Анастасии на чувства Роланда, но не заметила, чтобы она желала что-то предпринимать.
— А что она может, Каро?
— Да всё! По сравнению со мной уж точно. Она ведь принцесса. И нужна тебе, я понимаю. Могла бы уже давно поставить вам с Роландом ультиматум, что будет только так, как она хочет, и всё тут. А она что-то осторожничает.
Огден улыбнулся. Да, Каролине в силу её простоты казалось, что это элементарно: взять и приказать королю и канцлеру другой страны танцевать под определённую мелодию. Ты, Огден, будешь фиктивным мужем, а жить я буду с Роландом.
Для принцессы это как-то неделикатно. Естественно, её мог бы уговорить на подобное Фокс, но обращаться к нему сейчас чревато непониманием. Да и пойдёт ли канцлер на такое, даже безумно ревнуя понравившуюся девушку? Роланд всё-таки слишком разумен и не склонен к безумствам, кроме того, он привык к своему безнадёжному положению и на счастливую любовь не рассчитывает в принципе. Будь он обычным мужчиной, вероятно, уже не выдержал бы. А Фокс предпочёл отойти в сторону и ни капли не бороться за внимание принцессы.
— Да, возможно, они не настолько сильно влюблены, как нам хотелось бы, — признал Огден, проводя ладонью по обнажённой спине Каролины. — Но заставить их влюбиться сильнее мы не можем. Забудь об этом, Каро. Лучше иди ко мне…
.
Ещё спустя час, поколебавшись, Огден всё-таки отправился в гостевое крыло. Нашёл комнату, в которой жил Морган Рид, и, постучавшись, вошёл внутрь.
Время было ещё не позднее, поэтому спать никто не собирался, но одна из постелей тем не менее была разобрана — точнее, её как раз застилал артефактор, взбивая подушку. А за небольшим столом возле окна сидел врач Анастасии и читал какую-то книгу. Заметив, кто вошёл в комнату, Ортего тут же перестал заниматься кроватью, а Морган оторвался от чтения и, смерив Огдена внимательным взглядом, понимающе кивнул.
— Сейчас посмотрю. Садитесь пока, — Рид освободил королю собственное место. Огден опустился на стул, чувствуя себя глупо, пока Морган делал то же, что и в первый раз, а хмурый Риан, восседая на своей постели, смотрел на это всё, не говоря ни слова. Одеться до конца он так и не удосужился — был в одних брюках, с голым торсом.
— Вы спите в неподходящее время, Ортего, — произнёс Огден, лишь бы разбавить тишину в комнате. Плюнул в подставленную Морганом миску и усмехнулся. — Это надо делать ночью, а не днём. Вы не заболели?
— Нет. Просто ночью были другие… хм… дела. Вам ли не понимать? — пожал плечами Риан и многозначительно улыбнулся — у Огдена от этой улыбки даже в желудке засосало. На что он намекает? Уж не с Анастасией ли он был? Она ведь тоже плохо выспалась.
Заподозрив неладное, Огден едва не пропустил слова Рида:
— На вас ничего нет, ваше величество. Чисто.
— Да? — он удивился, и тут же сам устыдился своего удивления. — Надо же. Я просто был уверен… Понимаете, мои чувства к Каролине изменились.
— Так бывает, — пожал плечами Морган. — Чувства имеют свойство меняться. Тем более что вы начали меньше общаться с ней, а больше — с принцессой. Она всё-таки очаровательная девушка, это даже я вижу.
— Даже вы? — кашлянул Огден и не удержался от подколки: — А вас не интересуют девушки?
 
— Моргана никто не интересует, — фыркнул Риан язвительно. — Ни девушки, ни юноши. Он предпочитает справляться в одиночку.
— Риан! — строго рыкнул на парня Рид, но в уголках его сурово сжатых губ появился намёк на улыбку. — Извините, ваше величество.
— Ничего страшного. И всё-таки… Точно ничего нет?
— Абсолютно ничего.
— Значит, я действительно люблю Каролину — это не шаманская магия?
— Я бы сказал иначе — вы влюблены в Каролину, но при этом вам и Анастасия нравится. Обе девушки нравятся. Так бывает.
— Точно-точно, бывает, — закивал Риан с важностью. — По себе знаю. А вот когда любовь, то там без вариантов — либо она, либо никто.
— Это вы уже чисто теоретически, да? — усмехнулся Огден, вставая из-за стола. — В книгах читали?
— Почему же, нет, — ответил артефактор и развёл руками. — Я любил и, пожалуй, до сих пор люблю, но она предпочла мне другого человека. Так тоже бывает. Вот, кстати! Вы бы подсуетились, ваше величество, а то скоро окажетесь на моём месте.
— Риан! — вновь рявкнул Морган, но тот только плечами пожал.
А Огден почувствовал, как в сердце ярко и жарко вспыхивает ревность — потому что было непонятно, кого Ортего имеет в виду: канцлера или себя?
Анастасия
Роланда она не видела до самого ужина. Не пошла и на совещание с комиссией министерства финансов, решив, что это всё-таки слишком для неё, да и им с канцлером лучше пока не видеться.
После разговора с Морганом отчего-то стало легче, хотя ничего конкретного шаман не сказал, но было в их диалоге что-то, успокоившее Анастасию. Возможно, та самая предопределённость — она значила в первую очередь то, что не нужно куда-то бежать и принимать решение прямо сейчас, а можно просто подождать. Пусть Роланд думает. Может, и додумается до чего-нибудь? В конце концов, почему бы и не попросить Огдена отпустить его? Не сегодня, а через пару лет, когда король освоится. Хотя… в таком случае, если рядом с Огденом не будет Анастасии, ему грозит опасность. Даже если Тедеона и Грегора к этому времени уже не останется в живых — всегда могут найтись личности, которые считают, что достойны трона больше правящего монарха.
Демоны! Как ни крути — везде тупики. Как же должна вывернуться судьба, чтобы всё получилось именно так, как надеется Анастасия? Ну не хочет она остаться без Роланда, и неважно, кем он при этом будет — хоть канцлером, хоть дворником, хоть… королём.
На ужин он всё-таки пришёл, но, так как Роланд отлично умел держать лицо, по нему ничего невозможно было сказать. Спокойный, уверенный в себе человек, вежливый и обходительный, он разговаривал со всеми бесстрастно и легко. Даже если обращалась к нему принцесса — не отводил взгляд. Единственное, что заметила Анастасия, — ни разу за весь ужин Роланд не начал разговор сам, только отвечал на расспросы, и казался порой задумчивым.
А поздно вечером, когда к принцессе заглянули Риан и Морган, она узнала о покушении — и похолодела, осознав, что, если бы не расторопность канцлера и не наличие у него в комнате потайного хода, она могла больше никогда не увидеть этого мужчину.
— Молчал бы ты лучше, — журил её брата Морган, пока Анастасия сидела в кресле и молчала, осмысливая краткий рассказ Риана. — Чего принцессу беспокоишь? Эрнест разберётся.
— Разберёшься тут, — хмыкнул бывший принц. — У меня порой ощущение, что все вокруг что-то замышляют. Да и у Эрнеста возможности ограничены. Одно дело — ресурс всего дознавательского комитета, и совсем другое — несколько специалистов, которых Эрнест с собой привёз. Лучше пусть Тасси знает про опасность для канцлера и глядит в оба. Кто-то же подбросил ему этот артефакт! Мало ли, что там ещё у этих заговорщиков на уме. Сегодня канцлер, завтра принцесса.
— Сделай ему защитный амулет, — наконец отмерла Анастасия. — На моей крови. Конечно, это не то же самое, что на крови дяди Арена, но…