Чужой престол (СИ)

Если она уедет, шансы Огдена остаться королём начнут стремиться к нулю. От него отвернутся в том числе самые верные его сторонники, потому что правитель, который не может жениться для пользы страны, — никчёмен. И даже Роланд будет согласен с этими утверждениями.
Что случится, если Анастасия покинет Альтаку, Фоксу было сложно спрогнозировать, но однозначно Тедеон и Грегор попытаются вернуть утраченные позиции. Для понимания этого даже шаманы не нужны — очевидный факт. И вряд ли королевская гвардия их не поддержит. Начальник гвардии, как Роланду всегда казалось, симпатизирует Тедеону. Вслух он об этом не признавался и вообще никак не показывал, так что это мнение основывалось у Фокса исключительно на внутренних ощущениях, которые тем не менее редко его подводили.
В подобных условиях слишком сближаться с Анастасией нельзя. Ей нужен друг — им и надо быть. А остальные желания следует засунуть себе в любое отверстие на выбор — и забыть, забыть, забыть!
Комната канцлера находилась на два этажа выше, чем королевские покои, в коридоре, который назывался гостевым. Поэтому периодически, когда в Мальтеран приезжали с визитом делегации из разных стран, соседями Роланда временно становились самые разные люди, порой и очень специфические. Но чаще всего коридор пустовал — никого здесь не было, кроме стражников с обеих сторон, возле лестниц.
Сегодня дежурили парни, с которыми Фокс давно был знаком, — из тех, кто никогда не гнушался желать канцлеру доброго утра или вечера, и уж тем более здоровья. Что тому причиной, он не знал. Может, обыкновенная признательность? Одному из них канцлер помог получить для тяжелобольной матери дорогостоящее лечение, другому посоветовал хорошего законника, чтобы тот защитил в суде интересы его брата, вляпавшегося по глупости в историю. Ничего особенного, но порой и этого хватает, чтобы расположить к себе. Анастасии, в конце концов, понадобилось ещё меньше.
— К вам тут пришли, — хмыкнул один из гвардейцев, поздоровавшись. — Точнее, пришла. Девушка какая-то.
— По-моему, из числа фрейлин, — закивал второй, и Роланд сразу понял, о ком идёт речь.
Скорее всего, Элиза. Она и в театре вела себя слишком навязчиво. Но ей-то что? Канцлер для неё как экзотическое животное — интересно погладить, но держать поблизости не станешь, потому что хлопотно.
Он оказался прав, и неподалёку от двери в его комнату, рассматривая натюрморт на стене, застыла Элиза. Симпатичная девушка, хотя, на вкус Роланда, лицо у неё было всё-таки слишком мышиное — мелкие черты лица, вздёрнутый нос. Но в целом…
И он, возможно, даже и не сопротивлялся бы так, если бы не отчётливое понимание, что проблемы ему не нужны. Особенно сейчас. А Элиза может создать их легко и непринуждённо, если начнёт всем подряд разбалтывать про связь с канцлером. Анастасия после такого наверняка замкнётся в себе.
— Роланд! — воскликнула Элиза радостно, заметив наконец мужчину. — А я вас ждала.
— Зря, — ответил он спокойно и строго, качнув головой. — Не следовало.
— Но…
— Элиза, я ведь уже говорил, что вам следует выбрать другого человека. Я не подхожу.
— А может, вы позволите мне решать самой? — она красиво изогнула изящную ниточку светлой брови и, подойдя ближе, положила руки канцлеру на плечи.
Смело.
— Может, тогда и вы позволите мне решать самому? — хмыкнул Роланд и отошёл в сторону, из-за чего Элиза недовольно сузила глаза.
— Я не понимаю, отчего вы так упорствуете? Вы разве избалованы женским вниманием? Я прекрасно знаю, что нет! Или вы считаете, что я могу быть заодно с теми, кто не хочет, чтобы Огден продолжал править? Но это глупо!
— Нет, я ничего подобного не считаю. Просто мне не нужны отношения с девушкой, которая живёт во дворце.
— У вас есть кто-то в городе? — удивлённо переспросила Элиза, и Роланд кивнул с чистой совестью. «Кто-то» — понятие расплывчатое. Кто-то у него точно был — целый бордель различных девиц, например. На любой вкус.
— Обратите внимание на кого-нибудь ещё, — вздохнул Фокс, чувствуя невнятное раздражение от упорства этой девушки. Ну не влюбилась же она? Просто захотела. Что ж, это бывает. Но со временем проходит. — Во дворце много интересных мужчин. Вы их даже с собой привезли. Риан Ортего, например.
 
— Мне нравитесь вы, — с нажимом произнесла Элиза, но Роланд решил, что этот бесполезный диалог пора заканчивать — отодвинул девушку в сторону и, сказав ей твёрдое: «Спокойной ночи», открыл дверь и ушёл в свою комнату.
.
Прошло минут пять, а может, и меньше — Роланд не успел ни раздеться, ни уйти в душ, решив для начала выпить чаю, — когда в дверь тихо и робко постучали. Он бы предположил, что это Элиза, но зачем в таком случае было томиться под дверью пять минут? Стучала бы сразу. Скорее всего, всё же не она.
У Фокса, в отличие от Огдена, Анастасии и остальных венценосных особ, комната была всего одна — гостиная, она же спальня, но большего ему и не требовалось. Кроме того, у него, так же, как и у прислуги, стоял простой немагический чайник — чтобы в любой момент можно было сделать себе чаю и никого не звать. Хотя артефакт для вызова охраны или служанки у Роланда, конечно, имелся. Но канцлер им почти не пользовался и даже не проверял, не разрядился ли тот. Надо бы посмотреть, но у Фокса всё не хватало на это времени.
Канцлер встал с кресла, подошёл к двери и, распахнув её, с удивлением выдохнул:
— Каролина? Ты что здесь делаешь?
Девушка смущённо улыбнулась и пробормотала:
— Добрый вечер, Роланд. Я пришла поговорить.
— Заходи, — кивнул Фокс, пропуская бывшую невесту Огдена внутрь.
Они с Каролиной давно были на «ты» — конечно, наедине или в обществе Огдена, не на людях, — и в целом Роланд неплохо относился к девушке, даже жалел. Она стала разменной монетой в чужой игре. Сейчас Каролина ещё оставалась во дворце, но кто знает, что будет завтра?
Девушка прошла вперёд, к столику и креслам, и опустилась в одно из них. Окинула быстрым взглядом горячий чайник и чашку, в которой тёмным янтарём переливался густой и крепкий чай — канцлер любил именно такой, — и поинтересовалась:
— А мне можно?
— Чаю? — уточнил Роланд, и девушка кивнула. — Да, сейчас сделаю. Ты пока рассказывай, с чем пожаловала. Кто-то обидел?
Несмотря на то, что Фокс считал Каролину лишней фигурой в их шахматной партии и точно вздохнул бы с облегчением, вздумай Огден её отослать, — конечно, при условии, что он не станет навещать девушку, — но в то же время канцлер не хотел, чтобы Каролину обижали. Пока не осмеливались — всё-таки фаворитка короля.
— Нет, — помотала головой бывшая невеста Огдена. — Никто не обижал. Я хотела спросить у тебя… Как ты думаешь, что со мной будет дальше?
От неожиданности и удивления Роланд едва кипяток не разлил.
Каролина подобных вопросов раньше не задавала, плыла по течению, исполняя всё, что говорил Огден. Захотел перевезти её во дворец — она переехала, задумал поселить напротив — вновь не возражала. И никогда, ни разу, не интересовалась — а что, собственно, потом?
Но ведь и Анастасии во дворце раньше не было.
— Давай обсудим, — произнёс канцлер, поставив перед Каролиной чашку, и сел в соседнее кресло. — Не пей сразу, подожди, пока заварится и остынет немного.
— Хорошо. Жаль, что у тебя никаких пирожных нет, я бы съела сейчас…
— Увы, — развёл руками Роланд. — Я не слишком люблю сладкое, ты же знаешь. Что касается твоего вопроса… Я ничего не могу гарантировать, понимаешь?
— Понимаю, — подтвердила Каролина серьёзно. — Но мне хотелось бы понимать хоть что-то. Пока у меня сложилось впечатление, будто Огден рассчитывает и дальше играть в эту странную игру — с одной стороны, у него будет принцесса-жена, с другой — простушка-любовница. Но даже я — простушка — за сутки разобралась, что её высочество на такое не пойдёт никогда. А если Огден её обманет, она с милой улыбкой засунет его в лабиринт и скажет, что так и было.
Роланд даже улыбнулся — настолько яркий образ получился у Каролины. Хотя на самом деле весёлого ничего не было, девушка права.