Прекрасное табу (СИ)

— Стас…
— Это конечно не резвый жеребец, — усмехнулся он, — но до пункта назначения донесёт нас быстрее ветра. О Плюшике не беспокойся, — улыбнулся он. — Кира о нём позаботится.
— Сговорились значит, — прищурилась я с улыбкой. — Но как же… а вещи? — я опустила взгляд на своё вечернее платье и туфли на шпильках.
Стас прижал меня к себе и поцеловал.
— Я обо всё позаботился, — он кивнул в сторону машины, и я увидела, как Владимир уже достал дорожную сумку и несколько пакетов из магазинов и понёс их в самолёт. — Если честно, то ближайшие два дня я планирую любоваться тобой исключительно без одежды.
Ничего не ответила, прильнула к моему рыцарю и, обхватив ладонями шею, поцеловала. Мне было плевать, что нас увидит его водитель. Раз он здесь, у самолёта, значит Стас уже не скрывает нашу связь. Если честно, мне вообще было плевать, что подумают обо мне другие. Важно было только как это отразится на Стасе. Не хотела, чтобы это повлияло на его развод.
Мы куда-то летим, вдвоём. Куда — не важно. С ним я готова была лететь хоть на край света. Там нашему счастью уж точно бы никто не помешал. Но увы и ах, это невозможно. У него есть обязательства, жизнь, дочь, компания. Всё бросить — это фантазии, не совместимые с реальностью.
Меня охватила эйфория от предвкушения. Неожиданное путешествие вместе с любимым мужчиной, где мы сможем быть только вдвоём — это самый прекрасный подарок и совсем неподходящий момент для моего признания Стасу.
Ещё вчера хотела с ним поговорить, всё рассказать, но новостью о ребёнке он перечеркнул мою решимость. Вчера я на миг подумала, что лучше оборвать наш роман, расстаться. Готова была пережить болезненное расставание, чтобы не причинить боль и разочарование Стасу. Я уже убедила себя, что моё признание сильно ударит по нашим отношениям, что моя связь с Соколовским ляжет грязным пятном на мой образ в глазах моего рыцаря. Не была уверена, что он сможет меня также любить и также трепетно относиться после моего признания.
Поднявшись в самолёт, где нас встретила стюардесса в элегантной форме, я восхитилась красотой и оценила комфорт лёгкого бизнес джета, который был полностью в нашем единоличном распоряжении. Мягкие большие кресла и диван, обитые бежевой кожей, отделка и столики из лакированного дерева, ковровое покрытие, бар с разнообразными напитками — всё было сделано со вкусом и для удобства богатых пассажиров. Даже аромат в этом самолёте стоял невероятный. Чувствовались нотки сандала. Давно знала про этот приём — благородный, тёплый, глубокий аромат сандалового дерева с нежно-сливочными нотками и оттенком красного-дерева часто используют в элитных бутиках и салонах самых дорогих автомобилей. Он воздействует на мозг человека, заставляя тратить больше денег.
Когда мы устроились в удобных креслах к нам вышел капитан судна, дружелюбно поприветствовал, познакомил со стюардессой и пожелал комфортного полёта.
Двигатели зашумели. Ремни пристегнули. На взлёте Стас взял меня за руку и поцеловал ладонь. Не выпуская мою руку, нежно посмотрел на меня.
— Устала?
— Немного, но это неожиданное путешествие сняло мою усталость. Я возбуждена. Тебе удалось меня приятно удивить, — улыбнулась и, склонившись к нему, чмокнула в губы.
— Лететь недолго. Чуть больше часа. Когда взлетим — вздремни, — поцеловал меня и, улыбнувшись, прошептал: — Потому что на месте я спать тебе не дам.
— М-м-м, звучит многообещающе, — прошептала и, закусив нижнюю губу, прищурилась. — Ты уверен в своих силах?
— Ещё как. Я так хотел этого, что не смог терпеть до нашего свадебного путешествия. В связи со сложившимися обстоятельствами так долго я не выдержал бы. Вот и решил устроить нам романтический уикенд.
— А говорил, что романтик в тебе умер, — тихо рассмеялась. — Настоящий рыцарь. Люблю тебя, — снова его поцеловала.
— С тобой я снова стал таким. Ты была права насчёт брони, — он взял пальцами мой подбородок. — Ты пробила мою броню, помогла скинуть доспехи и я весь твой. Обнажённый до нервов. Оголённый душой, — Стас прижал мою ладонь в своей груди. — Слышишь моё сердце? — мы смотрели в глаза друг другу, близко, обдавая губы горячим дыханием. — Без тебя оно теперь перестанет биться. С тобой я словно ожил, вернулся из забвения, научился снова любить, — он слегка мотнул головой. — Нет, не так… Я понял, что раньше вообще не любил по-настоящему. Всё познаётся в сравнении. Так говорят?
 
Голос Стаса дрогнул, словно он волновался. Впервые его видела таким. Он сейчас выглядел так трогательно, как юноша, делающий признание впервые. И от этого нежность переполнила меня. Мне хотелось поделиться с ним ею, окутать, зацеловать, заласкать, залюбить, крепко обнять и не отпускать.
Из динамика раздалось сообщение, что мы взлетели и можно отстегнуть ремни безопасности. Отвлёкшись, Стас прочистил горло, отстегнул свой ремень, потом молча сделал тоже самое с моим, а я смотрела на него в недоумении. Он словно пытался скрыть своё волнение или готовился что-то сказать, пользуясь моментом. Закончив свои манипуляции. Он посмотрел мне в глаза и после двухсекундной паузы продолжил:
— Соня… — снова смолк. — Хочешь чего-нибудь выпить?
— Мне показалось, что ты хочешь сказать что-то или спросить, — на самом деле я немного запаниковала: «Вдруг он что-то узнал сам обо мне и Соколовском и не знал, как задать вопрос?»
— А, да… — Стас нервно сглотнул и снова сжал мою руку в своей тёплой ладони. — Ты знаешь, что я, как и многие мужчины, о чувствах говорить не мастер, — усмехнулся. — И я примерно знаю, что ты сейчас скажешь. Знаю, что я ещё не разведён, у меня есть дочь и скоро я снова стану отцом, но это не отменяет моих чувств к тебе. Я хочу быть с тобой. Я уже не смогу без тебя… — он отпустил мою руку и запустил свою во внутренний карман пиджака вечернего костюма. — В общем, я делаю тебе официальное предложение стать моей женой.
Перед моими глазами предстала маленькая коробочка, которую Стас открыл. В освещении салона камень на кольце из белого золота засиял всеми цветами радуги. Он не был вульгарно большим и кричащим, но квадратная огранка «Радиант» делала его экстравагантным и передавала всю красоту и блеск камня. Хоть я и не была фанатом бриллиантов и вообще дорогих украшений, но даже я смогла оценить его красоту. Но не это было важно.
Я была ошарашена таким официальным предложением, поэтому пыталась отвлечься мыслями о камне в кольце. Сердце участило ритм, в животе зародилось волнение. Я нервно облизнула губы и посмотрела в глаза Стасу, который все секунды моего замешательства выжидательно не отрывал от моего лица взгляд.
— Стас… я… Ты с ума сошёл, — пыталась скрыть волнение улыбкой. — Такие траты: частный самолёт, кольцо… и… это предложение… Зачем? Боже, что я несу… — я прислонила руку к лицу и сквозь пальцы снова посмотрела на мужчину.
— Ты волнуешься? — с улыбкой спросил Стас. — Мне даже стало легче, — рассмеялся он. — Я думал, только меня так трясёт. Как неопытного юнца.
— У тебя-то как раз опыт имеется, — поддержала его смех.
— Ну так… и каков твой ответ? — приподнял брови с улыбкой, продолжая держать коробочку с кольцом передо мной.
Я молчала. В моей душе была такая буря эмоций, а ещё сомнения… Нет в том, что я чувствую к этому мужчине я ни капельки не сомневалась, и вся моя душа рвалась к нему. С ним… навсегда… слиться… вместе до конца…Но совесть… я не была уверена, что достойна такого мужчины после всего, что было, из-за связи с Соколовским. Я боялась, что этот человек разрушит наше счастье, боялась сделать Стасу больно, ранить его и… потерять.
Видя моё замешательство, Стас перестал улыбаться. Поставил коробочку с кольцом на стол передо мной.
— Теперь мне точно нужно выпить, — он встал с кресла, скинул пиджак и подошёл к бару. — Да и тебе не помешает.
Я смотрела ему в спину, а Стас замер. Не поворачиваясь, спросил:
— Может всё же ответишь? Тогда я точно буду знать: открывать шампанское или накатить виски.