Прекрасное табу (СИ)

Один из совладельцев клуба «Даймонд» и ещё многих заведений в областной столице скользнул по мне масляным взглядом маленьких глаз.
— Я здесь, — улыбнулась, выдернув руку из коротких толстых пальцев. — Можете своё восхищение высказать мне лично.
— А она за словом в карман не полезет, да? — снова обратился к Давиду. — Прошу прощения, София. Не хотел вас обидеть. Восхищён вашим выступлением. Какая пластика, чувство ритма, шарм…
Дальше я не слушала этот поток сладких речей, пропуская всё мимо ушей, словно белый шум. Хотелось сбежать от взгляда этого мужчины, который меня уже подхватил под локоток и словно паук оплетал в свою липкую паутину лести, шаря глазами в вырезе моего платья. Хорошо, что вскоре Ласницкого отвлёк другой гость, видно важная персона. Давид, недовольно посмотрев вслед Ласницкому, увёл меня на широкий балкон, по пути взяв у официанта два бокала с шампанским.
— Что это было? — задала откровенный вопрос, когда мы вышли на свежий воздух.
— Вы о чём?
— Не делайте вид, что не понимаете, Давид, — серьёзно сказала, поставив шампанское на столик. — Надеюсь, что мы с Кирой здесь не для того, чтобы ублажать ваших важных гостей?
Мужчина сделал глоток, отведя глаза в сторону. Посмотрел на меня и после паузы сказал:
— Никакого принуждения, Соня. Но бывает так, что на этих вечеринках состоятельные мужчины находят приятную женскую компанию и щедро благодарят, — он скривил губы в ухмылке. — Только не делайте невинный вид будто не понимаете. Многие девушки, выступающие у нас, только рады богатому спонсору.
— А вы выполняете роль сводника. Получаете проценты? — возмутилась я.
— А вы идеалистка. Обычно танцовщицы и певицы ради достижения целей более свободны в таких вопросах.
— Но я не танцовщица! Я не брежу карьерой в танцах или мечтой о богатом спонсоре! — моему возмущению не было предела. Предчувствовала, что не стоит связываться с этой тусовкой, вообще с клубом. — Зная, что я пришла не одна, вы всё равно не остановились.
— Я просто знакомил. Вообще и в мыслях о вас такого не было.
— Профессиональная деформация значит? Но мои достоинства расписали им заранее.
— Я же не знал, что вы с Атаманцевым, — Давид пожал плечами и залпом осушил бокал.
— Да не важно с кем! — выпалила я. — Давайте договоримся? Контракт я подписала и готова его отработать, но больше никаких вечеринок и вообще никаких попыток меня с кем-то познакомить.
— Разумеется, — дружелюбно улыбнулся. — Простите меня. Честно, на ваш счёт я не сомневался, что вам это не понравится, но я не мог вас не пригласить. Владельцы хотели с вами познакомиться, а у меня есть обязательства. Вы же понимаете? Да и достоинства ваши расписывал, потому что сам не смог удержаться от восхищения. Вы просто очаровали меня, София. Каюсь, болтлив. Всех не слабо заинтриговал.
Он сделал шаг ближе и, склонив слегка голову, обхватил пальцами моё плечо чуть выше локтя.
— Как мне загладить свою вину? — низким голосом спросил, маняще глядя мне прямо в глаза.
— Используйте своё красноречие, чтобы теперь убедить всех, что я и Кира не из девиц вашего кордебалета, мечтающих о спонсоре, — строго сказала, показав рукой на дверь в гостиную и испепеляя его взглядом.
— Обещаю, — мужчина приложил руку к груди и улыбнулся.
— Хорошего вечера, Давид, — отчеканила я.
Резко развернулась к выходу, оставив его одного. Хорошо, если всё это и правда так, как он говорит, а не прикрытие эскорт услуг. Облапанная всеми этими взглядами, чувствовала себя скверно, словно товар на витрине. Как же это омерзительно. Давид меня разочаровал. Думала он типичный метросексуал-пикапер, а он оказался сводником. Хорошо хоть не сутенёром. Хотелось поскорее бежать отсюда. Надо Марку сказать, чтобы Киру не оставлял одну.
Я обвела взглядом помещение и гостей в поисках Стаса. Не увидев его, решила поискать. Обошла вторую гостиную и не нашла. Тогда прошла на террасу под открытым небом, где ярко светился бассейн. С верхнего этажа открывался прекрасный вид на ночной город, светящийся огнями. Увидела моего мужчину с Марком у самого парапета на краю. Тут было тише и людей меньше, и мужчины о чём-то увлечённо разговаривали. Лицо моего рыцаря было серьёзным. Меж бровей залегла знакомая складочка, губы сложились в твёрдую линию. Безумно захотелось прильнуть к его спине, широким плечам и поцеловать, медленно, чувственно, смакуя, лаская тёплые губы, чувствуя его сладковато-мятный вкус.
 
Он спрятал одну руку в карман и отвернулся, смотря вдаль, на город, а Марк продолжал что-то говорить. Приближаясь к мужчинам, я услышала:
— В общем, официально самоубийство, но мутная история, — Марк пригубил виски. — Падчерица-то его пропала через год.
— Как пропала?
— Не думаю, что в этом смысле… Дали запрос в органы. Может сменила фамилию, уехала… может заграницу. Со слов же Соколовского учиться уехала в Европу. Может там и осталась, — пожал плечами Марк. — Тогда Соколовский был ещё не на таком виду у прессы, поэтому в сетях никакой информации о тогдашней его семье нет. Даже фото.
Моё сердце сделало гулкий удар, когда я поняла о ком, они говорят. От испуга даже ноги ослабли. Сама собиралась рассказать, а тут… Когда поняла, что Стас может узнать правду вот так, от чужих людей, то испугалась.
Марк был прав, я сменила фамилию. Думала, что так Соколовский меня не найдёт. Наивная маленькая девочка. Меняла же я её официально, а в органах сохраняются все сведения о ранее выданных паспортах. Но через несколько лет, я расслабилась, подумала, что он про меня забыл. Перестала прятаться.
— Думаешь, она может что-то знать? — спросил заинтересованно Стас.
Я подошла ближе и прильнула к плечу любимого.
— Прошу прощения, что помешала, — Стас тут же обернулся и обхватил меня рукой за талию. — Всё о делах говорите?
— Уже устала от внимания поклонников? — он улыбнулся и поцеловал меня. — Никудышная из тебя звезда.
— Я сбежала.
Марк улыбнулся нам.
— Пойду, свою звезду поищу.
— Не оставляйте её одну, Марк.
— Теперь уж точно не оставлю. Хорошего вечера.
— И вам.
— Пока, — Стас пожал его руку и обнял меня. — Потанцуешь со мной?
Мы медленно переступали под, доносящуюся из гостиной, музыку и смотрели в глаза друг другу. Тонули в своих чувствах, наслаждались близостью. Не могла насмотреться на него, надышаться его запахом. Как утопающий, пыталась вдохнуть побольше, но решиться рассказать всё не могла. Ощущение, что я пытаюсь сохранить замок из песка, беспощадно смываемый волнами, всё сильнее охватывало меня, но остановиться не могла. Нам было так хорошо вместе. Мы были счастливы каждую минуту, проведённую вдвоём, хоть и скрываясь, что каждый раз мне не хотелось портить эти моменты. Боялась, что всё оборвётся, поэтому хотелось их продлить. Не могла всё разрушить своими руками. Не могла…
— Сегодня многие увидели нас вместе, — прошептала я.
— Плевать. Тем более, что многие из этих гостей не горят желанием, чтобы их пребывание здесь было раскрыто, поэтому болтать не будут.
— Ты о чём?
— Не нравится мне эта гламурная тусовка? Ты не заметила, что все эти важные господа из большого бизнеса, даже региональный глава крупнейшей газовой компании, здесь не в сопровождении своих благоверных, — иронично ухмыльнулся Стас.
— Сама не в восторге. Представительные мужчины, красотки, словно выставленные на продажу… — скривилась я. — На этом фоне Давид выглядит сводником. Чувствую себя ужасно неуютно, словно я одна из них.
— Давай уедем?
Уже через полчаса мы въехали на территорию аэропорта, но машина не остановилась у терминала. Проехав поднятый шлагбаум, Владимир плавно въехал на дорогу к взлётным полосам. Линии светящихся фонарей вдоль взлётных полос в ночной темноте делали пейзаж завораживающим. Автомобиль остановился на освещённой прожекторами площадке, где стоял новенький, блестящий бизнес джет с опущенным трапом. Приняв руку Стаса и выйдя из машины, я от удивления аж рот приоткрыла.