Буря настигнет (СИ)
Вот так, верно. Ему захочется скорее меня трахнуть, мы пойдем в другое место, а по дороге я отпрошусь на минутку припудрить носик. И свалю! Домой! Хватит! Больше никогда никаких вечеринок!
Я накрыла ладонью джинсы ниже ремня. О, встал. Конечно, девушка, которую я заменила, выглядит умопомрачительно сексуально.
Ирий крепко сжал мое запястье. Как раз там, где под браслетами тайник лейкопластырей. Железки впились в кожу. Больно! Он настойчиво убрал мою руку от джинсов и положил себе на грудь.
— Знаешь, обычный секс мне скучен.
Я превратилась вся в слух. Расскажет об извращении? Жаль, четыре минуты осталось. А Ирий тянул время. Положил руку мне на талию и поплыл вместе со мной в танце.
— Откровенный разговор возбуждает сильнее чем то, что ты трогаешь меня. Я могу купить тебя на всю ночь за тройную стоимость, если тебе будет что мне рассказать.
— У тебя какие-то физиологические проблемы с сексом, что ли?
Ирий остановился и расхохотался. Смеялись глаза, щеки, плечи, грудь — словом, все тело. Он едва не упал на меня от смеха.
— Ты мне нравишься, — сказал он, когда немного успокоился. — Прямая, как угол дома.
Забавно, он меня разворошил. Смущение пропало. Губы невольно растянулись в улыбку.
— То, что обычный секс скучен... Можно считать проблемой или особенностью? Понимаешь, возбуждение важная часть вдохновения. Меня вдохновляют истории, из них рождаются песни. А когда я вдохновлен — секс обычным не бывает.
А что вдохновляет меня? Может, мои картины покупают мало потому, что я пишу без вдохновения, на желании отвлечься от мира?
Внутренний таймер известил: две минуты до того, как исчезну. Бежать!
— Я расскажу, что случилось, только пусти в туалет на минутку.
— Хорошо, иди.
Я поспешила к двери, балансируя на каблуках. На секунду мне показалось, что лучше остаться и провести ночь с Ирием, чем возвращаться на домашний фронт.
Просто помешательство. Сиюминутное.
Так появляются измены? Из короткого помрачения? Сдуреть. Но я всегда смогу держать себя в руках.
Сутенерша дернулась ко мне, охранник загородил дорогу. Ледяной ошейник страха схлопнулся на горле.
— Мне нужно на минутку, — пробубнила я.
Девушка с грозным взглядом, который испоганил милую красоту, подскочила вплотную:
— Ты полчаса назад бегала пописать. Наркоту пронесла? — Она дернула мою сумочку. Я дернула в ответ с недюжинной силой — блондинка пошатнулась.
— Что такое? — сзади послышался голос Ирия, и осязаемое тепло растопило заледеневшие шею и плечи. — Выпустите ее.
От меня отступили. Минута! В спину будто прилетел заряд бешеной мощности. Я помчалась. За дверью скинула туфли, схватила их за шпильки и опрометью ринулась к туалету.
На гладком кафеле уборной стопы заскользили — я хлопнулась плашмя, распадаясь на мириады частиц. Белые хлопья забрали меня на крышу, в безопасность, подальше от страха, что дышал в спину, наступал на пяты.
Распластавшись, лицом в пуху, я еще не возвращалась. Но успела. Как раз заскочила в туалет, пусть не добежала до кабинки.
— Беа, какого хера ты вернулась лежа? — выкрикнул Келлан. — Даже странно, что одета.
— Да пошел ты! — Я выплюнула пух и с трудом поднялась. — Я чуть нос об кафель не размозжила!
— Ужас, в чем ты одета? — Келлан с презрением осмотрел платье. — И хочешь, чтобы я поверил в падение, а не в то, что ты лежала сверху на…
Зашибись!
— С туфлями в руках?! Как я одета? Как шлюха! У тебя память отшибло, где я была? Я еле успела забежать в туалет и поскользнулась…
— И чем ты занималась?
— Работой, черт тебя подери!
Я швырнула туфли в пуховый сугроб, туда же отправила сумочку.
— Поймала что-то?
— Нет. — Без сил я опустилась на мягкое, рыхлое покрывало и обхватила голову руками. — Мне нужно дополнительно полчаса.
— Еще полчаса? — Бас Келлана прогрохотал громом. — Так сложно завести того патлатого в спальню, вырубить и скопировать информацию на телефон? Или исподтишка сфоткать, как он елозит языком во рту у проститутки? Или…
— Заткнись! Вали с крыши! Ты мне в печенках сидишь, понял? Достал со своей тупой ревностью и нравоучениями! Сходи в качалку, железо потаскай, не то пузо отвиснет!
Последние слова я орала в пустоту. Келлан зашагал прочь, услышав о «тупой ревности». Меня колотил озноб. Горло саднило от крика. Слезы хлынули, и я зарылась в пуховой сугроб.
Что с нами стало? Однажды ведь были счастливы, целых два года и одиннадцать месяцев. Мы познакомились в интернете, когда мне едва исполнилось пятнадцать. Ему тоже не повезло с родителями. Он тоже мечтал улететь жить на высокоразвитую планету. Мы одалживали уверенность друг у друга в том, что обязательно исполним общую мечту. Мы долго продумывали, как добудем два миллиарда.
Остался один. Осталось недолго. Интересно, за сколько удастся продать информацию об Ирие?
Он еще ждет меня? То есть, длинноволосую девушку с огромной грудью.
Я собралась с силами и разлепила веки. Пух пролетал мимо, всегда в движении, пока не упадет на землю и его не втянут компрессоры на заводы. И мне нельзя лежать не двигаясь, не то растеряю волю, закостенею, превращусь в стекло.
Еле-еле я вырыла из сугроба туфли и сумочку, выудила зеркало. Черт, макияж поплыл. Но десяток взмахов волшебной кистью — и я красавица.
Нужно довести дело до конца. Чем продуктивнее я буду трудиться, тем скорее соберем деньги и улетим. И ссориться перестанем.
Я телепортировалась в туалет. Кабинки оказались пусты. Девушка проснулась и ушла?
Черт! Черт! Черт! Я не приклеила новый лейкопластырь, когда уходила! Вылетело из головы. И некогда было!
Ирий теперь с ней танцует? Или в шоке, что девушка не помнит разговора? Сутенерша решит, что у подданной провалы в памяти и отправит домой. Если бы…
Что делать? Идти домой? И остаться ни с чем?
Я осторожно выглянула в коридор. Хорошо, камер нет. И людей тоже. Закрытых дверей много, вдруг за одной из них начались жаркие развлечения. Пойду и подслушаю.
Адреналин метался по крови пламенем, обострился слух и чувства. Каждый шаг по коридору, что шаг по шаткому мостику над пропастью. Кто-то выйдет — и мне конец. Чем дальше от туалета, тем меньше шансов спастись.
Открылась дверь стрип-зала. Я стремглав кинулась обратно. Захлопнулась в туалете и припала спиной к деревянному полотну. Сердце бешеным попрыгунчиком скакало, таранясь о ребра. Успела. Я улыбнулась. И воспрянула духом.
Куда направился тот, кто вышел? Я с опаской приоткрыла дверь и зыркнула наружу. Ирий в компании трех девушек — блондинок и рыженькой — шел в противоположный конец. К бассейну? Я проверила план здания на смартфоне. Бассейн огромен, имеются душевые, раздевалки. Спрятаться есть где.
Три девушки… Сам управится? Или он будет валяться распластавшись, пока они облизывают его тело? Или выставит в рядочек и по очереди… Такой необычный секс ему нравится? Отвратительно.
Нет, потрясающе. Фотографии получатся шикарными. И дорогими. После них Ирий не доживет в группе до концерта.
Я не вышла в коридор, чтобы засеменить следом, а телепортировалась на крышу и затем — в женскую раздевалку у бассейна. Бело-желтые шкафчики двумя рядами потянулись по бокам к окну, за которым парил пух, и завернули буквой «Г» к душевым кабинам. Я скинула туфли и на носочках обошла помещение — никого. Радует.
Удобно ли снимать через щель? Я отодвинула дверь на три пальца. Ирий, уже без пиджака, в майке, развалился на плетеном шезлонге со стаканом виски в руке. Девушки сидели на соседних шезлонгах в кружевном белье и соблазнительных позах, потягивали шампанское. Они вчетвером мило болтали, смеялись.
Я включила камеру на смартфоне и сделала несколько пробных фото. Далековато, но зато видно разборчиво, кто где. Все хорошо, только, черт подери, пусть хоть одну обнимет за талию! Почему торчат, как коллеги на ланче?
Спустя пять минут у меня занемела рука. Я опустила смартфон, выругавшись. Ничего не произошло кроме того, что Ирий осушил два стакана виски. Окей, новый гитарист группы «Буря настигнет» любит выпить. Сногсшибательная новость! Кого ею удивишь? Ну, сидит он в компании трех полуголых девушек. Слабовато, как для сенсации.