Мои неотразимые гадюки. Книга 2 (СИ)
Но, Дон подозревал, что они с императором просто не хотят при нужде расковыривать плоды собственных же усилий. А такая нужда у них практически налицо: куча молодых да борзых, которым нужно найти заделье. Вот пусть и шныряют по туннелю к степнякам брать тех под микитки в вопросах международной политики. Разумно: дети от безделья портятся и заводят собственное мнение. Лучше уж им спустить его сверху, раз оно так совпадает в разрезе интересов.
Глава 23
Когда очень сильно ждёшь что-то хорошее, оно обязательно тебе себя испоганит
Когда за провожающими закрылась последняя щель в скале, Гнер с Фуфом встали на деловые рельсы. Не зря они так долго бегали сюда на разведку. Огляделись, как говорится, окрест. Теперь вполне целенаправленно занялись перетаскиванием барахла поглубже в лесную глухомань. Этакие дебри: три тощие берёзки на квадрат, что колосились между туннельной скалой и соседним взгорком. Лагерь разбили на берегу тощенькой, но гордой речонки, громко рокотавшей и плевавшейся ледяными брызгами.
Паксая с Тарьясом занялись обедом под бдительным присмотром Гортензии. Фуф с Гобом решили пробежаться по окрестностям – наверняка, больше для поддержания физической формы, нежели по делу. Руф с грагами, понятное дело, увязались за ними. А Вуг с Гнером зарылись в карты, стыренные из библиотеки каштартана Нуобата неблагодарными воспитанниками. Правда, Гнер достал и кое-что из наследства Гоба: почти такую же карту южного материка, где были указаны направления кочёвок разных местных племён. К тому же их названия, места зимних-летних стойбищ да сезонных слётов на всякие праздники. Были пометки: кто с кем воюет, кто и куда водит торговые караваны. Классная штука. А в их деле так и вовсе незаменимая.
К примеру, лично им почти на всём протяжении пути придётся иметь дело с народом кутуг. Тот, понятно, состоял из разных племён, которые – по оценке шпионов Империи – крепко держались друг друга. Все западные степи контролировались кутугами жёстко и непримиримо. При таких скудных жизненных ресурсах не до всякого там добрососедства. Нет, оно и тут работает, но, как и в прочих местах, довольно относительно.
Обычаи с нравами тутошних дикарей дед знал довольно прилично. Ведь к нему стекалась вся инфа раздобытая разведчиками армов, как это громко называлось. То есть, её приносили те ухари, что со скуки ходили в набеги за горы. Гнер самолично таскался в степи несколько раз, пока не приелось – есть, чем поделиться с непросвещённым стабилизатором системы. Правда, с кутугами он дела не имел: промышлял восточней. Но, по его мнению, достаточно узнать одного степняка, чтобы узнать остальных.
Своего первого степняка Дон узнал уже к вечеру. И тот оказался совершенно нетипическим. На заброшенное горное поселение Фуф с Гобом набрели не случайно: дед знал, что где-то тут поселились кутуги-отщепенцы. И Гнер – хренов шифровальщик – приказал мужикам прощупать сей населённый пункт. Впрочем, шифровались от стабилизатора коллегиально: заговорщиками оказались все, включая деда. КУС популярно растолковал подопечным, что такое блок защиты системы в башке внука. Дескать, «системник» заточен на сохранение их шкур любой ценой. А потому Дон вовсе не трус – он так своеобразно защищает всех от неожиданностей и внезапностей. Скажи ему, что надо куда-нибудь сунуться – он мигом просчитает, что оно не надо в разрезе генерального плана системы. Поэтому шифроваться от него полезно в трёх случаях из пяти.
Дон не ожидал, что скороспелый заговор ничуть его не расстроит. Тот даже посмешил стабилизатора своей никчёмностью: КУС первым бы доложил вышестоящему товарищу о внутрисистемных процессах. Да он, собственно, и доложил при первой же находке. Но, так было интересней для человеческих половинок скооперировавшихся мутантов.
Находкой оказался хмурый парень довольно субтильной наружности при невысоком росте и скупой волосатости. Он явно принадлежал к простонародью. Бритая под ноль башка. Лицо попорчено шрамами – весьма оригинальными. У Аэгла, к примеру, шрамы топорщились во все стороны как попало. Куда, как говорится, прилетело, там и оставило отпечаток. У парнишки они пролегали вполне упорядоченно, словно лицо нарезали, как хлеб, ровными ломтями. Забор, а не физиономия.
– Его пытали, – холодно прокомментировал Гнер, когда находку поставили пред очи манипуляторов. – Слишком красивые шрамы.
И Дон нисколько не поразился. Чисто по-человечески, он реально считал, что каждый монастырь имеет право на собственный устав. И нечего критиканствовать, если сам не хлебал их монастырскую баланду. А стабилизатор вообще плевал на посторонние для нормального функционирования системы вещи. Он только уточнил у найдёныша:
– Ты кутуг?
– Айтан! – гордо вскинул тот подбородок.
Его привели, а не притащили – нужды не было. Сказали: пойдешь с нами – он и пошёл. Деваться ему некуда, сбежать от таких воинов не сможет, так чего ерепениться? У него вон, даже обувки нет – далеко убежишь по камням?
– Айтаны кочуют на востоке, – заметил Гнер. – Вдоль побережья. Раб?
– Раб, – не ответил, а натурально провозгласил гордый обладатель незримых цепей.
– От кого слинял? – хмыкнул Фуф, валясь на разостланный спальник имперской выделки. – Да ты садись, – похлопал он рукой рядом с собой.
Парень недоверчиво сощурился на добродушного гиганта. Он Дону-то был по плечо, а остальным в пупок дышал.
– Садись, – бросил Гнер.
И тот подчинился. Было в Аэгле нечто такое, что не рекомендовало выделываться понапрасну. Дон по себе знал. Он поманил крутящегося рядом Руфа и попросил:
– Сгоняй к Тарьясу. Подберите ему одежду. И сапоги. Ногу лишенцу померь.
– На такого не подобрать, – со знанием дела определил давно оперившийся пацан. – Ихние висеть будет, – кивнул он на Гоба. – А девки хай подымут. На него только ихнее барахло пойдёт. И обувка. Я б своё дал. Мало будет, – солидно подытожил он.
Оборванный, но непобедимый раб смотрел на пацана с большим уважением. Когда его выковыривали из развалин дряхлой сакли, Руф восседал на Ромео, чем сразил айтана наповал. Да и все эти сказочные титаны обращались с мальцом по-свойски, а не как с холопом. Значит, он свой. Значит, их мощь как бы распространяется и на его мальчишеские мослы.
– А ты у Паксаи проси, – подсказал дед. – К Лэйре не суйся. Та сейчас не в духе. У неё Троцкий бузит. В поход рвётся.
– Паксая даст, – поразмыслив, согласился Руф. – Она добрая.
И свистанул выполнять приказ.
– От кого ушёл? – продолжил допрос Гнер.
– От Агрема, – нехотя процедил раб.
– Эва как! – восхитился дед. – От самого шехая.
Дон знал, что так назывались местные правители целых народов – что-то вроде ханов. Его тоже впечатлил подвиг парня. Слинять из такого рабства – это надо умудриться.
– И что? Тебя не искали? – насмешливо поинтересовался развалившийся на соседнем спальнике Гоб.
– Искали, – вновь загордился айтан. – Не нашли.
– И сейчас ищут? – уточнил Фуф, переглянувшись с Гнером.
– Да, – напрягся парень, но умолять, чтоб не выдавали, не стал.
Армы опять устроили свои переглядки – теперь с одобрением.
– Пропадёшь один-то, – заметил дед, вернувшись к разглядыванию карты. – Это здесь, что ли, айтаны? – ткнул он пальцем в карту.
– Тут, – подтвердил Гнер.
– Не дойдёт.
– Он и на пару километров отсюда не уйдёт, – заявил Фуф. – Если бы не горы давно бы поймали.
Оборванец махом учуял расположение к своей персоне и оборзел:
– К себе возьмите. Лучше служить великим железным. Агрем – пёс. Такому зазорно служить. Вам служить буду.
– У нас рабов нет, – сообщил Гоб.
– Знаю. А я стану честно служить.
– Дон, что скажешь? – с ласковой издёвкой осведомился Фуф.
– А я тут причём? – проворчал стабилизатор.
– Тебе решать.
– Он император? – округлились глаза оборванного провокатора.