Развод. Я не вернусь (СИ)

— Откуда одежда? — удивилась я.
— Я же тебе говорил, что этот домик пока будет моим временем пристанищем, если я надумаю остаться здесь на ночь. Так что тут есть все что нужно.
— Кроме презервативов, — съехидничала я.
— Они тоже есть, в тумбочке, — кивнул он на кровать.
— Тогда почему ты сказал, что их нет? — ахнула я.
— Их не было там, — указал он глазами в сторону выхода. — Я же не рассчитывал, что ты набросишься на меня прямо под «Акустикой чувств». — Его глаза искрились смехом.
— Значит, это я на тебя набросилась? — прищурилась я.
— Именно. — Спартак притянул меня к себе и запустил руку в мои влажные волосы. — Ты, Лада, изголодалась по мужчине еще тогда, в клубе, а теперь, кажется, истомилась еще больше. — Он легонько коснулся моих губ своими. — И я льщу себя надеждой, что истосковалась ты именно по мне, а не по какому-то абстрактному телу.
Я подняла руку и дотронулась до его щеки.
— Если хочешь правду, то вот она: у меня никого не было с той нашей ночи. — Я почувствовала, что краснею.
— Я рад, что ты разборчивая женщина, — хрипло ответил Спартак и поцеловал меня долгим нежным поцелуем.
Когда он отпустил меня, я пробормотала:
— Мне нужна передышка, — хотя сама чувствовала, как возбуждение снова охватывает меня.
— Конечно, — улыбнулся он. — Давай поедим.
Я согласно кивнула.
— В шкафу есть пара футболок, можешь, накинуть что-нибудь, — предложил Спартак.
Он беззастенчиво наблюдал, как я скидываю полотенце и натягиваю на себя его футболку, которая на мне смотрелась словно безразмерное платье. Я не чувствовала смущения. Мне нравилось, что ему хочется смотреть на меня.
— Так почему и здесь мы не воспользовались презервативом? — подбоченившись, спросила я и посмотрела на него с вызовом. — Не боишься, что я тебя обманула и не принимаю противозачаточные? Вдруг я окажусь ушлой теткой, которая решила залететь от миллиардера Островского и заарканить его?
Спартак улыбнулся, но в его глазах не было смеха.
— А ты залети, Лада, и роди мне ребеночка.
Я опешила, не понимая, что значит его тон.
— Не получится, — развела я руками. — Я действительно на таблетках.
Он кивнул.
За окном послышались звуки хлынувшего ливня.
— Тебя никто не ждет дома? — спросил он.
— Нет. К чему этот вопрос? — Он что, думает, что у меня кто-то еще есть?
— Тогда предлагаю остаться на ночь, — растянулся в улыбке Спартак, — потому что я еще не насытился тобой, Лада. Согласна?
С ним я была, кажется, согласна на все…
  
Глава 38
 
Утомленные, мы лежали в постели. Я приютилась в объятиях Спартака и перебирала пальцами волосы, покрывавшие его широкую грудь. Из приоткрытого окна доносились раскаты грома и разошедшегося дождя. Небо то и дело освещали зарницы.
Я чувствовала себя уютно со Спартаком. И он больше не казался хоть и чрезвычайно привлекательным, но опасным незнакомцем. Нет, я не была наивной дурой, поверивший, что секс, каким бы замечательным он ни был, вытолкнет наши отношения на другой уровень. Но сегодня все было как-то по-настоящему тепло.
После того как мы безудержно предавались ласкам, а потом Спартак предложил остаться здесь на выходной, мы прошли на кухню, где он выудил из холодильника бутылку шампанского.
— Шампанское — это пошло, — сморщила я нос.
— Пошло? — приподнял он бровь.
— Ну да. После первого секса это вульгарно.
— У нас не первый секс, — напомнил он, усмехнувшись.
Поставив шампанское обратно, Спартак заглянул в небольшой шкафчик темного дерева и перечислил:
— Виски, водка, мартини, красное и белое вино, ром…
— Белое вино, — остановила я его. — Тот, кто тебе укомплектовывал этот домик, решил, что ты будешь здесь напиваться до утра понедельника?
— Просто моя помощница весьма предусмотрительная женщина, — засмеялся Спартак и, видимо, увидев, что я собираюсь сказать какую-нибудь колкость в адрес помощницы, тут же добавил: — Валентине Дмитриевне пятьдесят четыре года, она замужем, у нее есть не только дети, но и внуки, и она уже очень много лет помогает мне по хозяйству.
 
— Я же ничего не сказала! — возмутилась я.
— Что хочешь есть? — Снова уставился в раскрытый холодильник Спартак.
— А что дают?
Я подошла к нему и встала рядом. Он приобнял меня за талию.
— Я не умею готовить, — признался он, — поэтому могу тебе предложить только нарезку или… — Он заглянул в морозильную камеру. — Полуфабрикаты.
— Если бы мы оказались на кухне часом раньше, я бы предложила что-нибудь приготовить, но сейчас я совершенно без сил, — театрально вздохнула я.
Спартак развернул меня к себе и обвил мою талию обеими руками.
— Если бы мы оказались на кухне часом раньше, то мы бы занялись сексом прямо на кухонном столе, — чмокнул он меня в губы.
— Тогда… — Я выкрутилась из его объятий и снова заглянула в холодильник. — Я могу пожарить вот эти замороженные стейки и сделать салат с семгой.
— Отлично! Я готов к любым твоим кулинарным и не только ухищрениям, — засмеялся Спартак.
— Почему-то мне кажется, ты хотел сказать «извращениям», — саркастично приподняла я бровь.
Спартак легонько шлепнул меня по попе и кивнул на холодильник.
— Давай, женщина, накорми своего мужчину, чтобы вечером мы смогли продолжить то, что начали под Йохимом Горски.
Я забросила в микроволновку два стейка-полуфабриката и принялась за салат. Спартак заправил кофеварку молотыми зернами и долил воды.
— Надо бы кофе-машину сюда, — проворчал он.
— Я дома вообще в турке варю, — улыбнулась я.
— Ты и такое умеешь?
— Я много чего умею.
— Я сразу понял, что ты восхитительная женщина, Лада.
— Лесть-лесть, — засмеявшись, пропела я.
Потом, когда еда была готова, мы разместились за небольшим кухонным островом друг напротив друга. Мы то ли обедали, то ли ужинали. За окном все стемнело. В стекла бился отчаянный ливень. Летний зной резко сменился прохладой.
— Как дочка? — спросил Спартак.
— Хорошо. Папа учит ее плавать.
— Соскучилась?
— Очень, — кивнула я.
— Так поезжай к ним на несколько дней. Твой начальник ведь отдал тебя в мое распоряжение, — нагло подмигнул мне Спартак. — А я совсем не против, чтобы ты повидалась с ребенком.
— С понедельника у тебя здесь начнутся отделочные работы в тех комнатах на верхних этажах, дизайн которых ты одобрил.
— Поприсутствуй на начале работ, а дальше они и без тебя справятся.
— Ты ведь понимаешь, что я воспользуюсь твоим щедрым предложением и завтра же куплю билет на самолет? — растянулась я в улыбке.
— А вот этого не нужно.
— Почему? — тут же нахмурилась я.
— Я отвезу тебя, — сказал он и накрыл мою ладонь своей.
— Отвезешь? На машине?
— На самолете, Лада.
— Ах, ну да, я и забыла, что ты богат, как Крез.
— Я рад, что ты не придаешь этому много значения. — Он поднес мою руку к губам и поцеловал.
— Может, я притворяюсь? — прищурилась я.
— Нет.
— Почему ты так уверен?
— Ты не умеешь играть, — он серьезно посмотрел мне прямо в глаза.
— А может, я такая хорошая актриса, что умею играть, будто не играю?
— Да-да, и замужество с альфонсом, и последовавший развод — все это часть игры, — снова усмехнулся Спартак.
— Лучше не напоминай, — закатила я глаза.
— Не буду больше, — пообещал он.
Потом мы перебрались в спальню, где снова занялись любовью. На этот раз медленно и сладко до умопомрачения. Мне нравилось, что Спартак любил разнообразие, а мое собственное тело плавилось и млело в его руках.
Когда мы лежали нагие и совершенно обессиленные, обнявшись и слушая раскаты грома, Спартак сказал:
— Лад, я не хочу тебе ничего обещать и не хочу, чтобы ты питала лишние иллюзии относительно нас, но я хочу, чтобы ты знала: ты для меня не женщина на одну ночь и это не просто случайная связь.