Александрийское звено
А затем – тишина.
– Эй! – послышался мужской голос. – Вы целы?
Малоун выглянул из-за колонны. Внизу, у лестницы, стоял высокий мужчина с седеющими русыми волосами. У него были густые брови, короткий нос и круглый подбородок. Широкоплечий, кряжистый, он был одет в джинсы, вышитую рубашку и кожаную куртку.
– Мне почему-то показалось, что вам нужна помощь, – сказал он. В правой его руке был пистолет.
Двое противников Малоуна распростерлись на полу. Под каждым из них растекалась лужа крови. Незнакомец, по всему видать, был стрелком не из последних. Малоун поднялся и вышел из-за колонны.
– Кто вы?
– Ваш друг.
– Извините, но что-то мне не особо в это верится.
– Не могу вас осуждать. Но, если не верите, оставайтесь здесь и дожидайтесь приезда полиции. Вы наверняка сумеете объяснить ей происхождение этих трех трупов. – Мужчина повернулся и пошел к выходу, бросив через плечо: – Да, кстати, можете меня не благодарить.
Внезапно Малоуна осенило:
– А как же уборщики? Почему они не бегут на выстрелы?
– Они в отключке. Валяются наверху.
– Твоя работа?
– А чья же еще!
– В чем твой интерес?
– В том же, в чем и у других, которые заявляются сюда посреди ночи. Я ищу Александрийскую библиотеку.
Малоун промолчал.
– Я остановился в отеле «Савой», – проговорил незнакомец, – в номере четыреста пятьдесят три. Я располагаю информацией, которая вряд ли есть у вас, а вы, возможно, знаете то, что неизвестно мне. Если вам вдруг захочется поговорить, приходите ко мне. Если нет… Может быть, еще когда-нибудь свидимся. Решать вам. Но, объединив усилия, мы смогли бы ускорить дело. Однако повторяю, выбор – за вами.
Проговорив это, таинственный незнакомец вышел из зала.
– Что, черт побери, это было? – ошеломленно спросила Пэм.
– Человек просто представился нам.
– Он убил двоих людей!
– И я ему за это весьма благодарен.
– Коттон, нам нужно отсюда убираться.
– А то я сам не знаю!
Он бегом спустился по мраморной лестнице. Пэм – следом за ним. Малоун обыскал всех троих убитых, но не нашел ни документов, ни чего-либо еще, что могло бы указать на их личности.
– Собери пистолеты, – велел Малоун, рассовывая по карманам шесть обойм, которые вытащил из карманов убитых. – Эти ребята капитально подготовились к драке.
– Я уже начинаю привыкать к виду крови, – сказала Пэм.
– Я же тебе говорил: дальше будет легче.
Отель «Савой», номер 453. Незнакомец сообщил, где его можно найти, косвенно это означало: «Мне можно доверять». Пэм по-прежнему сжимала в руках книгу о святом Иерониме, а сам Малоун – кожаный ранец Хаддада.
Пэм направилась к выходу.
– Куда ты? – осведомился Малоун.
– Я проголодалась, – ответила она. – И почему-то мне кажется, что в «Савое» – отличные завтраки.
Малоун усмехнулся.
«А она быстро учится!» – подумалось ему.
36
Вашингтон, округ Колумбия
У Стефани голова шла кругом. Ее взгляд был прикован к Бренту Грину.
– Объяснись! – потребовала она.
– Мы намеренно позволили похитить файлы. В администрации президента – предатель, и мы хотим выявить его. Или ее.
– Кто это «мы»?
– Мы – это министерство юстиции. Совершенно секретное расследование, о котором известно лишь мне и еще двоим людям. Двум моим заместителям, которым я доверяю безоговорочно и в руки которых готов вверить саму мою жизнь.
– Лгунам плевать на твое доверие.
– Согласен. Но источник утечки – не в министерстве. Он гораздо выше.
Стефани не верила своим ушам.
– И из-за этого ты поставил под угрозу жизнь Гари Малоуна?
– Того, что случилось, никто не мог предугадать. Мы понятия не имели, что за Джорджем Хаддадом охотится кто-то еще помимо израильтян и саудовцев. Утечка от предателя, которого мы пытаемся выявить, идет именно к ним, и ни к кому больше.
– Хотя бы это вам известно!
В мозгу Стефани всплыло: орден Золотого Руна.
– Если бы у меня хотя бы возникла мысль о том, что семье Малоуна может угрожать какая-то опасность, я бы ни за что не применил такую тактику.
Стефани очень хотелось в это верить.
– Мы полагали, что приоткрыть завесу секретности относительно Хаддада – безвредный шаг. Дать понять израильтянам, что Хаддад жив, не казалось столь рискованным, тем более что в файлах не было указаний на то, где он находится.
– Да! Только – прямой выход на Коттона!
– Мы полагали, что Малоун сумеет разобраться с любой ситуацией.
– Он в отставке! – почти выкрикнула Стефани. – Он больше на нас не работает! Мы не имеем права подвергать опасности жизнь наших бывших оперативников, тем более без их ведома!
– Мы взвесили эти риски и пришли к выводу, что они стоят того. Нашей главной задачей было найти предателя. Это важнее всего. Похищение мальчика изменило все. Я рад, что Коттону удалось его вернуть.
– Какой ты добрый! Наверное, ты счастлив, что в ходе этой заварухи ему не разбили нос!
– Меня достал Белый дом, – пробормотал Грин. – Банда добродетельных и продажных подонков!
Такого от Грина Стефани еще никогда не слышала.
– Со всех трибун они рассказывают о своих христианских чувствах, о том, какие они добропорядочные американцы, но любят они только себя. Каждое их решение обряжено в тогу, сшитую из американского флага, но предназначение каждого из них – только в одном: еще туже набить карманы главных американских корпораций, которые, в свою очередь, порадеют за дело их партий. Меня от этого тошнит! Я вынужден сидеть на заседаниях, суть которых – выяснить, что годится для телевидения и как это увязать с интересами нации. Я молчу. Не говорю ни слова. Я считаюсь «игроком команды». Но это не значит, что я позволю изгадить свою страну! Я приносил ей присягу, и в отличие от остальной швали в администрации для меня это кое-что значит!
– Так почему ты не дашь им по морде?
– Потому что у меня до сих пор нет доказательств того, что кто-то из них нарушил закон. Отвратительные, аморальные, алчные твари. Да, они такие, но это не основание для того, чтобы кинуть их за решетку. Поверь мне: пусть только кто-нибудь, включая самого президента, перешагнет через грань закона, я посажу его. Но пока этого никто не сделал.
– Кроме предателя.
– Вот именно! И это является для меня главным! Ты себе не представляешь, на что пришлось пойти, чтобы выяснить это!
Но Стефани было сложно обдурить.
– Брент, давай посмотрим фактам в глаза. Ты руководитель правоохранительных органов всей страны, и, потерпи ты хоть одну неудачу, тебе конец. Верно?
Грин увидел тревогу в ее глазах и понял, что это не напускное. Она переживала за него. Словно прочитав его мысли, Стефани сделала решительный – слева направо – жест рукой, будто отметая овладевшие им эмоции.
– Вы нашли предателя?
– Я думаю, мы…
Не успел он договорить фразу, как в кухню, где они сидели, ворвалась Кассиопея и прокричала:
– К нам пожаловали! Двое мужчин в машине! В костюмах и с переговорными устройствами! Из секретной службы!
– Мои охранники, – сказал Грин. – Они приехали провести ночную проверку.
– Мы должны уходить! – сказала Кассиопея.
– Нет! – возразил Грин. – Развяжите меня, и я отправлю их восвояси.
Кассиопея направилась к задней двери.
Стефани приняла решение, как ей приходилось делать тысячи раз в жизни. «Правильное, неправильное – неважно, как когда-то говорил ее папа. – Главное – что-то делать».
– Подожди! – бросила она в спину Кассиопеи и, подойдя к кухонным ящикам, стала рыться в них в поисках ножа. – Надо его освободить. – Затем она приблизилась к Грину и сказала: – Надеюсь, я не сошла с ума.
Сейбр пробирался через Оксфордширский лес к тому месту, где он оставил машину. Над сельским пейзажем занимался рассвет. Поля вокруг застилала туманная дымка, прохладный воздух был влажен. Сейбр был доволен тем, как прошла его первая встреча с Коттоном Малоуном. Он сделал все, чтобы возбудить любопытство американца и одновременно развеять его страхи. Убийство мужчин, которых он нанял для нападения на Малоуна, оказалось прекрасным прологом. Если бы Малоун не подстрелил двух нападавших, Сейбру пришлось бы уложить всех троих.