Жизнь без права на респаун (СИ)

Путь нам предстоял простой и недолгий. Пещеры, нужные нам, начинались уже в трех часах хода от Румарила, и почти все время мы шли по ровной и хорошо охраняемой дороге. Мы шли почти все время молча, но это было вполне комфортное молчание. Я, пожалуй, был бы и рад поговорить с ней о чем-нибудь, обсудить, где она побывала за эти две недели, но девушка себе не изменяла и не заводила разговор без необходимости. Я же за наши совместные переходы успел привыкнуть к ее молчаливости и уже не хотел вынуждать ее участвовать в диалоге.
Нет, к Гвен у меня не было каких-либо чувств, даже в зародыше. Она для меня, скорее, как надежный товарищ, друг, на которого можно положиться и которому можно довериться. Тогда, на подходе к Румарилу, когда мы неслись по склону, это ведь именно она втащила меня на телегу, хоть это и было на грани ее физических возможностей. Не сделай она этого, и я был бы раздавлен несущейся телегой — или об землю, или об городские ворота.
Милена, однако, может трактовать мое отношение к Гвен иначе. Вообще, весь мой прошлый опыт говорил, что девушка не может обрадоваться новости о том, что ты собираешься пропасть на несколько дней с другой, какие бы дела вас ни связывали. И как бы я ни хотел верить, что к Милене это не относится, но рисковать я не хотел, и потому я не стал вдаваться ни в какие подробности своей экспедиции.
Гвен, кстати, “выросла” меньше всего за это время. С двенадцатого уровня она поднялась всего лишь до четырнадцатого, а снаряжение как будто вообще не изменилось — та же покрытая пылью темная дорожная одежда, те же короткий лук и охотничий нож на поясе. Учитывая, что снаряжение тоже имеет вес при подсчете уровня, это значит, что весь прогресс Гвен заключен в ее характеристиках и навыках. Интересно, какие навыки, помимо всей ветки Выживания, развиваются при ее работе проводником?
— Странно, — вдруг сказала Гвен, прервав мои размышления.
Проследив за ее взглядом, я понял, что она говорит про дорожный патруль стражи Румарила, приближающийся к нам спереди. Я пригляделся к ним, но, как ни старался, так и не заметил ничего странного.
— О чем ты?
— Это уже четвертый встреченный нами патруль. Раньше их столько не было.
— С этой стороны же гоблины. Может, опасаются набегов?
— Может быть…
Дальше было не до обсуждений — мы поравнялись со стражниками.
— Доброго дня! — Поприветствовал нас старший в патруле, совсем молодой еще офицер с аккуратными, почти что аристократическими усиками. — Сержант Гронн. Можем ли мы как-то помочь вам?
О как. А предыдущие-то патрули не останавливались, а один даже не поздоровался. Вроде бы мелочь, а отношение сразу меняется.
— Нам кажется, или патрулей стало больше? Раньше на дорогах не было столько стражи.
— Нам было приказано усилить это направление. Это из-за возросшей активности Ущелья Гоблинов.
— Говорят, зеленомордые повадились даже из Подстенья воровать, — добавил один из стражников, назвав деревню, стоящую с этой стороны почти вплотную к Румарилу.
Новости меня, если честно, насторожили, ведь если гоблины лезут сюда из Ущелья, то делают они это как раз через пещеры, в которые мы собрались.
— И часто они здесь встречаются?
— Ну… — Офицер замялся. — На самом деле, я сам ни одного еще в жизни даже не встречал. Раньше-то мы патрулировали восточное направление, нас только позавчера сюда перенаправили.
— Вас сняли с восточного направления? — Удивилась Гвен, вступив в разговор. — А угроза Темной Виверны?
— Я, если честно, тоже удивился, — ответил сержант Гронн, — и капитан, кажется, тоже был недоволен, когда назначал нас сюда.
— Да сверху приказ пришел, это ясно, — снова вмешался тот же стражник. — Там, похоже, совсем идиоты сидят…
Сержант цыкнул на излишне говорливого солдата, хотя, похоже, был не так уж и не согласен с ним.
— Последние приказы действительно у многих вызывают замешательство, но, думаю, на то есть причины. Возможно, разведка принесла тревожные вести…
— Да сержант, ну брось! Что такого могли показать гоблины, что капитана заставили — да-да, именно заставили! — снять все патрули с восточного и южного направлений? Темная Виверна прилетит — не узнаем, Таргол решится-таки развязать гражданскую войну — не узнаем… Зато гоблинов гонять будем, ух!
  
Стражника так и распирало негодование, и, судя по лицам остальных, это была не первая его тирада на эту тему. Даже сержант, хоть и был недоволен, не стал возражать рядовому солдату.
— А что с Тарголом? — Поинтересовался я. Я слышал это название раньше, это ещё один крупный город к юго-западу от Румарила. — Почему вы опасаетесь гражданской войны?
— Вы же Странники? — Спросил сержант. Впрочем, вопрос, похоже, был риторическим. — Не берите в голову. Румарил и Таргол давно соперничают за влияние, и у коренных жителей одного города врожденная неприязнь к жителям другого.
Ага. Может, во мне говорит мой старый геймерский опыт, не раз уже оказавшийся безнадежно устаревшим в Керионе, но не просто же так мы сейчас услышали эту информацию! Интересно, во что в итоге выливается эта неприязнь?
— А куда вы направляетесь, если не секрет? На этой дороге редко встретишь одиночных путников, впереди только деревни и села…
У меня не было причин что-либо утаивать, поэтому я выложил ему все, как есть.
— Я алхимик, и сейчас мне нужно найти кое-какие реагенты, одно пещерное растение. А Гвен — мой проводник.
— Вы сказали ”пещерное”? Вы собираетесь под землю? — Увидев мой кивок, сержант продолжил. — Дело ваше, но будьте осторожны. Случись с вами что-то, там мы помочь не сможем. Вы же знаете, что пещеры здесь зачастую пересекаются с гоблинскими лабиринтами?
— Слышали, — ответила Гвен. — Но нам нужны именно эти пещеры.
— Ну, как знаете, — пожал плечами сержант, снова пуская патруль в движение. — Доброй дороги!
— Гвен, а почему нам нужны именно эти пещеры? — Поинтересовался я, когда мы отошли. Насколько я помню, такой установки я ей не давал, я ведь и сам не знаю, где искать нужное мне растение.
— Именно здесь по поверхности протекает река. Больше шанс найти место, подходящее для твоего папоротника, чем где-либо еще, где мы бы тыкались совсем вслепую.
Логично. Не то, чтобы Гвен использовала для этого какие-то навыки проводника, это обычная логическая связь, но я-то до нее не дошел. Это делает ее еще более ценным спутником — она видит этот мир иначе, и даже без помощи системы и игровых костылей подмечает то, что другие и вплотную не увидят.
Первый вход в пещеру оказался непригоден — узкая щель, в которую я едва мог протиснуться, вела в колодец неопределенной глубины. Даже если проверить на веревке, и окажется, что там можно спуститься, это может оказаться тупиком, а обратно вылезти уже не выйдет — сил не хватит выкарабкаться через щель в подвешенном состоянии.
Но второй вход принес нам успех. Дойдя до самой реки, мы обнаружили просторную пещеру прямо на берегу, переходящую в узкий извилистый коридор в подземную тьму. В самой пещере мы немного задержались — здесь были явные следы какого-то лагеря, и Гвен принялась изучать следы.
— Гоблины, — заключила она, продолжая осмотр. — Вот здесь следы лежанок, короткие для человека. Похоже, они жили тут какое-то время. Странно.
— Что странного?
— Тут жило всего три-четыре гоблина, обычно они разбойничают куда большими бандами. Может быть, это выжившие после встречи с людьми, но почему они остались здесь и не ушли домой?
Я задумался. Кажется, Игорь на вечеринке как-то обмолвился, что Керион создан намеренно типичным фэнтези, чтобы игрокам было проще привыкнуть к иным нововведениям. Исходя из этого, можно предположить, что и о расе гоблинов я имею общее представление, как о трусливых подлых существах, всегда берущих количеством и грязными приемами. Что же помешало им вернуться домой за подкреплением? Ответ напросился сам, стоило только правильно задать вопрос.
— Что-то помешало им там, — я указал на тоннель. — Что-то или кто-то.