Разбитые острова

– Дорога на юг ведет отсюда прямо к Пустошам, – поведала Джеза. – Она уже знает путь – мы пару раз летали на ней туда.
– Она?
– Вот именно, это самка, – объяснила Джеза. – Значит, так. Видишь впереди поводья, похожие на кожаные? На самом деле это не кожа, а особый материал, который соединен с нервами в ее черепушке. Но ты можешь считать их нормальными поводьями. Тянешь вправо – она летит направо. Тянешь влево – она летит налево. Натягиваешь на себя, она замедляет ход, ослабляешь, она летит во всю прыть. Есть еще средний повод, он позволяет регулировать высоту полета, но им не злоупотребляй – она сама выберет лучше. Правда, я еще не сообразила, как научить ее держаться средней скорости, так что тебе придется приноравливаться.
– Ладно, – угрюмо буркнул Бринд. Еще минуту-другую он сидел на спине Осы, устремив взгляд вперед и никуда не двигаясь. – Начинать с чего? – Говорить приходилось громче, из-за шлемов.
– Резко потяни оба повода сразу. – Джеза усмехнулась, откинулась и потрепала Осу между крыльями. Они завибрировали, гудение возобновилось, и, очень медленно поначалу, Скорбная Оса стала подниматься в воздух.
Когда лапы насекомого полностью оторвались от земли и повисли, Оса вдруг рванулась вперед, и шум сразу усилился. Вибрация сотрясала обоих наездников. Пыль и мелкий мусор кружились в воздухе вокруг них, поднятые взмахами мощных крыльев.
Джеза чувствовала, как напрягся Бринд.
– Все в порядке, расслабься! – закричала она. – Не свалишься.
– А ты откуда знаешь?
– Ну, даже если свалишься, подумаешь, пролетишь пару футов – мы ведь не будем подниматься выше домов.
– Не могу сказать, чтобы последнее замечание прибавило мне уверенности.
– Мы сделаем приспособление, которое будет фиксировать наездника в седле во время полетов на большой высоте, это несложно, но сначала тебе надо просто отдаться полету, почувствовать радость.
– Ладно. Что теперь? – неуверенно проговорил Бринд.
Джеза едва не расхохоталась, наблюдая такую растерянность героя недавней войны.
– Плавно отпусти поводья, но помни: левый повод – летим налево, правый – направо. Не забудь.
– Как-нибудь справлюсь…
Скорбная Оса еще прибавила скорости, здания со свистом понеслись мимо, и Джеза позволила себе невероятное – положила руки Бринду на бедра. Булыжники мостовой и кирпичные стены домов слились по краям ее зрения в одно, ледяной ветер холодил ладони. Вытянув шею, чтобы видеть дорогу, она разглядела поверх его плеча кирпичную стену, которая мчалась им навстречу; ужас обуял ее, но тут она почувствовала, как дрогнула правая рука Бринда; Скорбная Оса накренилась и повернула направо, по-прежнему летя на высоте всего нескольких футов над землей; выполняя маневр, она едва не зацепила крылом другую стену, но вовремя выровнялась и на высокой скорости продолжала полет.
– Ну, теперь ты понял, – проговорила Джеза, но Бринд ее, кажется, не слышал.
Улица за улицей, дом за домом неслись мимо них, сливаясь в единую полосу с соседними, пока они на феноменальной скорости летели над разбитыми дорогами южного Виллирена. Те немногочисленные горожане, которые в этот поздний час оказались снаружи, разинув рты, смотрели на двух людей, проносившихся мимо них на Скорбной Осе. Ну и пусть себе глядят – на такой скорости это не важно.
Бринд быстро обучился принципам управления Осой: одним из ее огромных преимуществ был разум, который позволял ей инстинктивно избегать опасности, например, не ударяться в стены; поводья лишь помогали всаднику направить ее туда, куда ему было нужно. Два мозга вместе контролировали полет, работая в единстве. Один раз на перекрестке вдруг появилась лошадь, но умница-Оса отреагировала куда быстрее и точнее наездника – она просто поднялась выше, а миновав животное, снова вернулась на прежнюю высоту и продолжила полет.
– Может быть, я теперь поведу? – предложила наконец Джеза, когда улицы стали просторнее, свободнее, а дома на них приземистее – они приближались к краю города. – Не пора нам назад?
 
– Ни за что, – прозвучал ответ.
Бринд явно наслаждался процессом. Они вылетели на просторы открытой местности, где среди полей мелкие крестьянские домишки чередовались с более крупными фермерскими хозяйствами. Никаких стен, представлявших опасность для полета, здесь не было, и он совсем отпустил поводья.
– Ты что, спятил? – возмутилась Джеза. – Не выпускай их, держи все время!
– Я хочу поглядеть, куда она полетит сама. Я хочу знать, о чем она думает.
– Это плохая идея! – продолжала кричать Джеза.
– Ну и кто тут теперь боится? – осведомился Бринд с ехидцей.
Скорбная Оса начала понемногу забирать выше, вот она уже летела над самыми высокими деревьями на заснеженных холмах. Скорость полета тоже постепенно, но уверенно возрастала; в какой-то момент рядом с ними неслись две птеродетты, но вскоре отстали, не выдержав соперничества. Ветер на такой высоте ощущался куда сильнее. Джеза здорово испугалась: она не готова была к тому, что Бринд отпустит поводья. Зато Оса, похоже, наслаждалась свободой: у покрытой льдом реки она сбавила скорость, немного опустилась и полетела вдоль одного из притоков к морю. Там, уже над открытой водой, Бринд снова взялся за поводья и развернул ее назад, к городу, и насекомое, снова набрав скорость, мигом домчало их домой.
У фабрики Бринд уже уверенно натянул поводья. Оса вытянула лапы вниз и, не дожидаясь, когда они полностью коснутся земли, перестала махать крыльями. Сходя с седла, Бринд слегка пошатнулся – должно быть, от скорости; шатнуло и Джезу, хотя она была привычнее к полетам.
Бринд снял шлем и взъерошил волосы. Он смеялся. Изумленным взглядом окинув Осу, обошел ее со всех сторон.
– Поверить не могу, как это тебе пришло в голову взять и просто довериться ей, – сказала Джеза. – Мы могли упасть в море.
– Подумаешь, поплавали бы немного, – улыбнулся он. – К тому же ты была там, со мной. Ты в любой миг могла протянуть руку и взять поводья. Но ты этого не сделала, потому что знала: с ней все будет в порядке.
– Дело совсем не в этом, – возразила Джеза. – Просто мы сами еще не были к этому готовы.
– Ну, я-то не из тех, кому надо долго готовиться к подобным вещам. Мне показалось, что пришла пора дать даме почувствовать волю, я и дал. И знаешь, эта твоя… Скорбная Оса, так, кажется, она называется? Она просто восхитительна.
Джеза вовремя вспомнила, что надо улыбнуться.
– Так, значит, она тебе понравилась?
– Знаешь, когда ты рассказывала о том, как ты ее воскресила и все такое, я не понял и половины, да и понимать не хочу. По-моему, она просто самое важное существо, какое я видел за последние годы, вот и все.
– Значит, ты хочешь купить ее и еще таких, как она?
– Да. Вне всякого сомнения. Сколько их у вас?
– Пока четыре, но мы сделаем столько, сколько надо, – заявила Джеза. – Теперь, когда работа над конструкцией закончена, дело лишь за теми же копировальными технологиями, какие мы применяли для производства доспехов, а с ними тоже уже все отработано. В подвале у нас еще две Осы. За день я могу сделать еще несколько.
– Армии понадобится куда больше, – отвечал Бринд, на этот раз строго. – Я хочу, чтобы все ночные гвардейцы как можно скорее обучились искусству полета на них. Тренировки начнутся уже завтра.
– Мы еще не обсудили цену, – напомнила ему Джеза.
Судя по выражению лица Бринда, этот вопрос волновал его в самую последнюю очередь.
– Возьми за них столько, сколько хочешь. Надеюсь, ты уже убедилась, что армия вполне платежеспособна.
– Больше, чем кто-либо в городе.
– Вот и хорошо, – сказал он. Затем, стоя прямо перед ней, устремил на нее серьезный взгляд. – Джеза, когда война закончится, все, кто сейчас работает на фабрике, могут считать себя личными друзьями ночных гвардейцев. И если вам нужна будет работа, только скажите: место рядом со мной я вам гарантирую.