Новые границы (СИ)

— Если надо, я, конечно же, выступлю в суде. Неклюдова же казнят, надеюсь?
— Покушение на убийство, гибель из-за злого умысла нескольких гвардейских офицеров, участие в сговоре против государя — всё это, без сомнения, тянет на смертную казнь. Но прежде ему придётся рассказать о том, чьи указания он выполняет.
— Теперь вы всё знаете, Алексей, — улыбнулась Романова. — Посвящены, можно сказать, в дворцовые интриги.
— Это точно, — усмехнулся я. — Чего я меньше всего хотел. Вот зачем мне всё это, спрашивается?
— Лично у меня тоже нет никакого желания разбираться с заговорщиками, но ситуация складывается именно таким образом, и мы обязаны реагировать, — проговорил Дмитрий Павлович. — Императору грозит опасность, заговорщики желают подорвать государственные устои, и это коснётся всех нас, хотим мы этого или нет. Ведь если в стране начнётся хаос, пострадают все.
— Тут я с вами полностью согласен.
— А вы, между прочим, времени зря не теряли, смотрю, — переключился на другую тему великий князь. — Слышал, подвиги продолжаете совершать. Недавно ещё одного повелителя уничтожили.
— Так если б я один, Ваше Высочество. Весь батальон сражался. И подвиг общий, получается.
— В любом случае, вы отлично проявили себя и достойны высокой награды. Я уже подписал приказ о вашем повышении. Более того, ваша фамилия есть в списке тех, кто по осени получит земельные надел. У Александра Павловича большие планы на эти края. Отстроить города, возродить сельское хозяйство и промышленность. Не всё сразу, конечно, но и экономическая сфера будет развиваться. И нам нужны надёжные люди, которые помогут восстановить Сибирь.
— Тут я полностью на вашей стороне. Надо возвращать жизнь в эти края. Главное, чтобы дело пошло дальше намерений.
— Неужели вы сомневаетесь? После всего, что уже сделано?
Я не успел ответить, поскольку на отвлекли долетавшие с улицы шум, крики, грохот. Мы втроём вскочили с диванов и выбежали на наружную лестницу. Отсюда ничего не было видно, поэтому мы спустились и помчались за угол, откуда и доносились звуки, похожие на треск ломающихся булыжников. Правда, они смолкли раньше, чем мы увидели, что происходит.
Рядом со входом в штаб лежали несколько солдат: один был неподвижен, другие поднимались на ноги. На стене виднелись вмятины от ударов чего-то тяжёлого, на земле валялись каменные обломки. Похоже, здесь произошла магическая драка.
— Неклюдов удрал! — крикнул поднявшийся на ноги прапорщик.
— Где он⁈ — рявкнул Дмитрий Павлович.
— Туда побежал, Ваше Высочество, — прапорщик указал на проход между казармой и штабом. — К западным воротам.
— Все за мной! — Дмитрий Павлович ринулся за беглецом, полковник Романова и солдаты, которые успели подняться на ноги — тоже.
Побежал и я, быстро догадался, что происходит. Неклюдова пришли арестовывать, но он каким-то образом отбился и удрал. Я же совсем не хотел, чтобы эта сволочь ушла от правосудия.
Пробежав мимо модульных строений, мы оказались на дороге между рядами солдатских палаток. Улица вела прямиком к западным воротам.
Неклюдов был уже рядом с ними. Он как раз добрался до пропускного пункта. Ворота эти обычно держали закрытыми, вот и сейчас они стали препятствием для беглеца. А поскольку их укрепляли руны, с помощью магии их быстро не разрушишь. Но Неклюдов легко вышел из затруднительного положения: под ним выросла каменная гряда, поднявшая его выше ворот, и он спрыгнул на противоположную сторону.
— Он уходит, что б его! Быстрее! — закричал своим зычным голосом Дмитрий Павлович.
Враг получил фору, мы могли и не догнать его. Убежит в тайгу — и поди найди там его.
Я быстро сообразил, что делать: превратился в тёмную дымку и двумя рывками с считанные секунды добрался до КПП. Направил потоки воздуха в дорогу, меня подбросило над землёй. Приземлился я уже за воротам.
В это время Неклюдов вытаскивал какого-то солдата из стоящего неподалёку военного «Оникса». Поблизости никого не было. Обычно все заезжали в лагерь через южные ворота. Здесь же стояли только пара грузовиков и всякая строительная техника.
 
За руль генерал сесть не успел. Я оказался рядом и воздушным ударом отшвырнул его от машины.
— Ну что, восторжествовала справедливость? — я не удержался от того, чтобы позлорадствовать над этой сволочью.
— Живым не возьмёшь, тварь тёмная! — Неклюдов создал и швырнул в меня несколько булыжников, которые растворились в моей защитной дымке, и вскочил на ноги. Из земли рядом с ним выросли два каменных человека высотой в полторы сажени, а сам генерал покрылся, словно бронёй, каменной коркой.
Я направил тёмные вихри во всех трёх. Под их ударами созданные существа стали рассыпаться песком прямо у меня на глазах. А вот генерал оказался попрочнее. Он формировал на пути потоков полотна из камня, то и дело швыряя в меня небольшие магические снаряды.
Из КПП выбежали Дмитрий Павлович, Мария Романова и все, кто следовал за ними. На них тут же обрушилась россыпь крупных булыжников, и несколько солдат снова оказались сбиты с ног.
— Живым брать! Живым! — кричал великий князь, метнув в ответ один за другим три острых кристаллических копья.
Следом полетели энергетические клинки, и молния пронзила воздух ломаной линией. Как брать Неклюдова живым, вряд ли кто-то понимал, поскольку тот даже и не думал останавливаться. Я закрутил вокруг него чёрные потоки, надеясь вынудить сдаться. Это не помогло. Более того, моя магия теперь растворяла снаряды союзников.
— Сдавайтесь! Иначе умрёте! — требовал Дмитрий Павлович, но его слова не могли остановить разбушевавшегося генерала.
Неклюдов прекрасно понимал, что его в любом случае ждёт смерть, но если он сдастся, ему придётся выдать своих сообщников, причём, скорее всего, под пытками.
Я сам не заметил, как всё случилось. В какой-то момент каменная кожа Неклюдова стала осыпаться песком, а потом ноги у генерала подкосились, и он упал. Мы бросились к нему. Перед нами предстало крайне неприятное зрелище: на земле лежало окровавленное тело с частично содранной кожей и изъеденным мясом. Лицо тоже стёрлось. Неклюдов какое-то время хрипел, подавая признаки жизни, но очень скоро это прекратилось. Наверное, тьма повредила и внутренние органы тоже.
— Проклятье! Надо было брать его живым, — выругался Дмитрий Павлович.
— Прошу прощения, Ваше Высочество, я пытался, но он не хотел сдаваться, — произнёс я.
— Я вас не виню. Благодарю за помощь, гвардии прапорщик. Можете идти отдыхать. Дальше мы сами.
Слова эти прозвучали резко, но великого князя можно было понять. У Неклюдова хотели выведать важную информацию о других заговорщиках, а он унёс свои секреты в могилу. Да и я тоже досадовал, что не рассчитал силы. Негодяя должны были казнить, как полагается.
Досадовал я и на то, что кто-то решил втянуть меня в дурацкую разборку между двумя претендентами на трон, к которой я не собирался иметь никакого отношения. Мне было совершенно всё равно, кто взойдёт на престол. Но поскольку Александр хотя бы пытался решить проблему с тёмной областью, в как поведёт себя его политический соперник — непонятно, то и я, получается, пока что поддерживал нынешнего императора.
Я вернулся в казарму. Тут никого не было, кроме дежурного: рота ещё утром выехала на учения в ближайшее поле.
Встретился я со своими лишь вечером за ужином. И на меня сразу же все набросились с вопросами. Парням было интересно, за что меня арестовали и что произошло вчера в области тьмы. И это они ещё про Неклюдова не знали ничего. Слухи не успели дойти до их ушей.
Я ответил, что не имею право разглашать информацию — от меня быстро все отстали. Великий князь требовал хранить всё сказанное им втайне, да и самому мне было лень объяснять, что случилось. Но когда мы вернулись в казарму, капитан Воронцов приказал мне явиться к нему в кабинет и поинтересовался, как разрешилась ситуация с моим арестом.
— Приехал Дмитрий Павловича и навёл порядок, — ответил я в общих словах. — Неклюдова пытались арестовать, но он погиб при задержании. Остальные четверо предстанут перед судом. Мне придётся выступить в качестве потерпевшей стороны. Надеюсь, на этом всё закончится. Вы связались с моим адвокатом?